Чтение онлайн

«Мы с вами, – отметил, усмехнувшись про себя, я, – Он уже все про себя решил. А впрочем ему ничего и не остается, как схватиться за эту гигантскую мифическую соломинку».

– А на что наш всеми проклятый Минводхоз?! А Министерство дорожного строительства? К тому же, если привлечь иностранный капитал, то при помощи их техники можно создать множество артелей вневедомственных строителей, которые могут за хорошие деньги горы свернуть.

– Но вы же прекрасно знаете, как привыкли работать наши министерства и причем здесь вообще Министерство дорожного строительства?

– Мы объединим наш проект со строительством дорожной сети страны и сразу в комплексе сделаем одновременно малыми силами два дела.

– Разумно, но как же все-таки с качеством?

– Так пусть этим займется КГБ совместно с армией.

– А вы не боитесь?

– Кто хорошо работает, тому нечего бояться.

– Ну, ладно, предположим, мы решили эти проблемы, но как вы себе представляете уговорить Верховный Совет и Съезд народных депутатов?

– А я вообще думаю, что придется проводить всенародный референдум!

– Тем более! Вас же съедят! В стране нет жилья, а вы им иллюзии.

– Строительство жилья никто и не собирается сокращать, а насчет иллюзий, так их народу в последнее время как раз и не хватает. При нашей убогой жизни только иллюзии и спасали страну, а теперь их развеяли, и народ стал роптать.

– И вы думаете, народ вас поддержит?

– Конечно! Мы ведь предлагаем конкретные шаги. Основную массу населения это никак не затронет, а у многих появится прекрасная возможность заработать хорошо, при том, что мы обещаем практический результат не в «шишнадцатой» пятилетке, а ровно через год. Если к тому же провести правильную и главное неназойливую, а тактичную рекламу будущих благ от нашего проекта для простых смертных, то, я думаю, никаких проблем у нас с народом не будет. Проблемы будут с чиновниками.

– Вы думаете бюрократия нам будет сильно мешать?

– Упаси господь! Да они первые закричат «Даешь!», как это уже было с перестройкой, и главное закричат ведь не из солидарности с властью, а потому, что сразу же оценят все выгоды от реализации нашего проекта.

– Неужели вы думаете, что они такие дураки, что не поймут, что если проект реализуется, то им будет хана?

– Так вот я и говорю, что они это сразу поймут и постараются затянуть его реализацию по причине снятия сливок со всевозможных заказов и возможности продвинуться на его гребне.

– Разумно.

– И опять же ими пусть займется КГБ!

– Оно ж всех пересажает!

– Их всех не пересажаешь! Посадят одного-второго, а остальные сразу же поумнеют!

– А Вы не боитесь бесконтрольности органов?

– Ну не так уж они и бесконтрольны, а потом, ведь у них будет совсем другая цель, чем была в 37-м, а как раз они будут первые заинтересованы в реализации проекта и работать будут явно на дело!

– Тоже разумно.

Я победно посмотрел на Мурзика, желая увидеть в ее глазах безмерное восхищение собой, но обнаружил там лишь огромное сожаление по поводу моего буйного помешательства, что было совсем не удивительно, так как Мурзеныш до сих пор не знал, что я затеял.

– Только опять вы не учли существенное препятствие, – продолжал зампред, – На все про все у вас отпущен всего лишь год, а лишь одни согласования займут года три, если не более?!

– Правильно! Но их не будет.

– Как это не будет?

– А мы проделаем всю работу за них, а от министерств нам надо получить лишь принципиальное согласие и мы его конечно же получим!

– Вы хотите сказать, что берете на себя всю детальную разработку проекта?

– Конечно!

– Но это же не реально.

– А реально вам было представить года так три назад, что вы будете сидеть в этом кресле?

– Я даже об этом и не мечтал, – улыбнулся мне новоиспеченный зампред, но ведь это же вещи совершенно не сравнимые.

– Можете считать, что детальная проработка уже сделана.

– Я конечно могу все что хочешь считать…

Не дав ему закончить, я немым жестом руки остановил развитие его мысли и, открыв дипломат, показал пачку дискет.

Зампред достал из середины пачки первую попавшую и вставил ее в компьютер.

После беглого изучения поступившей на экран информации, он откинулся на спинку кресла и тихо произнес:

– Но этого не может быть!

– Может!

– Может Вы Господь Бог?

– Вот только Бога не надо вмешивать в эту грязную историю. Во всем виновата вот она, – и я посмотрел на Мурзилку. – Только благодаря ей я решился на эти подвиги, но самое страшное, что она до сих пор даже и не подозревает, что я совершил ради нее!

Зампред с нескрываемым интересом посмотрел на Мурзилку, надеясь наверное отыскать в ее облике ту демоническую силу, подвязавшую меня на этот сизифов труд, а Мурзилка в свою очередь с удивлением посмотрела на меня, видно до сих пор упорно не веря в мою исключительность и как бы сомневаясь в моей значимости.

– Вы предлагаете так и объяснить всем причину возникновения этого проекта? – спросил зампред и неестественно через силу улыбнулся.

– Избавь вас Бог! Тогда все обзаведутся такими же Мурзилками и будут неимоверно их мучить за большие деньги, требуя от них сверхъестественного вдохновения.

Мы с ним немного посмеялись над своим обоюдным остроумием, а Мурзилка сидела и злилась, что всуе было произнесено ее имя нарицательное.

– Но, если серьезно, как мы объясним появление этого глобального труда?

– Да очень просто! Госплану с остальной бандой мы скажем, что он разработан в КГБ и МО, а этим скажем наоборот.

– Разумно.

– Народу же мы как всегда запудрим мозги и скажем сущую неправду. При тотальном недоверии народа ко всем инициативам идущим сверху, мы предложим самый демократический вариант: подкинем наш проект шайке депутатов из московской межрегиональной группы и какой-нибудь исконно народный номенклатурный Крайнов огласит его на сессии Верховного Совета, а президиум его умело поддержит правильно организованным голосованием.