Чтение онлайн

Это уважение было признано, потому что все блага от аморальности мужа текли к ней в дом, что было главным её приоритетом. Но, у обоих супругов была тонкая, исчезающая верхняя губа, что указывало напрямую на отсутствие моральных принципов. Маша просто давала своему Сашке простор для творчества, а если он не справлялся, то тогда доделывала сама неудачи мужа. Она ведь не зря пошла в торговлю, где быть коммерчески успешным уже означает кого-то поиметь. А торговать самогоном - это же очень опасно! Но, зато какие деньги! Будем рисковать!

Маша домчала свою проблему - Герман сейчас её имеет и это ей не нравилось как потеря прибыли. Если бы Маша знала, что её любимый Сашка тоже её имеет не только в спальне, а ещё и за её пределами, тогда бы эксцентричность Германа показалась бы ей детской шуткой.

Сашка много лет брал деньги в долг у других людей под проценты на всякие семейные нужды и всегда исправно возвращал обратно разные суммы. Это было тяжело для Маши - отдавать проценты, но так было надо.

Сашка давал Маше свои деньги, а на проценты Маши содержал любовниц. Ему нужно было много славы и внимания, что влекло за собой неизбежное Машкино участие в его личных эгоистичных интересах. Если бы надо было выбирать, кого принести в жертву - себя или жену, то тут выбора не было - конечно Машу. Схватил деньги, золото - и в путь! Врать, врать и играть в Мачо - без этого у Сашки солнце не всходило.

Сашка лежал на диване и понимал свой перебор. Он уже хотел попросить прощения у своей Машки за синяк под глазом, но вспомнил указания Германа - Пусть пару недель посветит своим фингалом по бульварам и подворотням в темноте! Пусть знает своё место, кобыла!

Сашка не был Германом, но под его влиянием совершил этот гадкий подвиг и врезал Машке. Сашка уже понимал свою ошибку, и ему осталось только принять чью-то сторону. Теперь, когда Германа не было, тогда, конечно, он за свою Машу! А за кого же ещё? Это же моя жена!

Сашка встал и пошёл вытаскивать свою жену Машу из уже своего кошмара.

***

Герман увидел Машу в ряду незаконной торговли с рук от скребка до детских подгузников, которая тянулась пёстрой змеёй от гастронома до проспекта Пушкина и задумался.

И Герман понял - почему он захотел её увидеть! Он понял своё желание! Герман должен был сравнить своё презрение к этому человеку сейчас и в прошлом. Только для этого!

Маша заметила Германа и сразу отвела взгляд. Герман закурил сигарету, и теперь её пепел падал в зелёную траву газона - ничего нарушено не было!

– Ничего и раньше не было нарушено, болван!
– сказал Герману внутренний голос.
– Это ты был кривой и пытался доказать людям, что ты лучше, чем они!

И Герману пришлось лишь добавить - "Не мешать другому человеку прожить свою жизнь - это и есть то, что мне нужно было сегодня понять"

Герман улыбнулся, купил укроп с петрушкой у бабушки с платочком и пошёл обратно к машине с помятым боком.

– Кстати, помятый бок твоей машины, Герман, - это первое предупреждение!
– засмеялся внутренний голос.

***

19. "РЕАКТОР"

Герману позвонил Дима как раз в тот момент, когда он проезжал мимо "Реактора". Есть в Минске такой ночной клуб возле красивого бульвара Шевченко.

Герман остановился, вышел из машины и сел на лавочку.

Дима бодрым голосом докладывал Герману о своих успехах в своём новом бизнес - плане, который, вопреки всем его ожиданиям, быстро сдвинулся с места. Он уже нашёл помещение для приюта и даже его рассмотрел - это было здание бывшей конторы строительного управления. Двухэтажный старый кирпичный дом находился в районе Больницы скорой помощи и имел приличный вид. Все коммуникации работали исправно, и там нужен был лишь косметический ремонт. Кровати, мебель и всякая кухонная утварь необходимая для проживания отсутствовали, но зато остались офисные старые столы, стулья, шкафы. Там было восемь комнат и два туалета, что вполне соответствовало проживанию небольшой группы людей.

Герман пытался остановить лавину всяких точных и незначительных описаний, но Дима не слышал Германа - его несло и штормило от охватившего его счастья.

В исполкоме его приняли радушно и назвали в шутку "Человеком года", когда услышали его конечную цель - помогать людям. Особенно их сразила наповал отрывок из речи Димы - "...нужно и им тоже помочь...", которую Герман ему предоставил в качестве тарана.

В кабинет сбежались люди в галстуках и склонили головы перед новым меценатом. В конце встречи у Димы уже были кучи визиток, и телефонные звонки влиятельных людей к не менее влиятельным нужным людям повели новоявленного человеколюба по узким коридорам власти, которая теперь была на его стороне.

Дима был бизнесменом и лучше Германа оценивал новые возможности, где всё работает и пахнет процветанием. Так мало и так много - всего лишь один простой, но мудрый совет. Дима трезво оценивал Германа как гарантию своей неприкосновенности.

Герман остановил Диму и спросил про финал. Дима через паузу ответил - к зиме. Герман спросил у Димы про хоккей. Дима замялся и ответил - Да, я люблю хоккей!
– Отлично! Значит, пора подумать про хоккейную команду на высоком уровне! Мы живём в мире связей, а не денег. Это наш менталитет! Действуй!

Герман избавился от Димы, который начал меняться под воздействием частично уравновешенной биохимии головного мозга, что было заметно в колебаниях звуковых волн. Но, Герман знал, что заданные от Природы свойства нельзя изменить - их можно только улучшить. А Дима - это "подлец обыкновенный", в психологии есть такой тип личности. Получится у него или нет - это его дорога.

Герман закурил и, глядя на чёрные стёкла ночного клуба, опять вспомнил про Машу и Сашу. Теперь "Реактор" носил метафорический подтекст и выглядел как художественный образ беды и горя двадцатого века.

***

Когда фингал под глазом у Маши исчез - они помирились и Саша избрал новую тактику поведения со своей женой. Теперь Саша не мог жить без новых приключений, которые ему предоставлял Герман. Даже не так - не надо было ничего самому придумывать, потому что у Германа сама жизнь - это уже приключение. Надо было просто быть рядом. А быть рядом - значит надо беспробудно врать Маше, а он уже столько наврал, что ничего приемлемого не лезло в голову.

Маша уже второй месяц бесилась от ревности, когда её Саша опять куда-то пропадал. Дошло до того, что он мог с ней разговаривать из Гомеля, где они с Германам очутились случайно по делам.