Чтение онлайн

– Куда ты? Варька, постой!
– Крик ничего не понимающей Киселевой бил мне в спину.

– Топиться, Борька решил топиться!

Ветер разбрасывал по округе мои слова, донося до Наташи их обрывки. Она поняла смысл, придавший мне ускорение, в искаженном виде. Иначе почему рванула так, что я с трудом уже поспеваю за ней? У самого пирса, когда до воды и зрелища оставались считанные метры, потенциальный утопленник свернул в подъезд адмиральского дома. Мы по-дурацки постояли у подъезда, в котором скрылся Борис.

Сначала Люся еще пыталась остановить его жалобными криками в парадной:

– Боря, Боря!

Но подъезд безмолвствовал, дом спал, ни единого огонька за темными окнами.

– Может, он хочет броситься с пятого этажа?
– спросила Люся.

– Ага, - съязвила Наташка, ведь мы тряслись от холода самостоятельно, а Люська грелась в объятиях Гужова.
– Наш дом ему слишком мал. Только адмиральский впору.

В подтверждение ее слов вспыхнули окна Бибигоновой квартиры. Нам стало противно, весь предыдущий рывок, мотивированный состраданием к ближнему, от нашего дома до дома Бибигона оказался бессмысленным. Борис бежал не топиться, а жаловаться. Интересно, что он будет просить и у кого? У Бибигона, возглавляющего дивизию, чтобы он снял Гужова с занимаемой должности, или у Бибигоншы, возглавляющей женсовет гарнизона, чтобы Люську вернули законному мужу?

Зря мы его жалели! В этом вся проблема. Из-за этого фискала, выбравшего из всех орудий мести самое подлое, кошки исцарапали душу - все-таки Борис вошел в Люсину жизнь не без моей поклевки. Один раз врезал бы Гужову, возможно, потом было бы больно физически, но морально - никогда. Особо настаиваю на пользе мордобоя.

– Лучше бы он утопился, - изрекла я.

– Все равно бы не утонул, - поддержала меня Наташа.

Люся развернулась и как слепая пошла прочь, Гужов тактично следовал поодаль. Хлюпая шлепками по раскисшей дороге, мы с Наташей тоже заковыляли к дому. О чае и теплой постельке больше не мечталось.

Ночь выдалась какая-то бестолковая, не было в ней ни сна, ни покоя. Сразу за углом дома мы с Наташей налетели на кого-то, сделали шаг и вписались в темную крупную фигуру. От неожиданности, что еще некто кроме нас бродит в эту темную пору, когда ни зги, лишь желтый блин луны зловеще освещает гарнизонные закоулки, мы завопили. Завыли, как ревут во весь голос напуганные тетки, - зажмурив глаза и дрожа всем телом. Разумнее было бы бежать, но когда нам думать, если мы голосим! Некто выл не меньше нашего, глотка у него была луженая, как у бурлака на Волге, а глаза люминесцентно сияли. Прямо-таки кадр из фильма ужасов: вой в кромешной тьме.

Я вцепилась в Наташу, она в меня, не дай Бог, чтобы одна из нас удрала быстрее. Еще немного - и я бы разглядела клыки вампира, но тут голосище завыл так знакомо, что я закрыла рот и вслушалась в это длинное "о-о-о" с волжским акцентом. Фигура тоже приобрела узнаваемые очертания.

– Титова, ты, что ли, орешь?
– с опаской спросила я, все еще не веря, что эта глазастая - моя бывшая подчиненная.

– Ну я, а что?
– мгновенно проглотив крик и даже не подавившись, без всякого удивления сказала Титова.

Но почему так странно, как при базедовой болезни, выпучены ее глаза? Почему глаза ползут вверх? Пятачок в подобных обстоятельствах, шевеля опилками, причитал от страха: "Винни, Винни!" У меня и этого нет. Голова, готовая лопнуть как тугой воздушный шар, гудит ветром в глухой подворотне.

– Ч-то э-то?
– заикаясь, лепечу я.

– А, - с усмешкой говорит она, - прибор ночного видения.

Глаза вновь заерзали. Видимо, Титова отправила прибор, сидевший на переносице, на лоб. Вздох облегчения со свистом вырвался из моей груди. Давно я так не пугалась, Наташа тоже. Когда все составляющие, словно фрагменты мозаики, сложились в целостную картину, основное определилось. Зря Титова следила за нами самым банальным образом, в окуляры ночного видения. Орала же исключительно за компанию. Ничего странного в том нет: брак с особистом наложил свой отпечаток; будь Света женой пекаря, за версту бы распространяла запах свежеиспеченных булок. Хорошо, что объекты ее слежки, Люся с Гужовым, замешкали где-то во дворах. Хорошо, что мы, а не они столкнулись нос к носу с Титовой, а то бы не миновать скандала. Уж я-то знаю, да что я, весь гарнизон в курсе ораторских способностей жены особиста. Ораторские - от слова "орать".

– И что ты тут делаешь?
– спросила Наташа.
– Куда это ты в него смотришь?

– И что это ты в него видишь?
– прибавила я.

– Да так, - мямлила Титова - я тут... того...

Определенно Титова, застуканная нами за неблаговидным занятием, была не в своей тарелке.

– Ай-я-яй, - пожурила я ее.

– Ай-я-яй, - вторила Наташа.

– Да что вы разайяяяйкались на всю улицу?
– Судя по ответному удару Титовой, клиент очухался и вышел из комы.
– У меня Коська к бабе пошел.

– К какой бабе?
– лениво поинтересовалась я.
– Какие бабы могут быть в такую пору?

– Двуногие и наглые, - скрипя зубами, процедила Титова.

Хорошо это у нее получилось, убедительно. Да, мы, к сожалению, неблагодарная публика, посвященная во все составляющие интриги.

– Ладно, Титова, мы пошли.
– Наташа потянула меня за свитер.

Сильные руки жены особиста обхватили нас, совершенно потерявших от стужи способность сопротивляться, за плечи, и поволокли в сторону детской площадки. Конечно, я еще могла если не вырваться, то хотя бы прохрипеть о несогласии с таким грубым обращением. И прохрипела бы, если б не шаги на два голоса, приближающиеся к нам с тыльной стороны дома. Кто кроме Люси и Гужова мог следовать нашим путем? Желая избежать кровавого столкновения, мы с Наташей добровольно прибавили шаг, теперь Титова едва поспевала за нами.

– Ну что, Титова, показывай, - забивая все другие звуки, горланила Наташа, забираясь вслед за Светой, как на постамент, на детскую горку.

– Показывай, коль привела, - подтявкивала я снизу.

На пару с Наталией, едва не выдернув мне руки, они рывком затащили меня на горку.

– Да тише вы, - рявкнула Титова и напялила мне на голову обод с окулярами.
– Смотри.

Рукой она направила мой взгляд в сторону пирса, немного правее.

– Видишь?

В зеленом фосфорном сиянии линз я увидела спину удалявшегося человека, он спокойно шагал по дороге. Человек обернулся и посмотрел мне прямо в глаза.

– Точно, Титов!
– изумилась я.

– За мной!
– расценив мои слова как поддержку, велела Титова и спрыгнула с горки.

Нацепив прибор, Света вела нас за собой. Когда путь Титова шел по прямой и окуляры держали ракурс неизменным, Света, задыхаясь от стремительной ходьбы, рассказывала нам, как это было:

– Мы уже спать легли, вдруг кто-то позвонил... Я уверена, что баба...

– Ну почему сразу баба, может, мужик?
– возразила Наташа.

– Даже если мужик, его баба об этом попросила, - заявила Титова. Направо, направо, куда он, гад, завернул? Точно, там Зинка с финчасти живет.