Чтение онлайн

На следующий день с утра я забрал документы из железнодорожного училища и отправился в Мерзляковский переулок. Артынова и в самом деле была на месте, напоила меня чаем, после чего попросила исполнить на рояле по нотам «Январь. У камелька» Чайковского из цикла «Времена года». С этим заданием я справился, затем мне предложили исполнить что-нибудь свое, и я, решив похулиганить, сыграл увертюру Дашкевича к фильму о Шерлоке Холмсе и Докторе Ватсоне. Артынова малость прифигела, после чего отправила меня с документами в секретариат, порадовав известием, что отныне я студент первого курса Академического музыкального училища при Московской консерватории.

А ровно в три часа дня я уже стучался в дверь павильона в парке Горького, из-за которой раздавались звуки гитар и барабанов. Причем ребята из «Апогея» репетировали как раз мою вещь — «Hard Day`s Night». Ну, не мою, каюсь, устал уже оправдываться сам перед собой. В конце-то концов, если судьба меня забросила в прошлое, то могу я с этого поиметь какие-то плюшки?! Можно, конечно, свои два честно сочиненных хита продвигать по мере сил, но разве удержишься от соблазна позаимствовать кое-что из еще ненаписанного никем репертуара? То-то и оно… Так что к черту моральные терзания, вперед, Егор Мальцев, к светлому будущему!

Дверь мне открыли не сразу, мой стук услышали только после очередной музыкальной паузы.

— О, привет, Егор, все-таки пришел, — протянул мне руку Иннокентий. — А мы как раз твою песню репетируем. Милости прошу к нашему шалашу.

А ничего так, нормальный павильончик. С виду он казался неказистым, а внутри довольно-таки прилично обустроен. Даже диван имелся вроде как с обивкой из натуральной кожи, и не такой уж и облезлый.

— Слышал я на улице вашу репетицию. А неплохо получается, честно. Только надо бы поработать над многоголосием. Если есть время, то можно отшлифовать этот момент. А потом я покажу вам еще кое-что из, скажем так, неопубликованного.

— У нас времени хоть до завтрашнего утра, — усмехнулся Миха, закуривая сигарету, несмотря на прилепленный к стене плакат с изображением окурка, от которого разгорается пожар.

Где-то час ушел на оттачивание деталей в этой песне. Голоса у ребят были не самые плохие, мне практически удалось достичь желаемого результата, хотя с оригиналом, как известно, ничего не сравнится. Понравилось, что музыканты, в том числе и Миха, как-то в этот момент не очень оспаривали мою позицию лидера. Я-то в бытность свою руководителем группы «Саквояж» привык управлять творческими и не только процессами, вот сейчас все это из меня в какой-то мере и повылазило.

Мы и впрямь засиделись допоздна. Прогнали «Can`t Buy Me Love», «Back In The U.S.S.R.» и «Venus», доведя уровень исполнения до вполне приемлемого, после чего перешли к новым вещам.

Предложил спеть «The House of the Rising Sun», предупредив, что вещь является народной американской песней, рассказывающей о тяжкой доле парней из трущоб Нового Орлеана, то есть мы тут еще и малость накатим на буржуев.

Сорри, Рой, за похищение твоей жемчужины под названием «Oh, Pretty Woman». Сорри, Пол и Артур, за «Mrs. Robinson». И ты прости, Крис, за «Stumblin In» и «Living Next Door to Alice». Любопытно, что голос басиста Жоры весьма напоминал голос исполнителя «Oh, Pretty Woman», а уж когда он исполнил горлом фирменный звук Орбисона, словно полоскал гланды содо-солевым раствором — тут я едва ему не рукоплескал.

Сольные партии на гитаре пришлось для начала показывать самому, но Миха оказался смышленым парнем, схватывал на лету. И что было большим плюсом — все четверо знали нотную грамоту. А значит, я мог с легким сердцем оставить им ноты с текстами, и надеяться, что они хорошо закрепят пройденный материал.

Павильон мы покидали в десятом часу вечера. Парни все еще находились под влиянием

— Пожалуй, мы уже в эту пятницу некоторые вещи сыграем в «Коктейль-Холле», - сказал Миха, закуривая очередную сигарету. Причем курил он «Camel». Как выяснилось, папа у него работал в торгпредстве, так что много чего наверняка мог достать, помимо импортных сигарет и классной гитары. Причем не скупился угощать эксклюзивным табачком и коллег по цеху.

— Слушай, Егор, а не хочешь поглядеть, как мы будем выступать?

— Где?

— Ну, в «Коктейль-Холле», и уже в пятницу, кстати, сможешь получить свой первый гонорар.

— А что, меня пропустят в «Коктейль-Холл»?

— С нами пропустят, — усмехнулся Кеша. — А почему ты не хочешь зарегистрировать эти песни в ВУОАП?

— Потому что англоязычный репертуар, боюсь, особого понимания не встретит у чиновников Агентства. А я только-только начал раскручиваться на ниве лирико-патриотических песен.

— Это точно, — согласился Миха. — Нас бы вон уже давно разогнали, спасибо папе — впрягается за группу, позвонит или подмажет где надо.

— Мда-а, — протянул я, — хорошо иметь такого папу, который может иметь других.

Мой юмор будущего до ребят, похоже, не совсем дошел. Договорились, что в пятницу без четверти семь вечера я буду стоять у черного входа в «Коктейль-Холл», парни выйдут и проведут меня внутрь.

— А можно со мной девочка подойдет? — набравшись наглости, спросил я.

— Уже мутишь вовсю? — усмехнулся Муха. — Ладно, бери свою девочку, только пусть оденет лучшее платье. И сам прикинься поприличнее, а то будешь выглядеть белой вороной.

Легко сказать, поприличнее… После изучения гардероба я ничего такого уж приличнее школьной формы не нашел. Не в ней же идти, блин! А денег на покупку нормального прикида у матери просить не хотелось. Да и незачем ей вообще знать, что я мотаюсь по таким заведениям. В общем, нужно думать.

Время неслось вскачь, уже на следующий день ближе к обеду я после тренировки заскочил в спортзал, где занималась Лена, предупредил ее о грядущем походе в «Коктейль-Холл», и от этого известия девчонка прыгала чуть ли не до потолка, предвосхищая, как будут ей завидовать подруги. Пообещала одеть самое красивое платье, на том и расстались. Кстати, она была в принципе не против, чтобы я называл ее Лисичкой.

— Ты прямо как моя мама, она тоже говорит, что я на лисичку похожа, — надула было губки Ленка. — Ну ладно, если тебе так нравится — называй. А я буду тебя называть Ежиком.

— Это почему?

— Потому что у тебя волосы на затылке все время торчат.

Это точно, с этим вихром я ничего не мог поделать, в конце концов плюнул и перестал обращать внимания. Теперь, значит, буду Ежиком. Ну хоть не дикобразом.

Тем временем я решил попытать счастья с ресторанами. Кафешки отмел сразу, что-то не вызывали эти заведения у меня доверия к ним. Другое дело рестораны, статус на порядок выше. В Москве их всегда было немало, как элитных, так и не очень. Почему бы и ресторанным музыкантам не предложить кое-какие вещи? Уж с них навар получился бы даже поболе, чем с танцпола. Другой вопрос, что даже в самый захудалый ресторан меня, 15-летнего подростка, никто не пустит. Остается караулить музыкантов на выходе, причем гадая, с парадного или черного они появятся.