Мы - до нас
Шрифт:
«Эх… дотянуться бы до цепей!» - мелькнула вдруг мысль, но это его единственное оружие было сейчас недосягаемо для него…
Гордость никогда не позволяла князю звать на помощь, даже если против него в бою было сразу несколько человек. Зная это, около него всегда находилось несколько верных воинов. И, тем не менее, несколько раз эта привычка, характерная для многих рюриковичей, чудом не погубила князя. Вот и сейчас, помня о внешней страже, он молча отбивался от врага, даже чувствуя, что уже уходят последние силы.
К тому же, он получил от Господа прощение всех своих грехов, прегрешений. Причастился святых Христовых Таин. И мог сейчас уйти из жизни. Но жажда узнать приговор Божьего суда вдруг оказалась выше честолюбия, и он прокричал:
– Помогите! На помощь…
Никак не ожидав этого от своей сонной жертвы, напавший тут же принялся зажимать ему рот ладонью
Но было уже поздно.
Князь Мстислав действительно поставил во внешней охране самых лучших своих дружинников.
Двое из них сразу вбежали в поруб, один начал оттаскивать князя, а второй обхватил сзади напавшего на пленника человека, ловким приемом взметнул над землей и ударил о пол.
И без того слабый огонек свечи испуганно рванулся и погас от широких и быстрых движений.
В наступившей тьме что-то хрустнуло, прохрипело….
Воин попробовал зажечь свечу. Но другой, не выпуская спасенного князя из своих крепких рук, приказал:
– Ничего пока здесь не трогать! Быстро за князем. Он приказал звать его в любое время ночи, если что здесь случилось!
– А зачем теперь звать? Ничего уже не случилось! – оставляя в покое свечу, густым басом недовольно пробормотал дружинник, но все-таки вышел из поруба.
Дверь вскоре снова распахнулась, и в темноте раздался встревоженный голос князя Мстислава:
– Ну, что тут у вас? Свет бы зажгли, что ли…
– Сейчас, сейчас, княже! – послышался знакомый уже пленнику густой бас и после быстрых уверенных звуков кресала в порубе стало светло от ярко загоревшейся свечи.
Первое, что увидел Илья - это взволнованное лицо князя Мстислава. Из-за его плеча выглядывал Мстислав Мстиславович, воевода, второй охранник…
– Живой! – увидев пленника, с облегчением выдохнул князь Мстислав и кивнул в сторону нападавшего:
– А… это – кто?
Дружинник богатырского роста ногой перевернул лежавшего лицом вниз на полу человека, и все увидели, что это был – первый охранник.
Он злобными, немигающими глазами смотрел прямо перед собой.
– Как ты посмел?! – бросился к нему воевода, приподнял его, но голова охранника как-то неестественно и безвольно упала набок.
– Поздно… - виновато пробормотал богатырь и высвободил из пальцев убитого им воина маленький засапожный нож. – Вот чем пытался убить он князя. Хороший нож, такой не погнется даже о кольчугу, не то, что о голую грудь… И еще заговоренный, видать – вон, на нем даже сердечко есть…
– Сердечко?! – бросился к нему второй охранник и растерянно посмотрел на князя Мстислава. – Так ведь это же – мой нож! Все его знают!..
– Вот именно, что все! – усмехнулся Мстислав. – На то он и рассчитывал, чтобы потом всю вину свалить на тебя!
– Но зачем ему понадобилось убивать князя? – с недоумением спросил воевода.
– А вот это мы сейчас и узнаем! – кивнул ему князь Мстислав и приказал: - Обыскать его!
Второй охранник, хмурясь, похлопал по бокам, по груди мертвого сменщика и вынул большой, тяжелый кожаный кошель.
– Вот!
– протянул он его Мстиславу.
Князь брезгливо взял кошель и усмехнулся:
– Знакомая вещь… Такими кошелями царьградской работы у нас расплачивается один только князь Борис. Ну, и во сколько же он оценил твою жизнь, князь Илья?
Мстислав высыпал содержимое кошеля на столик, и тут все с изумлением увидели, что кроме серебряных гривен и золотых византийских монет, тут – перстни, серьги и ожерелье, которые все видели на княжне Гориславе…
– Князь, - дернулся, звеня оковами, пленник. – Горислава тут ни при чем.
– Знаю, догадывался… - мрачно кивнул ему Мстислав и покачал головой, глядя на сына: – Она все твоей княгиньюшке рассказала. Но они почему-то это в секрете решили держать. А напрасно. Иначе бы я сразу принял надлежащие меры, и не случилось всего этого. А так…
Князь минуту подумал и принял решение:
– Этого, - показал он пальцем на мертвого охранника, - как убитого во время совершения смертного греха, а стало быть, не покаявшегося, сегодня же закопать, как собаку. За пределами кладбища. Камешки и колечки вернуть княжне. А деньги – отдать вдове и сиротам убитого. Не князю же Борису же возвращать их в самом-то деле! А им они теперь, ой, как сгодятся!
Воевода, дружинники, Мстислав Мстиславович вышли.
В порубе остались трое: князь Мстислав, второй охранник и князь Илья.
Охранник, стоя у лавки, то и дело поглядывал на столь дорогой для себя потерянный и вновь обретенный нож.
А князь Мстислав посмотрел на лежавшего перед ним пленника и пожелал:
– Ну а ты отдыхай. И я от всего сердца тебе говорю - дай Бог, чтобы это была не последняя ночь в твоей жизни!