Мышка
Шрифт:
– Мне больно, я сама! – ору, уворачиваясь от грубых прикосновений.
– У тебя руки в крови. – Отрезал он. – Испачкаешься.
Оставив лицо в покое, стащил с меня толстовку, которая тоже была заляпана кровью. Слава Всевышнему, я носила преимущественно спортивные, непрозрачные бюстгальтеры, больше похожие на топ. Главной целью было удобство на тренировках, а не кружева и рюши для красоты.
Рустам бросил мою вещь в стиральную машинку, включая стирку. Одновременно мазнул взглядом по округлостям груди, отчего я мгновенно вспыхнула, желая провалиться сквозь землю! Щеки залило краской от стыда, уши покраснели, что невозможно было не заметить.
– Девочка? – слышу насмешливый вопрос и поднимаю на него ошарашенные глаза.
– Что? – Кажется, я сейчас упаду в обморок от перенапряжения.
– Я говорю, девственница? Стушевалась как. Сказал же, пока не трону!
Не дожидаясь ответа, разворачивает меня и толкает в спину, понуждая идти обратно в комнату. На столе уже стоит аптечка.
Рустам подводит меня к столу и осматривает мои порезы, взяв мои ладони в свои. Ну и лапищи у него! Огромные. Горячие. Мои же просто ледяные. Замечаю потёртости от браслетов на его запястьях.
Сидел!
Наверняка убийство. Сложно представить его грабящим банк или толкающим наркоту. Человек с такими глазами может убить, причём продуманно, хладнокровно.
Нервно сглатываю, руки потряхивает, не могу это контролировать.
– П…ц, если не успокоишься, я тебя прямо сейчас нагну. – Рустаму надоело сюсюкаться с этой припадочной. Он и пальцем её не тронул, а её лихорадит, как в горячке.
Видя, как она послушно замерла, он взял тампон и смочил антисептиком, аккуратно обработав ранки: «Так-то лучше!». Затем ловко забинтовал, проделывая это не в первый раз в своей жизни.
– Спасибо.
– Сочтёмся, малая. – Усмехнулся, скользнув взглядом по моей груди.
Урод. Ему что, сложно побыть пять минут человеком?? Хотя о чём это я.
Опустилась на банкетку, скрестив руки на груди, пытаясь хоть как-то прикрыться. Сидеть перед уголовником в лифчике, с распущенными длинными волосами – такое себе занятие. Хотя, признаться честно, панический ужас перед вероятным изнасилованием немного отступил. Если бы он собирался это сделать – уже сделал бы в ванной.
– Тагир! – Позвал Рустам, убирая препараты в аптечку.
Я съёжилась. Этого ещё не хватало. Да, заходите сюда все, почему нет! Неужели нельзя хоть минуту побыть одной, без мигания красной лампочки о смертельной опасности?!
Появившийся Тагир, естественно, уставился на меня маслеными глазками, суть его интереса была предельно ясна.
– Хорош пялиться, девочка и так нервная. Убери зеркала из комнаты и ванной. Аптечку тоже можно забрать.
Пока Тагир выполнял поручение, Рустам подошёл к шкафу и порылся в вещах. Достал мужскую футболку чёрного цвета. Судя по размеру – свою. Бросил мне. Я поймала и поспешно натянула её, утонув в хлопковом мешке, зато почувствовала себя намного увереннее. Насколько это вообще было возможно в нынешней ситуации…
Хлопнула дверь – мы снова остались одни. Облегчённо выдохнула. Подняла руки и откинула волосы назад, тряхнув головой, чтобы они улеглись. Я отращивала их с детства, только подравнивая кончики, и гордилась этим своим украшением. Подняла глаза и поймала на себе его странный взгляд. Словно он прикидывал, стоит или нет. А что именно – не хочу знать!!
– Обычно не насилую женщин. Но ты прям напрашиваешься, – задумчиво протянул Рустам, сунув руки в карманы и нагло шаря глазами по моей фигуре.
Услышав это, меня передёрнуло от отвращения и праведного гнева. Устав от давления и угроз, в запале вскочила со стула: «Давай! Только уже к вечеру меня найдёт мой отец, и тогда тебе конец! И всей твоей банде! А если убьёшь, пропишешься на зоне пожизненно!»
Обычно я так себя не веду. Точнее, никогда.
Видимо, это реакция на пережитый шок. Внутри всё это время жила другая Слава. Помалкивала, таилась. А в экстренной ситуации показала своё лицо. Я сама удивилась ей, Рустам, кажется, тоже.
Только его реакция была прямо противоположная той, что я ожидала. Он не разозлился, напротив, в холодных серых глазах вспыхнул огонёк азарта.
Слегка склонил голову набок, с интересом изучая моё лицо: «Вот это поворот. Мышка оказалась с острыми зубками?».
Подошёл ближе, остановившись только тогда, когда моя грудь почти упёрлась в его. Взял пальцами за подбородок и больно сжал так, что хрустнула челюсть, приподняв и заставляя смотреть в страшные стальные глаза.
– Продолжай. Что побледнела?
Он сломает, и глазом не моргнёт. Дура. На кого рыпаешься! Силы неравны. Надо молчать и слушаться, а при первой же возможности попытаться сбежать.
– Извини. – Выдавила я, кривясь от боли.
– Ещё и хитрая. – Усмехается, проводя большим пальцем по щеке, пробуя мягкость кожи, продолжая при этом удерживать моё лицо в тисках жёстких пальцев. Даже не скрывает сексуальный подтекст, – откровенный взгляд бесстыжих глаз прошёлся по моим губам, как если бы он прикоснулся к ним.
Меня трясёт от ненависти и отвращения. Думаю в этот момент о том, что если он изнасилует меня – я найду способ убить его. Смогу, – рука не дрогнет. А там уже всё равно, что будет. Только животное может использовать силу с девушкой!
– Отпусти… – опаляю его яростным взглядом. Чувствую непреодолимое желание ударить его, но мешает страх последствий.
От него потрясающе пахнет. Совершенно неожиданно замечаю это, ведомая собственными рецепторами… Только сейчас уловила аромат его парфюма, от которого подкашиваются колени и плывёт сознание! Табак, пачули, пряные, тёплые нотки древесной амбры… Этот восточно-древесный аромат идеально ему подходит, окутывает, словно вторая кожа! В нём есть сила, власть, искушение. Истинное мужское начало. Всё то, из чего состоит этот человек. Невольно признаю его превосходство на каком-то животном уровне, неожиданно почувствовав себя маленькой и слабой.