Чтение онлайн

— Но кто это сделал? И причем тут я?

Лев Витаутович пожал плечами.

— Злоумышленников ищем. При чем ты, она расскажет.

Я криво усмехнулся.

— Вам осталось пожелать мне спокойной ночи и цветных сказочных снов.

Его рука потянулась к ключу зажигания, и я невольно напрягся, хоть и понятно, что в этой машине никакой бомбы нет. Мерно зарокотал мотор.

— Иди домой, Саша. Завтра я за тобой заскочу, и поедем к ней.

— Но — тренировка…

— На месте Саныча я дал бы вам выходной. Думаю, так он и сделает.

Я поднялся к себе, отмечая странный топот за дверью. Оказалось, что по гостиной скакали Микроб с Погосяном и орали:

— У меня — выходной! — Микроб.

— Выходной, выходной! — Погосян.

— Вы ж дохли пять минут назад, — удивился я. — Теперь ясно, как вас на игру стимулировать, надо Санычу сказать.

А Тирликас, похоже, пророк.

— Я свобо-оден! — затянул Микроб, который сравнялся с Микой ростом, чем Погосян воспользовался, напрыгнул на Микроба сзади, и тот понес его на горбу, да вприпрыжку.

Сделав круг по комнате, Микроб пошел на второй, но вступил в воду, разлитую Клыком и рухнул набок, а Погосян повалился на него.

— А-а-а, твою мать, — взвыл Микроб, подтягивая ногу к животу. — А-а, черт, черт!

Погосян вскочил как на пружинах.

— Что?!

— Лодыжка, мать ее. М-м-м.

Микроб с полминуты катался по полу, а мы стояли, не зная, что делать. Я спикировал к нему, сел на корточки.

— Покажи.

— М-м-м, больно.

Уже по его стонам было понятно, что ничего хорошего. Клык, выбежавший в одних трусах ругаться, чтобы дали поспать, замер посреди гостиной.

Стиснув зубы, Микроб закатил штанину. Его лодыжка темнела и распухала на глазах.

— Капец, поиграл, — сквозь сжатые зубы процедил он. — Саныч мне башку свернет.

Погосян, набычившись, попер на Клыка:

— Потому что Ромушка разлила воду, так? Лужу сделал и не вытер за собой! Мы теперь лишись игрока!

Клык попятился, растерявшись, и я встал между ними.

— Мика, ша! Он не виноват. Давайте лучше подумаем, что делать.

Все посмотрели на отекшую лодыжку Микроба.

— Это вывих? — осторожно предположил Клык. — Мне Рина вправляла, когда я плечо выбил. Через два дня прошло.

— Она же не травматолог, — возразил я. — Тут в больничку надо.

— Не надо, — мотнул головой Микроб и сказал с надеждой: — Вдруг до завтра пройдет? Лед только приложим.

Мика метнулся к холодильнику и начал вытаскивать лед из формочек в пакет. А мне было ясно, что не пройдет, пустые надежды.

— Допрыгался, — жаловался на себя Микроб и хватался за голову. — Дурак, ой, дурак!

Интересно, он научился себя лечить, как я? Только это способно быстро поставить его на ноги, и то не факт, что — к игре с «Торпедо».

— Вдруг просто вывих, — сказал Клык с надеждой. — Давайте Дарину позовем, как она скажет, так и сделаем.

— На разрыв связок похоже, — вздохнул я, поднимаясь и пропуская к пострадавшему Погосяна со льдом.

И подумал, что даже если Микроб применит способности, не факт, что сможет играть с «Торпедо» — если не восстановиться нормально, можно вообще покалечиться. А с Гусаком вместо него мы точно не выиграем.

— Рина не придет, — чужим голосом сказал Погосян. — Она отдалилась совсем со своими парапланеристами. Даже в «Чемп» тогда не пришла, хотя мы звали. Вроде она к соревнованиям по параплану готовится. Говорила, классно, чемпионство в кармане, ведь девушек там мало. Да и парень у нее, похоже, завелся.

— Попытайся, — стоял на своем Клык. — Позвони ей.

— Пффф, на мой звонок она ваще не ответит.

Клыков перевел взгляд на меня.

— Саня, у тебя есть ее номер? Позвони, а?

Я молча достал телефон и набрал Рину, не особо рассчитывая, что она ответит в двенадцатом часу ночи, тем более если рядом ее парень.

Гудки, гудки, гудки — так и есть, не отвечает.

Щелк!

— Саша? — встревоженно проговорила она хриплым, как со сна, голосом. — Что случилось?

— Привет, Рина! Извини, что поздно. У нас тут Федор то ли голеностоп вывихнул, то ли связки порвал. Можешь глянуть?

Некоторое время девушка молчала, я почти видел, как она сводит у переносицы брови-стрелы, думает, спать дальше или мчаться на помощь. Если парень под боком, так ей посоветоваться надо, отпроситься. Отпустит ли он ее одну? А если нет и попрется с ней, Мику инфаркт хватит.

Погосян отошел от Микроба и вытянул шею, силясь расслышать, что она там говорит.

— Хорошо. Через пятнадцать минут буду. Приложите к лодыжке холодное, не трогайте ногу и не пытайтесь ничего вправлять.

Я собрался ответить, что мы не идиоты, но она оборвала связь.

— Идет, — доложил я.

Погосян вернулся к Микробу, глянул на лодыжку, которая стала красной. «И разрыв сосудов», — подумал я, зевнул. Выспался, ага. Все выспались.

Пока ждали Рину, а Микроб причитал, какой же он идиот, я наконец прочитал, что о нас пишут. Предсказуемо хвалили меня и Микроба, в игре с «Торпедо» нам пророчили проигрыш — дескать у противника нашего уровень вышки, а мы играем неровно и уже сдуваемся — у игроков прошла эйфория от возвращения легендарного вратаря.

Я покосился на Микроба. Без него точно не выиграем, а победы нам нужны, чтобы попасть в вышку, все-таки седьмое, точнее шестое место в таблице — не тройка лидеров. Успеет и сможет ли он вылечиться? Все зависит от того, что повреждено, есть ли разрыв связок или только растяжение. Одно ясно: Димидко лучше пока ничего не говорить, чтобы не шокировать его стремительной положительной динамикой, если у Микроба получится себя вылечить.

Дарина прибыла раньше, с сумкой, где у нее были всякие мази и перевязочный материал. Погосян впустил ее, она переступила порог, уставилась на Микроба, побледнела. Что это с ней? Стиснула зубы, словно у нее заболела голова, даже капли пота выступили. Ее настолько шокировала опухшая нога?