Чтение онлайн

– Ничего особенного, – фыркнула та. – Всего-навсего мир перевернется.

– Разве душевное спокойствие не стоит того?

Над горизонтом клубилось марево, грязно-черное, как лакричная конфета. Холодный ветер гнал тяжелые тучи, в недрах которых что-то смутно искрилось и рокотало. Поеживаясь под первыми крупными каплями ледяного дождя, мы метнулись через парковку к машине Кэтлин. Вдалеке сверкнула первая настоящая молния. Впереди, прямо по курсу, рождалась и густела дикая весенняя гроза. Сара-Джейн обожала такую погоду...

– Забросить тебя домой?

Я неуверенно кивнула. Перспектива очутиться в огромном пустом доме и тосковать там в одиночестве не прельщала.

– Может, перекусим где-нибудь?

– Прости, не выйдет, – отрезала Кэтлин, деловито врубая антирадар, и рванула со стоянки. – Спешу в офис.

– В выходной?

– У боссов не бывает выходных. Трое моих служащих вытребовали себе отпуск на три дня. Им, видите ли, приспичило развеяться в Портланде. Чертовщина, самый разгар семейных путешествий, а я вынуждена одна тянуть весь этот воз!

И она утопила в пол педаль тормоза, каким-то чудом затормозив прямо перед упавшим шлагбаумом на железнодорожном переезде. По рельсам уныло загрохотала бесконечная пригородная электричка. Я молчала, глядя в окно. Кэтлин осталась единственным моим зрителем – больше не перед кем разыгрывать мои маленькие драмы.

Кстати, о Кэтлин. Я жестоко заблуждалась, записав ее в операторы на телефоне. Она оказалась владелицей туристического агентства “Путешествия с Матушкой”. Своих клиентов – сплошь молодых нахрапистых “ребятишек”, привыкших в один день зарабатывать или терять миллионы, – Кэтлин окружала самой нежной опекой и неустанно баловала дорогими игрушками.

Если “деточка” начинал чахнуть под тусклым северным солнцем, она отправляла ему скромный ланч, аккуратно завернутый в проспекты курорта на Багамах. Нелады с женой? Клиент получал розы и перевязанную алым шелком стопку буклетов о “Приюте Воркующих Голубков” (Мы гарантируем, былая страсть вспыхнет вновь!).

Секретарши клиентов снабжали ее информацией самого личного плана, получая в награду билеты на очаровательные воскресные туры. Далекие от идеала габариты Кэтлин делали ее неопасной в глазах жен, невест и тех же секретарш, и ничья ревность не мешала клиентам бежать к ней за панацеей от своих проблем. И Кэтлин расправлялась с ними так же легко, как бархатная подушечка поглощает и обезоруживает острые булавки.

Замечательно, смаковала я обиду, у нее куча дел – так что с того? Битых два часа проторчала в “Системе”, а для меня ей и пятнадцати минут жалко. Кэтлин плевала на мое представление, неотрывно следя за проезжающей электричкой. Едва миновал последний вагон и шлагбаум нехотя пополз вверх, она газанула и вылетела на переезд. Ветер и дождь неприятно выстудили машину, я зябко поежилась и надвинула капюшон трикотажной фуфайки с кричащей эмблемой “Чикагских медведей”. Хорошо, что Рикки наплевала на мои увещевания и купила самый большой размер!

– Если ты так чертовски занята, отчего же не пропустила сегодняшнее занятие?

– Не будь сукой, Барбара. – Голос Кэтлин звучал доброжелательно, но твердо. – Мне и впрямь ничего не стоило его пропустить. Всю жизнь я упражнялась в этом искусстве – отыскивать оправдания, почему я не могу сделать что-то, чего не сделать нельзя. И представь, оправдания всегда находились. То матери нужно помочь, то позаботиться о детях, о своем бывшем, об учебе, о работе... Но теперь все, хватит.

Мы приехали. Кэтлин остановилась на подъездной дорожке к моему дому.

– Вряд ли я смогу похудеть, если не научусь печься прежде всего о своих интересах. И если в результате семейство Фицвиллингер на сутки позже получит свой тур в Диснеевский парк – что ж, так тому и быть. А если ты киснешь только из-за того, что я должна как-то зарабатывать на жизнь, – ничего, я и это переживу. И ни перед кем не собираюсь извиняться за то, что решила о себе позаботиться. Меньше всего перед тобой.

Молния хлыстом перерезала небо. Машину сотряс тяжелый раскат. Я нащупала ручку, толкнула дверцу. Кэтлин молчала.

– Ну, мне пора...

Оказавшись дома, я направилась прямо в кухню. Укутаться пледом в кресле у камина, рядом на столике горячий шоколад и коробка конфет, на коленях любимая книга... Вот единственно правильный способ прожить подобный день. Сара-Джейн понимала такую погоду. Кэтлин, конечно, права на все сто, и тем не менее она плюнула мне в душу.

Я погрохотала дверцами кухонных шкафов, налила молоко в самую большую кружку, всыпала какао, хлопьев и на три минуты сунула кружку в микроволновку. Немного погодя, может, нажарю еще и попкорна. Нет, никакого жира, только струя горячего воздуха да капелька растопленного диетического маргарина. И корытце низкокалорийной сливочной помадки из холодильника, чтобы оттенить послевкусие соленой кукурузы.

Взгляд зацепил мигающий красный огонек автоответчика. Не прослушать ли пока сообщения?

– Я тут забыл тебе сказать. Забери мои ботинки из...

Тебе тоже привет, Фрэнклин. У меня все прекрасно. Да, и мне очень приятно слышать твой голос.

Я перемотала кассету. Следующее сообщение началось с междометий. Когда запас “Хм-м...” и “Ну...” исчерпался, повисло неловкое молчание. Незнакомец определенно не привык к автоответчикам.

– Я вот... Ах да. Это я, Джордж Пэйн...

Как же, помню, Старый Пэйн, очкастый дятел. Это надолго. Автоответчик – самый терпеливый слушатель, хоть час говори, все покорно будет записывать. А судя по язвительным рассказам Фрэнклина, Джордж Пэйн кого угодно уболтает до тошноты.

– Я надеялся переговорить с мистером Аверсом или миссис Аверс. Ну, только чтобы удостовериться... То есть я просто хотел убедиться, что мистер Аверс получил мой чек. В смысле... Я послал чек мистеру Аверсу. Но я не знаю, когда смогу оплатить следующий взнос. Моя жена, миссис Пэйн... В общем, дела у нее неважны... А мистера Аверса никогда не бывает... вернее, я хотел сказать, я никак не могу дозвониться до мистера Аверса... А его секретарша сказала, что передала чек... Но уже прошла неделя, и я решил, лучше самому позвонить... Ну, в смысле... чтобы мистер Аверс не подумал, будто я несерьезно отношусь к своему долгу... Ну и вот, гм-м... Да, может быть, если у вас есть какие-нибудь вопросы, вы перезвоните мне?