Чтение онлайн

После этого клиент может делать неплохой бизнес в своей сфере деятельности – в банковском деле, страховом, в производстве. Компания ИБМ идею Перо отвергла. Сам замысел был неплох, но клиентура, по ее мнению, оставалась малочисленной. Из каждого доллара, затрачиваемого на обработку данных, восемьдесят центов приходилось на недвижимую аппаратуру – компьютеры – и лишь двадцать центов на программы, которые Перо и намеревался продавать. ИБМ не хотела нагибаться и подбирать рассыпанную на полу мелочь.

Таким образом, Перо отсчитал тысячу долларов из своих накоплений и начал собственное дело. Через десять лет пропорция расходов и доходов изменилась коренным образом: на программное обеспечение стало приходиться уже семьдесят центов из каждого доллара, затрачиваемого на обработку данных, а Перо сделался одним из самых богатых людей в мире, причем богатства этого он добился сам.

Председатель ИБМ Том Уотсон, повстречав как-то Перо в ресторане, сказал:

– Я хотел бы знать только одно, Росс. Предвидели ли вы, что пропорция так сильно изменится?

– Да нет же, – ответил Перо. – В ту пору мне и двадцати центов хватало.

Да, ему чертовски везло, но он поставил свое везение на расширение дела. Отсиживаться в сторонке и не рисковать было не в его характере. Кто не рискует, тот не выигрывает. Всю свою жизнь Перо только тем и занимался, что рисковал.

И вот наступил момент поставить на карту самую большую ставку.

В кабинет вошел Мерв Стаффер.

– Ну, готов ехать? – спросил он.

– Да, поехали.

Перо поднялся из-за стола, и они вышли из кабинета. Спустившись вниз на лифте, они сели в автомашину Стаффера – четырехдверный «линкольн-Версаль» новейшего выпуска. Перо прочел на табличке, укрепленной на приборной доске: «Мерв и Элен Стафферы». Салон автомобиля весь пропах сигарами Саймонса.

– Он тебя ждет, – сказал Стаффер.

– Хорошо.

Служебные помещения нефтяной компании «Петрус», принадлежавшей Перо, находились в соседнем здании на Форест-лейн. Мерв уже привез туда Саймонса, а теперь везет Перо. После встречи он доставит его обратно в здание ЭДС и вернется за Саймонсом. Цель таких рейсов – сохранить все в тайне, чтобы как можно меньше народу видели Саймонса и Перо вместе.

За последние шесть дней, пока Саймонс и команда спасателей занимались своими делами на берегу озера у виноградников, шансы на решение проблемы освобождения Пола и Билла правовыми методами резко сократились. Киссинджер, не сумев договориться с Ардеширом Захеди, больше не в силах чем-то помочь. Адвокат Том Льюс все время названивал всем двадцати четырем конгрессменам и обоим сенаторам от штата Техас и другим лицам в Вашингтоне, кого мог поймать. Но все, что они могли сделать, это позвонить в государственный департамент и спросить, в чем дело, а все их звонки туда замыкались на телефон Генри Пречта.

Начальник финансового отдела ЭДС Том Уолтер до сих пор не смог найти банк, который согласился бы направить в Иран аккредитив на сумму 12 750 000 долларов. Трудность, как объяснил Уолтер Перо, заключалась в следующем: по американскому законодательству частному лицу или фирме могут отказать в оформлении аккредитива, если есть свидетельства, что такой аккредитив подписывается под незаконным нажимом, скажем, из-за шантажа или похищения заложников. Банки усматривали в том, что Пола и Билла посадили в тюрьму, чистой воды вымогательство и знали, что ЭДС вправе оспорить в американском суде законность аккредитива и не отдавать полученные в кредит деньги. В теоретическом плане такой оборот не имел значения, поскольку к тому времени Пол и Билл уже вернутся домой, а американский банк просто-напросто откажется (на вполне законном основании) производить перевод денег по аккредитиву, когда он будет предъявлен к оплате иранским правительством. Но все-таки следовало принимать во внимание задолженность Ирана крупных сумм большинству американских банков, которые справедливо выражали опасения, что в таком случае Иран не замедлит предъявить встречный иск и вычтет 12 750 000 долларов из своих долгов американцам. Поэтому Уолтер пока еще не нашел такого крупного банка, который не вел бы дел с Ираном.

По этим причинам Перо продолжал, к сожалению, делать главную ставку по-прежнему на операцию «Пндруит».

Перо вышел на стоянке из машины Стаффера и вошел в здание нефтяной компании. Саймонс сидел в его небольшом кабинете. В ожидании он грыз арахисовые орешки, слушая транзисторный радиоприемник. Перо сразу же догадался, что орешки – это его ленч, а радио предназначено для глушения подслушивающих устройств, если таковые вдруг окажутся вмонтированными в этой комнате.

Они тепло поздоровались, пожав друг другу руки. Перо заметил, что Саймонс отращивает бороду.

– Ну, как дела? – спросил он.

– Все идет нормально, – ответил Саймонс. – Ребята начинают складываться в команду.

– Теперь вы знаете, – сказал Перо, – что можете вывести из команды любого, кого сочтете непригодным.

Два дня назад Перо предложил ввести в команду еще одного человека, который хорошо знал Тегеран и имел за плечами внушительный боевой опыт. Однако Саймонс после короткой беседы с этим человеком отвел его кандидатуру, заявив: «Этот парень несет чушь собачью, в которую сам истово верит». Теперь же Перо нужно знать, не ошибся ли Саймонс в других, проверив их на тренировке.

– Вы ведь отвечаете за всю спасательную операцию и… – продолжал он.

– Не надо дальше, – ответил Саймонс – Я не собираюсь никого отчислять. – Он мягко улыбнулся. – Это, конечно же, самые толковые ребята, которыми я когда-либо командовал, но в этом-то и своя проблема, потому как они думают, что приказы должны обсуждаться, а не слепо выполняться. Но они учатся, как выключать свои мозги и не думать, если это нужно. Я им ясно объяснил, что кое-когда обсуждения следует кончать и включать беспрекословное повиновение.

– Ну, тогда вы за шесть дней достигли больше, чем я за все шестнадцать лет, – усмехнулся Перо.

– Больше нам в Далласе делать нечего, – продолжал Саймонс. – Будем собираться в Тегеран.

Перо согласно кивнул. Это был его последний шанс отменить операцию «Пндруит». Когда спасатели отправятся из Далласа, связь с ними вполне может прерваться, и они выйдут из-под контроля. Ставка сделана.

На ум пришли увещевания:

«Росс, это чистейший идиотизм. Ты уничтожишь компанию и тем самым совершишь самоубийство».

«Черт возьми, Росс. Мне даже пальцев на руках и ногах не хватит, чтобы перечислить законы, которые ты намерен преступить!»

«Вместо двух без вины виноватых сотрудников за решеткой у тебя окажется восьмерка действительно виноватых потенциальных мертвецов».

«Да. Есть один парнишка из Тексарканы, который уже несколько лет мечтает поступить туда».

– Когда думаете уезжать?

– Завтра же.

– Желаю удачи, – сказал на прощание Перо.