Чтение онлайн

Остальные данные – в следующий раз.

Сто второй день.

Что-то случилось. Хэллоуэй пропал!

Вот как всё произошло. Сегодня утром, десять часов назад, Хэллоуэй попросил разрешения провести разведку примерно в миле от лагеря, в той стороне, где растут довольно высокие деревья. Он рассчитывал, что если заберется на одно из них, то перед ним откроется широкий обзор в новом направлении. Он пообещал не рисковать и вернуться через три часа. Этвелл согласился, поскольку просьба казалась безобидной, а место находилось совсем близко к лагерю. К тому же это могло облегчить нервное состояние Хэллоуэя. Он ушел как раз на рассвете.

Хэллоуэй не вернулся вовремя. Этвелл немедленно отправил поисковую группу. Следы Хэллоуэя на снегу обрывались у самого леса, а дальше их невозможно было проследить.

Ни следов крови, ни клочков одежды – вообще никаких улик, проливающих свет на его судьбу. Он словно сквозь землю провалился.

Весь этот день поисковые группы по два человека в каждой прочесывали местность во всех направлениях от лесного массива в надежде наткнуться на след. Но ни самого Хэллоуэя, ни следов его ног нет и в помине.

Мы все глубоко подавлены. Несмотря на его порывистый, горячий нрав, мы все его любили. Неужели он по глупости отправился пешком на поиски пирамиды, сам не зная куда? С собой у него был ранец с недельным запасом провизии.

Что ж, поскольку по этому вопросу сообщить нечего, я приведу ещё несколько данных о Юпитере. Из?за быстрого вращения экваториальное вздутие огромно, а сплющивание у полюсов достигает восьми тысяч миль – диаметра Земли! Также…

Внимание!

Продолжаю. Только что произошло нечто такое, что может пролить свет на исчезновение Хэллоуэя.

– Молодой глупец, – процедил Этвелл, когда Линг и Тарней вернулись, доложив, что в исследованном ими квадрате никаких следов Хэллоуэя так и не обнаружено. – Неужели ему хватило глупости в одиночку отправиться на поиски пирамиды?

Карсен внезапно повернулась к капитану Этвеллу. Лицо её исказилось от волнения. До этого она умоляла разрешить ей помочь в поисках, но капитан ответил жестким отказом.

– Дело не в пирамиде, капитан, – тихо произнесла она. – Дело во мне. Я не хотела говорить раньше, но Хэллоуэй оказывал мне настойчивые знаки внимания всякий раз, когда мы оставались наедине. Это продолжалось много дней. Я пыталась объяснить ему, что я просто Карсен – член экспедиции, и ничего более. Но он не унимался. И… копил в себе обиду. Я думаю, капитан, он ушел из-за меня.

Мы все были ошарашены. Но в то же мгновение все кусочки мозаики сошлись. К слову, тем самым человеком, который в тот день выбежал с корабля, потирая щеку, оказался именно Хэллоуэй – это был след от жгучей пощечины Карсен. Да и его мрачность… что ж, кое-кто из нас и раньше подозревал, что дело тут далеко не в одной пирамиде. В каком-то смысле Хэллоуэя нельзя было винить. Его первый полет в космос, а тут весьма хорошенькая девушка…

Мы все сердито уставились на Карсен. Этвелл медленно перевел на нее суровый взгляд. Надо признать, Карсен потребовалось немало мужества, чтобы заговорить. Ведь если бы Хэллоуэй так и не вернулся, мы бы все решили, что он отправился на поиски пирамиды. Но это не уменьшало ее вины. Само ее присутствие в нашей экспедиции – присутствие женщины – изначально было опасной игрой с человеческими чувствами.

– Ты его прогнала, – резко бросил Этвелл. – Свела его с ума. Я знал, что ты принесёшь беду, так или иначе, Карсен. Я знал это! Ради безопасности моей экспедиции мне следовало в первый же день взять тебя и…

Его кулаки то сжимались, то разжимались. Мы были практически уверены, что Этвелл набросится на нее. Но он отвернулся.

– Линг, Тарней! – рявкнул он. – Час отдыха. И снова на выход. Гиллуэй, бросай чертово радио и возвращайся к поискам. Шанс найти его еще есть. Карсен, надевай парку. Сейчас пойдешь на поиски. Со мной.

Трудно объяснить, какова именно роль Карсена в этой истории. Возможно, это потеря человеческой жизни. Но что ещё важнее – утрата морального духа. Мы ведь не знаем, в какой следующий момент у кого-то еще из нас помутится рассудок из-за Карсен. В конце концов, мы сначала мужчины, а уж потом ученые. Мы вовсе не состоим из одного лишь альтруизма, разума и возвышенных стремлений первопроходцев. Такова голая правда, какой бы горькой и разочаровывающей она ни была.

На этом пока все.

Сто четвертый день.

Хэллоуэй вернулся! Но Карсен пропала!

Вчера фон Целл и Суинертон нашли Хэллоуэя: он бесцельно плутал в снегу всего в пяти милях от лагеря. Его принесли на корабль, и Парлетти сразу же занялся им. У парня обморожение левой руки и обеих ног, но пальцы ампутировать не придется. Он постоянно двигался, и этого хватило, чтобы поддерживать хоть какое-то кровообращение. У него молодой крепкий организм.

История вышла довольно странной. Хэллоуэй не замышлял ничего дурного – он действительно собирался только залезть на дерево, как и говорил. Но идти туда пришлось на восток, прямо навстречу восходящему Солнцу. А темных очков у него с собой не было. В результате он поймал снежную слепоту и после этого просто беспомощно блуждал, окончательно потеряв дорогу.

– Снежная слепота! – ошеломленно повторил Этвелл. – И это всё? Ты не отправился на поиски пирамиды? Ты не бежал от Лонны Карсен?

– Пирамида? Бежал от… – На лице Хэллоуэя отразилось крайнее недоумение. – При чем тут вообще Карсен? Да, признаю, я какое-то время вел себя с ней как полный дурак. Но она быстро поставила меня на место, и я это пережил. Она потрясающая девушка. Не стала держать зла, не побежала жаловаться капитану и не стала устраивать мне проблемы. Мировая девчонка. А где она?

Да, где же она? С нами её не было!

Этвелл словно посерел.

– Она вернулась вместе со мной час назад, мы оба устали как собаки после поисков, длившихся всю ночь. Должно быть, она тут же незаметно ускользнула обратно – чтобы продолжить искать!

Линг наклонился и поднял пару снежных очков.

– Она их обронила! Она сейчас там – без очков…

Забавно было видеть, как мы все разом встрепенулись. Мы были измотаны после суток непрерывных поисков, проведённых на ногах без единой минуты сна. Теперь мы все делали вид, что бодры, как огурчики, и готовы к новым поискам. Мы поступили с Карсен очень несправедливо.