Чтение онлайн

В центре поляны одиноко ходила Лайла, бороздя взором низко выщипанную траву с глубокими следами копыт. Земля до сих пор хранила стойкий запах табуна, что пасся здесь два или три дня назад. Не то местные дельцы перегоняли лошадей для продажи, не то в пещере гостила группа охотников или же вовсе – разбойников… Размышления вампирши прервал хруст ветки, и из леса показалось безэмоциональное лицо северянки, вооружённой круглым щитом и обмотанным верёвкой мечом.

После очередного брошенного на пещеру взгляда, Джон едва не вздрогнул, обнаружив сидевшего рядом Рэксволда, который возник настолько бесшумно, будто материализовался из воздуха. С любопытством наблюдая, как девушки готовятся к поединку, ассасин ухмыльнулся:

– Даю Лайле полминуты, не больше. Отделается трещиной в ребре или вывихнутой рукой, смотря каким приёмом Эрми собьёт её с ног. Потом можно будет, наконец, пожрать.

– Я бы не был так уверен… – хитро улыбнулся следопыт.

– Ну, может чуть дольше, если северная тигрица захочет поиграть с добычей. Но итог очевиден.

– Лайла победит, – самоуверенно отрезал Джон.

– Да что ты? Поспорим? – Рэксволд с вызовом протянул ладонь. – На желание. В пределах разумного, чтобы ты не сильно плакал.

– Готовься чистить Бамбука, – усмехнулся следопыт, пожимая руку убийцы.

Остановившаяся в пяти метрах от вампирши воительница подняла щит и отвела назад клинок:

– Уложишь меня на лопатки – победа твоя.

– Уяснила, – на ладонях Лайлы засияли колдовские руны.

– Начали! – скомандовала Эрминия, после чего стремительно укрылась за щитом, о который тут же разбился поток ревущего пламени. Едва оно стихло, северянка отпрыгнула назад и рассекла пространство круговой атакой на случай, если вампирша дерзнула перейти в наступление в самом начале сражения. Однако просвистевший клинок не встретил препятствия. Закончив разворот, воительница успела заметить Лайлу, стоявшую поодаль, прежде, чем та взмахнула руками и скрылась за ярким столпом огня, взметнувшимся из центра поляны. От неугасающей колонны, что закручивалась по спирали языками пламени и обрывалась на уровне макушек деревьев, стали быстро расползаться красно-оранжевые лучи. Они выжигали траву, шипели на сырой земле, подобно раскалённому металлу, пока не достигли границ арены и не переросли в трёхметровые полыхающие стены, отчего сидевшие на краю поляны изумлённые воины окончательно потеряли дар речи.

– Так вот что ты задумала… – прошептала Эрминия, глядя, как лютый жар разгоняет остатки дымки. – Решила поиграть в кошки-мышки? – прорвав щитом пылающую завесу, она молниеносно перепрыгнула на другой обрамлённый огненным барьером участок, прикидывая, где может находиться соперница. – Ну давай поиграем…

Вампирша осторожно шла по кругу, сменяя остроугольные сектора и бросая по сторонам лихорадочные взгляды: нельзя было пропустить появление северянки, которая, вероятно, обогнула уже не меньше половины арены. Лайла старалась быть бдительной, но большую часть внимания забирала сиявшая в голове проекция, что напоминала горящие спицы тележного колеса. Заклинание действовало по принципу иллюзии с единорогом, но без ограничений: огонь не утрачивал испепеляющих свойств.

Разведённые ладони приказали пламени образовать в магической стене очередную безопасную арку. Едва вампирша миновала её, проход позади сомкнулся, обдав спину жестоким жаром: не оставь Лайла накидку в пещере – тонковыделанную шерсть покрыли бы тлеющие дыры. Однако единственное пекло, что сейчас вызывало тревогу, – горячий приём, который могла устроить Эрминия, если задумала засаду в одном из восьми секторов. Не успела мысль пустить корни, как сзади, сквозь гул огня, проступили нарастающие, быстрые шаги. Вампирша запаниковала: планы зайти с тыла рушились карточным домиком. Спрятаться! Внезапная идея разбилась о неприятные реалии – ровную землю без единого кустика или деревца. До появления воительницы оставались секунды. Нужно было срочно что-то решать. Выход за пределы арены противоречил правилам, но никто не запрещал использовать местность для маскировки. Лайла метнулась к краю поляны, где замерла на фоне леса в надежде остаться незамеченной.

Сгруппировавшись и умело отсекая пламя выставленным вниз щитом, из горящего барьера выскочила северянка. Она закончила прыжок ловким перекатом, после чего, будучи готовой отражать магические атаки, полоснула окружение ищущим взором. Голубые льдинки глаз остановились на застывшей в семи метрах вампирше, которая, невзирая на однозначное обнаружение, продолжала изображать статую. Но стоило Эрминии только начать поворачиваться, как Лайла выбросила вперёд ладони, пронзив воздух потоком огня.

Укрывшаяся за щитом северянка ринулась в бой. Обитый железом деревянный круг непрерывно дрожал под натиском пламени, когда в ноги вдруг ударил другой поток, проступивший обжигающим жаром через кожаную броню. Моментально сообразив, что вампирша направила руки на разные части тела, Эрминия пригнулась и сменила наклон щита так, чтобы он отражал сразу два огненных луча.

Серия слепых рубящих выпадов вынудила Лайлу прервать атаку и отскочить в сторону на безопасное расстояние. Пока все тактические ходы только отсрочивали поражение. Шанс на победное контрнаступление могла дать лишь иллюзия с единорогом, семя надежды, для которого ещё следовало подготовить почву.

Выглянув из-за щита, воительница увидела, как зелёные человеческие глаза вампирши сменились чёрными вертикальными зрачками, тесно объятыми багровым заревом. Обвитый верёвкой клинок описал несколько художественных колец и замер, глухо ударившись об обугленный щит. За это время северянка успела оценить боевую стойку соперницы: грозный взгляд, низко опущенный подбородок, крепко сжатые кулаки… Неужто Лайла сочла магию бесполезной? Сделала ставку на физическую силу, пусть и сверхъестественную, понадеявшись на десяток изученных за месяц приёмов? Бред. От отчаянного шага за километр несло уловкой. Оставалось только понять какой…

Бесстрашно рванув вперёд, Эрминия перешла в неистовое наступление. Было немного досадно, при умении наносить сокрушительные удары щитом, держать его всё время около себя, приподнимая всякий раз, когда Лайла разжимала кулаки. Но сколько ни мелькали в бою ладони с колдовскими рунами, огненные потоки больше не призывались. Игнорировала вампирша и усвоенные на тренировках атакующие приёмы, продолжая с завидной ловкостью уворачиваться от свистящего меча – словно ждала удобного момента для чего-то грандиозного.

Подозрения воительницы были верны. Проницательный разум Лайлы выстроил достойную тактику, подобную неприступной башне с баллистой наверху, что должна была одним точным выстрелом предопределить исход сражения. Однако в высокой каменной стене затаилась трещина, способная в одночасье обратить строение в груду камней, и, заметив её, северянка навела на цель незримый требушет…

Двойной хитрый выпад заставил вампиршу поднырнуть под клинок, а затем сразу же уклониться влево – длинные волосы, которые, вопреки советам, всегда оставались распущенными, предательски захлестнули лицо Лайлы. Вложив всю силу в следующую атаку, Эрминия планировала наградить бедро соперницы огромным, болезненным синяком, тёмно-фиолетовой полосой, что подчеркнёт важность соблюдения элементарных правил боя. Разрываемый стремительной сталью воздух… Щит, готовый нанести добивающий удар… Всего пара секунд до абсолютной победы…

Но выглянувшее из-под каштановых волос лицо обожгло рассудок коварной улыбкой. Воительница почти услышала тревожный щелчок сработавшего капкана, только остановить меч уже не представлялось возможным – оружие поглотила вспыхнувшая между девушками стена огня. Северянка с удивлением обнаружила, что клинок, покоряясь неведомой силе, остановился в трёх дюймах от вампирши и, вопреки всем законам логики, увяз в языках пламени, как в густой трясине.

Этот «фокус» стоил Лайле почти всей колдовской мощи. Пришлось даже погасить огненную проекцию, чтобы сложное защитное заклинание гарантированно удалось. И всё равно обращённые к телу ладони дрожали от невидимого груза, будто к каждой руке привязали по наковальне – знакомый эффект, верный признак посредственной концентрации. Благо ошибки сознания могла компенсировать недюжинная вампирическая сила. Без неё Лайлу бы ждал провал: непривычно ожесточённый натиск Эрминии вызывал бурю эмоций, сбивал с толку, спутывал мысли в тугие клубки, в то время как магии требовалась неукоснительная ясность разума. Тем не менее пока всё шло по плану, а значит, нельзя было терять ни секунды…