Чтение онлайн

Я говорил, наместник тоже. Оба мы изображали внимание к словам друг друга. А Змейка слушала, улыбалась и одновременно тихо офигевала от обилия лицемерия с обеих сторон. Ей это было видно по той причине, что она знала мои истинные намерения. Зная же их, можно было вычленить и тот ложно-сладкий сироп, который источал Мстислав.

Однако, ближе к делу. Сейчас собеседник разговаривает со мной обо всем и ни о чем, а скоро, если не обострить разговор, пойдет дальше. Этого мне сейчас не надо. Следует подсадить его на крючок, заинтересовать и в то же время припугнуть. Окольные пути тут не годятся, но и прямой грубости не хочется. Значит...

– Хороший набег - благо для всех нас, - сменил я тему, прерывая наместника, вздумавшего порассуждать об укреплении дружины князя Киевского.
– Деньги, они быстро утекают. Вроде бы и доли хирдманам выплатили, и оружие с бронями в порядок привели, заменили, если надо. А все равно, вечные проблемы. И чем выше положение, тем больше проблем. Обычный ярл меньше страдает от этого, чем конунг, конунг меньше наместника.

– Да... без проблем не обходится.

– Вот-вот. Некоторые даже занимают у купцов. Беда лишь в том, что за одним займом следует второй, третий. Знал я одного ярла, который так лишился всего и вынужден был влиться в хирд более разумного лидера вместе со своими кровными родичами и побратимами.

– Бывает и такое, - насторожился наместник.
– Я тоже знал несколько таких случаев. Печально, но... Вряд ли стоит обсуждать грустную тему перед веселым пиром.

– Обсуждать не стоит, тут ты прав. Зато обдумать ее стоит. Ведь мало кто может сказать о себе: 'Я чист от любых долгов и уверен в будущем'. Впрочем, тебе, Мстислав, я этого желаю.

К словам была добавлена ироническая улыбка, цель которой - показать собеседнику, что его долги не являются для меня тайной. Мимика, интонации... Их зачастую достаточно, чтобы передать в беседе то, что не слишком полезно выражать словами. Вот как сейчас.

Наместник все понял, гарантия. Иначе не дернулся бы уголок рта. Пальцы левой руки не сжались бы в кулак, а взгляд не вильнул бы в сторону на доли секунды. Нервишки, они ж не железные, а тут такой неприятный и опасный сюрприз. Теперь он знает, что я знаю. Может и подозревать о том, в чьих руках находятся заемные письма, хотя здесь у него еще нет уверенности. Мда, уверенности то нет, но он будет стремиться продолжить разговор в более спокойной атмосфере, без свидетелей.

И верно. Закруглив беседу. Наместник переместился к следующему гостю, но вот вид у него немного, но все же изменился. Само собой, что далеко не в лучшую сторону. Об этом я сразу же шепнул Роксане. Девушка на пару секунд задумалась, а потом подтвердила. Дескать, все верно, как-то наместник прижух, потерял часть своей важности. А затем спросила:

– Что он дальше будет делать?

– Дальше... Будет пирушка, во время которой у Мстислава Игоревича вряд ли будет хороший аппетит. Посидит, погрустит, в промежутках между здравицами попробует придумать возможные выходы из ситуации. Может с кем-то из приближенных посоветоваться, а то и послать одного из них ко мне.

– Договариваться, значит.

– Оно самое, - саркастически усмехнулся я.
– Только пока не знаю, как все это будет обставлено. Но будет, клянусь кровью Одина. Ничего не делать для наместника - худший из вариантов. Этим он лишь покажет свою слабость и готовность сдаться на милость победителя.

– А хорошо бы...

– Хорошо, не спорю. Но нереально, это не слабый человек, он привык бороться с трудностями, а не плыть по реке судьбы.

Что ж, все случилось именно так, как и предполагалось. Закончив обход гостей, перекинувшись с каждым из них несколькими словами, наместник сделал какой-то хитрый жест, и увидевшие это слуги засуетились. Да, куда там официантам моего времени. Здесь все было куда быстрее и внушительнее. Всего минута прошла, а стол уже украсился разнообразными блюдами. Особо утонченных, как принято в Византии, не было, зато обилие и разнообразие было куда приятней для собравшихся.

Ну все. Теперь как минимум пару часов будут подниматься кубки с вином и медом, звучать хвалебные здравицы во славу каждого из гостей. Те будут отвечать тем же по отношению к хозяину торжества. В общем, все как всегда. Но вместе с тем стоило прислушиваться к словам Мстислава Игоревича, ведь каждая произносимая им здравица имела и скрытый смысл.

Слова лились тихим, но нескончаемым потоком. Они то обволакивали, то заставляли прислушиваться к каждому звуку. Звучали описания собравшихся князей-ярлов, их силы, успехов. Если кто-то о чем-то не знал, то сейчас мог быстро восполнить проблемы в знаниях. Это сразу же подметила сидевшая справа от меня Роксана, прошептавшая:

– Он же озвучивает нынешние силы каждого... Так всегда происходит?

– Частенько, - подтвердил я, в то время как наместник разливался соловьем по поводу Лейфа Стурлассона.
– Особенно если ожидается серьезный поход по призыву князя Киевского или же набег нескольких ярлов с выбранным ими конунгом во главе.

– Но сейчас никто не слышал о новых походах.

– Верно. Значит, или все планы держатся в строжайшей тайне, или тут то-то более хитрое.

– Ты догадываешься?

– Увы, но нет. Разве что потом, когда второй раз поговорю с наместником.

Тут мне пришлось отвлечься от разговора с Роксаной. Прервал неугомонный Зигфрид Два Топора, оказавшийся мои соседом с другой стороны. Без особого смысла, просто так. Возжелалось ему, приняв внутрь пару кубков, поговорить о варяжской мощи и готовности хоть завтра сорваться в новый набег.

Спорить с поддавшим ярлом... Да чур меня! Гораздо спокойнее просто поддержать разговор, благо и напрягаться особенно не приходилось. Надо было лишь изредка вставлять пару слов, да наводящими вопросами поворачивать монологи Зигфрида в мало-мальски интересное мне русло. Если честно, то на сей раз я подталкивал собеседника к темам, которые полезно было знать не столько мне, сколько Роксане.

Змейке это было и интересно, и хоть как-то примиряло с соседством жены Стурлассона, которую тот таскал за собой на многие пирушки. Признаться, пустоголовая особа, любящая поговорить о каменьях, платьях, украшениях. О мужчинах сейчас у нее говорить не получалось, поскольку законный спутник был совсем уж рядом. Я невольно улыбнулся, и сочувствуя своей спутнице, и в то же время слегка злорадствуя. Не то чтобы мне не нравился ее подчеркнуто воинственный облик, стиль... Просто все равно в нем чего-то не хватало. Впрочем, моя склонность к эстетству, она вечная и неистребимая, люблю совершенство.