Чтение онлайн

— И куда? — поинтересовался я.

— Пока не знаем, — ответил он.

Решив, что он не хочет говорить мне, боясь преследования, объяснил:

— Я не погонюсь за вами. Просто вы можете опять оказаться на моем пути, а я по две шкуры не снимаю.

— Я, правда, не знаю. Мы пока не решили, куда пойдем, — признался Цуббаллани. — Куда-нибудь, где боги перестанут гневаться на нас.

И тут мне пришла в голову интересная идея. Мои планы по переезду в Италию упирались в нежелание ахейцев уезжать из Милаванды и прилегающих к ней территорий. Они уже обжили те места. У каждого есть дом в большом городе и имение за пределами крепостных стен. Бросать всё это и начинать сначала в незнакомой местности желания никто не проявлял. Они уже и так наскитались. Среди дорийцев, особенно недавно присоединившихся к моей армии и не успевших разбогатеть, можно было бы набрать добровольцев, но они годились только для службы в армии, а для нормального функционирования государства нужна бюрократия — образованные люди, способные заниматься нудными делами. Такие были у хеттов. Если их образованность соединить с воинственностью дорийцев, может получиться жизнеспособное государство.

— Я могу вам предложить место для переселения. Местность там тоже гористая, но зима теплая. Земли хороши для выращивания зерновых, виноградников и садов. Местное население не воинственное, живет в небольших слабозащищенных поселениях, которые нетрудно будет захватить. И самое главное, когда я был там в первый раз, мне приснился сон, в котором бог сказал мне, что на этих землях в следующую тысячу лет не будет больших войн. Сам собираюсь туда перебраться. Если бы вы по просьбе египтян не напали на Милаванду, я бы года через два-три обосновался там, избавил вас от беспокойного соседства, — поведал я, малость присочинив.

— Тысячу лет?! — удивленно произнес верховный жрец.

Про тысячу лет — это я сгоряча ляпнул, потому что помню, когда примерно попрут римляне и подомнут всех соседей по Аппенинскому полуострову, потом по всему Средиземноморью, а потом доберутся на севере до острова Британия, а на востоке — до Средней Азии, но не знаю, какой сейчас год до нашей эры. Если и ошибусь на несколько веков, в этой жизни меня на лжи уж точно никто не поймает. При этом байка про приснившегося бога не показалась Цуббаллани бредовой. Оно и верно — боги ко всем приходят во снах и дают умные советы, а бестолковые люди постоянно не слушаются их, из-за чего все беды на земле.

— Да, — подтвердил я. — Сам удивился.

— Порой боги говорят невероятные вещи, поэтому мы их и не слушаем, — произнес верховный жрец, подтвердив мои мысли о его умственных способностях.

— А я послушал и решил перебраться туда. Если пойдете со мной, помогу переплыть через море и обосноваться. Мои воины вместе с вашими покорят местное население. Земли с крестьянами раздам знатным людям, как это привыкли делать вы на покоренных территориях. Со временем построим большие города и заживем мирно и счастливо, — поделился я планами.

Видимо, они понравились и Цуббаллани, или у него просто не было выбора, хватался за соломинку, потому что предложил:

— Если ты женишься на дочери Суппилулиума, то станешь и нашим табарну. Уверен, что совет старейший и панкус одобрят твою кандидатуру. Тогда мой народ пойдет за тобой, куда скажешь.

— Я убил ее отца, — напомнил ему.

— Знаю. Это случилось во время поединка, а не ударом в спину. У нас в древности был обычай, по которому претенденты на власть выясняли во время поединка, за кого боги, и победитель брал в жены дочь или сестру побежденного, чтобы слились обе линии, и она становилась старшей женой, матерью наследника, — рассказал Цуббаллани.

Я знал, что у хеттов практикуется многоженство и существуют строгие нормы передачи наследства. Есть старшая жена, дети которой в первой очереди на наследство (трон), и младшие, дети которых во второй очереди. Старший сын от старшей жены, как и у западноевропейских рыцарей, получает главный феод, а остальным достается дополнительная собственность или деньги, если таковые есть. Если у старшей жены нет сыновей, тогда наследство переходит старшему сыну от любой из младших жен. Если и у них нет сыновей, тогда мужу старшей дочери от старшей жены и так далее. Если детей нет вообще, то наследство достается братьям мужа или их сыновьям. То ли хетты состоят в родстве с германскими племенами, предками западноевропейских рыцарей, то ли хеттские законы продерутся через века и возродятся у рыцарей.

— Хорошо, готов жениться на ней, — согласился я.

Поскольку будет второй женой, внешность меня не интересовала. Если будет очень страшная, постараюсь как-нибудь по пьяне заделать одного наследника, а потом оставлю без внимания.

— Только она еще не достигла половозрелости, — предупредил он.

— У меня есть жена и наложницы, подожду, — сказал я.

Это даже упрощало дело, если принцесса мне не понравится.

— Я должен обсудить это со своим народом, — сообщил верховный жрец.

— Я тоже должен обсудить со своими воинами, — произнес я. — Хорошая добыча сделает их сговорчивыми. Так что давай встретимся завтра и обсудим детали нашего соглашения. Пришлешь утром десять заложников из знатных семей, и я зайду в город с малой свитой.

— Сделаю, как ты говоришь, — согласился Цуббаллани.

После ухода хеттского жреца я созвал командиров отрядов. Поскольку в шатер они все не поместились бы, встречу провел на поляне возле горящих костров, на которых воины готовили ужин. Командиры уселись кругом на земле, а остальные стояли позади, на дистанции в метр-два, где прекрасно слышали, кто и что говорит. Все уже знали о моих переговорах с верховным хеттским жрецом и догадывались, о чем мы говорили. Неизвестен был только результат.

— Хетты считают, что на Хаттусе лежит проклятие, поэтому готовы сдать нам город и уйти, — первым делом проинформировал я.

Радостные крики продолжались минут пять. Орали и командиры, и простые воины. И те, кто слышал мои слова, и те, кто не слышал, но по крикам других догадался, чему они радуются. Конец войне, богатейшая добыча и возвращение домой, где о них — победителях грозных хеттов — будут слагать песни. Редко кому доводится стать участником похода, который заканчивается разгромом величайшей империи. Особенно, если учесть, насколько малы были наши силы в сравнение с хеттскими.

— Завтра я обговорю с ними размер откупа. Каждый из нас станет намного богаче. После чего они уйдут из города, и любой, кто захочет, сможет зайти в Хаттусу и взять, что понравится. Не думаю, что там останется что-либо ценное, но, если кому-то мало, пусть поищет еще, — рассказал я. — После чего хетты пойдут со мной в Милаванду, а оттуда переправлю их через море на запад, в земли пенестов, где они и поселятся. Я буду их правителем. Любой воин сможет отправиться туда со мной и получить там надел земли и крестьян, которые будут работать на него.