Чтение онлайн

— Ты уже знаешь про меня на этом фронте, — говорит Натали и поднимает кулак. — Паршивые овцы объединяйтесь.

Мы стукаемся кулаками.

— Кажется, у нас есть кое-что общее, почти бывшая миссис Хаммер.

— Какой позор, потому что это забавная фамилия.

— Так и есть. Кстати, принимая во внимание факт, что мы встречаемся на фермерском рынке, а не в офисе, это значит, что мы пытаемся больше не трахаться, как кролики? — спрашиваю я, стараясь прояснить ситуацию.

Натали хохочет и указывает на палатки, где торгуют спаржей, рукколой и артишоками.

— Что? Ты думаешь, я не затащу тебя за одну из палаток с овощами, чтобы мы могли заняться этим за коробкой с шампиньонами?

Я тотчас же осматриваю рынок.

— Где эти проклятые грибы?

Натали сильно меня шлепает, и мы выходим из рынка.

— Я, правда, думаю, что мы должны стараться быть хорошими мальчиком и девочкой, — говорит она более серьезным тоном. — Тебе это подходит?

Я обнимаю ее одной рукой.

— Подходит. И, похоже, мы выжили, держась подальше друг от друга, и все благодаря твоей стратегии с грибами. Не думай, что осталось незамеченным то, что здесь нет палатки с грибами.

— Ты вывел меня на чистую воду. — Она опускает взгляд на мою руку, лежащую на ее плече, словно говоря, что она меня поймала.

Я убираю руку, признавая свою вину.

— Я пытаюсь, женщина. Я пытаюсь быть хорошим парнем.

И я очень-очень пытаюсь. Я изо всех сил стараюсь не перекинуть Натали через плечо, не потащить ее через толпу и не зацеловать нахрен на ящиках с ягодами, со спаржей или за ящиками с гроздями бананов.

Потому что в действительности, делать «это» с ней, за палаткой с бананами было бы абсолютно в нашем стиле.

— Зацени эту палатку с бананами, — говорю я, касаясь ее рукой и поигрывая бровями.

Натали шлепает меня по руке.

— Ты плохой. Мы пытаемся быть друзьями.

Я выпрямляюсь и говорю серьезным тоном:

— Конечно, я имел в виду, как друзья. Я хочу, чтобы мы с тобой были «друзьями» за палаткой с бананами.

Она закатывает глаза.

— Говоря о том, чтобы быть друзьями, позже я пришлю тебе свои видеоролики. Я готова их тебе показать.

Когда тем же вечером я кликаю на письмо от Натали, то обещаю себе сосредоточиться на том, чтобы ей помочь, а не том, чтобы трахать.

Потому что Натали нужна помощь.

Эти видеоролики — отстой.

Натали ударяет жилистого чувака в черных спортивных штанах, и он падает на пол в изящную кучку. Словно он долго упражнялся в этом движении.

— Видишь? — говорю я, указывая на видео, которое Натали проигрывает на своем телефоне в понедельник вечером в додзе в «МакКеон Каратэ». — Такое чувство, что он уже такое делал раньше. Это воспринимается как реклама, а не как реальная ситуация.

Мы сидим на синих матах со скрещенными ногами. На сегодня Натали закончила занятия и попросила меня встретиться с ней здесь, чтобы посмотреть видео. Я работал над кухней Вайлет, и за весь день это был единственный шанс, чтобы мы смогли пересечься.

Натали туже затягивает свой конский хвост, дергая за пряди волос. Она выглядит жесткой и деловой в своей униформе для каратэ: в белых брюках и такой же рубашке, а еще с черным поясом. Ее ступни, однако, восхитительно симпатичны. Они голые, а ногти на пальчиках ног окрашены в чередующиеся оттенки мятно-зеленого и ярко-фиолетового цветов. Как она и сказала мне в Вегасе: ей нравится так делать.

— Слишком гладко, ты это имеешь в виду? — спрашивает она.

Я стучу пальцем по своему носу.

— Бинго.

— Думаешь, все должно выглядеть более настоящим?

— С помощью этих видеороликов ты пытаешься достучаться до аудитории. Вдохновить женщин, чтобы они учились самозащите. На мой взгляд, тебе нужно, чтобы видеоролики выглядели естественнее. Будто это могло произойти на самом деле, и ты смогла быстро развернуться и ударом поставить на колени какого-нибудь долбаного ублюдка.

Натали вытягивается вперед и плюхается лицом на коврик.

— Слава Богу, — говорит она, выдыхая. — Я думала, ты собираешься сказать, что они скучные.

— Ха. Нет, — говорю я, размахивая телефоном. — Этот парень — он просто такой весь из себя «Каратэ-пацан». Я на это смотрю и не думаю о самообороне. Я думаю о том, что два эксперта в каратэ делают то, что я никогда не смогу сделать. Это очень… умело поставлено.

Натали садится прямо, поворачивается ко мне лицом и хватает меня за руку.

— Я могу это сделать, Уайат. Я могу их исправить. Я показывала здесь ролики, и все говорят, что они замечательные, но в глубине души я знала, что это не так. — Она пихает меня в плечо. — Спасибо, что честен со мной. Мне нужен был критик не из мира боевых искусств.

Я официально решаю, что Натали — одна из самых крутых людей, которых я знаю. Я никогда не видел, чтобы кто-то воспринимал критику так, как она. Она не защищается, не раздражается. Она на самом деле хочет сделать свои видеоролики на максимально высоком уровне.

Кроме того, посмотрите на нас: мы зажигаем на дружеском фронте.

Примечание для себя: сосредоточенность на том, чтобы помочь своему сотруднику следовать за своей страстью — это гораздо более благородное использование времени, чем планирование того, как бы снова затрахать ее до беспамятства.

Ага. Вот как я могу быть хорошим парнем.

Натали встает и начинает расхаживать по студии. Сейчас здесь только мы. Она заперла дверь на ночь.