Чтение онлайн

Мне так чертовски хорошо, когда я наполняю Натали, когда отстраняюсь, когда вонзаюсь глубоко в нее. Она со мной каждую секунду, и мы движемся в своего рода лихорадочной гармонии. Быстрые жесткие удары. Глубокие, мощные толчки. Стоны и рычание, которые накладываются друг на друга. Я вращаю бедрами и вонзаюсь в Натали, а она раскачивается вместе со мной, предоставляя мне свое тело для нашего удовольствия.

Через несколько минут Натали снова подходит к краю. Она вцепляется в стол по бокам и выкрикивает мое имя.

— О, боже, Уайат. О, мой гребаный бог, — кричит она, и от звука моего имени на ее губах мои яйца сжимаются. Внутри меня поднимается удовольствие, достигая пика, пока я трахаю Натали во время ее второй кульминации — ее оргазм покрывает мой член.

Когда она дрожит подо мной, я почти извергаюсь.

— Черт, Нат. Я сейчас так сильно кончу.

— Да, — соглашается она, и я кладу руки на ее плечи, удерживая Нат на месте.

— Так. Сильно, — стону я, когда толкаюсь. Мое тело раскаляется до предела, и меня пронзает оргазм, разжигая во мне чистое плотское удовольствие. Я кончаю в нее с громким: — Люблю это, черт возьми.

— Я тоже. О, боже, я тоже.

Я падаю на Натали, прижимаясь грудью к ее спине, немного придавливая. Натали тихо вздыхает, и это говорит мне о том, что ей нравится мое тело поверх нее, поэтому я остаюсь на месте. Я целую ее в щеку, затем провожу губами по ее губам.

— Мне хотелось сделать это снова с тех пор, как я проснулся вместе с тобой в Лас-Вегасе.

Натали кажется удивленной, когда говорит:

— Правда?

Я киваю.

— Так сильно. Так сильно, что это кажется нелепым.

— Согласна. Каждый раз, когда ты рядом со мной, мне хочется прикоснуться к тебе, поцеловать тебя, снова почувствовать.

Улыбаюсь вопреки здравому смыслу.

— Клянусь, на трезвую голову это еще лучше, чем по пьяни.

— Это опьяняет совершенно по-новому, — говорит она.

— Полностью согласен.

Я целую ее в щеку, а потом счастливо вздыхаю. Потому что я счастлив. Сейчас я накачан эндорфинами. Я провожу носом по ее волосам. Вдыхаю ее запах. Не могу ею насытиться.

— Как прошел твой день?

— Хорошо. Хотя сейчас намного лучше.

— Все хорошо в офисе? — игриво спрашиваю я.

— В офисе все отлично, особенно в нерабочее время.

Я постукиваю костяшками пальцев по ее столу.

— Это просто отличный стол. Не забудь рассказать своему боссу, что он проделал фантастическую работу, выбрав его.

Натали шутливо бьет меня локтем в грудь.

— Это я его выбрала.

— Хм. Ну, тогда, — говорю я, целуя ее в лоб, — у тебя отличный вкус в офисной мебели.

Но после того как «разговор после секса» заканчивается, и мы приводим себя в порядок, я не уверен в том, что будет дальше. Натали решает этот вопрос за меня, когда говорит самым деловым тоном:

— Хочешь узнать детали того, как в Нью-Йорке получить «развод по обоюдному согласию»?

И, черт, ничто не отрезвляет быстрее этого.

Ревет сирена.

В субботу утром красная пожарная машина мчится вверх по Централ Парк Вэст, рыжевато-коричневый чихуахуа, которого я выгуливаю по внутренней дорожке, задирает вверх морду.

Я поднимаю ко лбу руку, словно баттер, ожидающий увидеть, что мяч вылетает за пределы стадиона. (Примеч.: Баттер — игрок нападения с битой, бьющий в бейсболе).

— И он направляется на трибуны! Почти готово!

Пасть собаки закрыта, а нос указывает вверх, и меня пронизывает ожидание из-за возможности того, что я могу выиграть в игре собачье бинго, в которую мы играем. Потому что, когда собака, которую ты выгуливаешь, начинает выть, то ты получаешь все очки.

Я смотрю на трехкилограммового пса, семенящего рядом со мной, и жду, жду, жду, когда завоет песик.

Ник идет рядом со мной, удерживая в руке кожаный поводок джек-рассел-терьера, который находит временное пристанище в приюте «Маленькие друзья», где мы с Ником работаем на добровольных началах. Он ухмыляется, когда терьер издает слабый вой.

— Возможно, ты выиграешь, или, возможно, я тебя сделаю, — говорит Ник, и вот тут собака издает самый эпический вой, который я когда-либо слышал.

В течение следующих тридцати секунд бело-коричневое животное продолжает подражать дикому зверю, звуча совершенно восхитительно, до тех пор, пока вой сирены пожарной машины не начинает исчезать вдалеке.

— Мужик, — удрученно говорю я, когда обе собаки возобновляют движение в своем обычном стиле «обнюхивай и беги». — На этой неделе мне совершенно не везет.

Сначала я ушиб колено, а затем по собственной глупости выкинул в мусор очень вкусный сэндвич, и вдобавок ко всему — мой брак, который сейчас похож на зомби. Я просто не могу убить обычным оружием этого живого мертвеца. Мне нужно действовать в стиле «Ходячих мертвецов» и разрушить мозговой ствол, используя полномасштабную атаку разводом.

Он похож на похмелье, которое никак не пройдет.

Но настоящая неудача — это поворот Натали на сто восемьдесят градусов после наших великолепных офисных секс-приключений. Ведьмы больше нет на рабочем месте. Вместо нее Чопорная мисс, отделенная от меня посредством вызывающей онемение мозга, крадущей душу… работы с документами.

— Ужасная неделя? — спрашивает Ник, хлопая меня по спине. — Тебя снова передвинула в дружескую зону какая-то шлюшка?

— Да. Та, которую я беру на твою свадьбу, — говорю я, не оставаясь в долгу.

— Ой, — когда мы приближаемся к приюту «Маленькие друзья», Ник прочищает горло. — Кстати, о моей свадьбе…

— Дай угадаю. Ты хочешь, чтобы я стал священником, и объявил вас мужем и женой.

— Вау, нет, — говорит он, категорически качая головой. — Точнее, никогда.

— Тебе же хуже. Я был бы в этом хорош, — говорю я, и тогда мои мысли возвращаются к Вегасу, хватаясь за остатки воспоминаний о моей свадьбе. Я помню лишь Элвиса, бакенбарды и «Согласен».