Чтение онлайн

— Потому что мне показалось, что вы очень друг другу подходите. Она в своей семье казалась потерянной. Ты тоже не особо принимаешь свою семью… нас. Чем не родственные души? — лыбится. — А раз представился такой случай и вы сами познакомились в клубе, да почему нет-то? Мне подумалось, что из вас выйдет классная пара. Разве это не так?

— Посмотри на меня, где я, а где дочка мэра города? Дерьмовая затея!

— Я так не считаю! Ты же наконец-то кому-то доверился, Рень. Впервые за столько лет!

— И чем это все закончилось?

Моя рыжеволосая сводница поджала губы. Нос повесила, весь радужный запал растеряв. Хвала богам! Хоть на это ей ответить было нечего.

Я прошелся по комнате. Меня бомбило. Мысли в черепушки метались, как птицы в клетке. Многие слова, поступки и действия ясноглазой теперь начали приобретать «иной оттенок». Почему с родителями знакомить не хотела — понял. Почему даже говорить о них отказывалась — тоже понял. Ее неумение готовить. Да даже ее манера поведения — элитная девочка из хорошей семьи. Пазл за пазлом, картинка за картинкой вставали на место.

Чокнуться можно!

Тем не менее:

— В любом случае, это ничего не меняет. Еще только больше навешивает вранья в наши с ней взаимоотношения.

— Я думаю, Вика не со зла…

— Она ушла, Роза. Разговор окончен.

— У нее были причины. Я уверена! Я знаю…

— Знаешь или это твои догадки?

— Даже если догадки, разве они не имеют место быть? — задирает свой конопатый нос. — Вика вчера сказала, что все сделала правильно. Намекнула, что ее вынудили разорвать ваши отношения, и я подумала…

— Кто? Кто ее мог вынудить?

— Отец.

— Бред! — бросаю раздраженно. Лечу к шкафу, продолжая дерганно скидывать вещи в сумку. Теперь уже хаотично и без разбора. Кипит. Кровь кипит от злости. Пульс лупит по ушам. Два месяца! Ни слова не сказала! Ни одна, ни другая. Молчали обе, как партизанки!

— Рень, но ты не хуже меня знаешь, как родители могут лезть в жизнь своих детей.

— Не перекладывай нашу с отцом ситуацию на жизнь Вики.

— Мне кажется, что отец ей пригрозил! — продолжает гнуть свое Цветочек. — Вряд ли Марк был сильно в восторге, когда узнал, что у вас все серьезно. Насколько я знаю со слов отца, этот мужик — тот еще… «подарок», — буквально выплевывает последнее слова. — Старый, властный и упрямый козел, который хотел выгодно выдать замуж свою дочь, а тут ты…

— Ага, — ухмыляюсь. — Об этом я тебе и говорю. Где я, а где Виктория Марковна Морозова. Девочка поиграла — девочке надоело. Жить простой жизнью с простым парнем — на хера, когда там вагон богатых женихов подобранных папочкой?

— Дурак! — зло шипит Роза. — Она любит тебя! Разуй глаза! Да остановись ты, бесишь уже! — хватает меня за руку Цветочек, впиваясь ноготками, заставляя посмотреть на себя. — Я больше чем уверена, что отец напугал ее. Почему ты не рассматриваешь возможность того, что он мог пригрозить ей… не знаю! Уволить тебя, например?

— Иногда ты не по годам умна, а иногда поражаешь своей наивностью, Цветочек. Мы не в сказке живем. Это реальный мир. Очнись.

— Ты не веришь мне?

— Все, что ты говоришь — догадки. На чем они основаны?

— Я знаю Вики…

— Сколько? Два месяца? Хуже. Как оказалось, мы даже и не знали ее эти два месяца. Ни слова о себе и своих родных. Ладно, да даже если ты и права, если Морозов грозился что-то сделать мне, Роза, что по-твоему он может?

— Да что угодно — он же, блин, мэр! Вся власть в городе в его руках!

— А я сын генерала. Если ты забыла, наш отец далеко не последний человек в городе. Ты не хуже меня знаешь, что он вписался бы. Да и наши структуры мэру не подчиняются, если уж на то пошло.

— А Вика это знала?

— Короче, — отмахиваюсь, — хватит, — выдергиваю руку, мне ее не переспорить. — Надоело «переливать» эту тему. Вика ушла. Это был ее выбор. Осознанный. Ушла молча. Если бы были чувства, она с самого начала была бы со мной честна. Если предполагала, что отец может что-то сделать — разве не разумней было предупредить меня, а не молчать? Мы бы вместе что-то придумали. Скажи, что я не прав?

Роза молчит.

— То-то и оно. А как поступила Вика?

Роза сквасила свою милую мордашку. Мои доводы были железобетонными. Как бы не выкосила меня новая информация о ясноглазой — против фактов не попрешь. Как бы херово мне не было — я не готов больше слепо бросаться к той, которая ушла. От меня. Сама.

Да, больно. Да, до сих пор горечь перекатывается на языке при любом упоминании о Вики. В башке и в сердце все еще только она. Одна. Собственно, и из города я в этот день бегу тоже из-за нее. Из-за мыслей о том, а «если бы»…

Если бы мы были вместе.

Если бы не расстались.

Если бы…

Сплошные, сука, «если бы». Надоело!

— То есть ты все уже решил, Рень?

— Решил. Пути назад нет, Роз.

Сестренка шмыгнула носом, совсем как в детстве, когда ее кто-то обижал. Обняла крепко, пряча свой взгляд у меня на груди, прошептав сокрушенно:

— Я просто хотела тебе счастья.

— Знаю. Не вышло. Не по мою оно душу, походу.

— Неправда!

Я сильнее стиснул худенькие плечи егозы, утыкаясь губами в макушку. Закрыв глаза, выравнивая дыхание и пытаясь унять внутреннюю дрожь. Так и простояли добрый десяток минут. В тишине квартиры, каждый думая о своем. Ощущение, что именно в это мгновение, а не две недели назад, я окончательно теряю ясноглазую, с каждой минутой нарастает.

— Мне надо собираться, Цветочек. Нельзя опаздывать на самолет. А тебе надо готовиться к празднику, — выпускаю мелочь из объятий, закрывая дорожную сумку.

— Вики там будет. На празднике. Что мне сказать ей, если она спросит про тебя?

Я долго молчу, не зная, что на это ответить. Уже много позже бросая:

— Привет передавай.

Передай привет…