Чтение онлайн

— Вы из какой дружины?

Девчонка тряхнула косой и, перестав петь, сказала:

— Имени Васила Владимирова, из Велинова. А если хочешь знать, трактор этот наш, пионерский. Мы сами на него деньги заработали. Его как раз сегодня привезли.

По дороге я всё думал о Василе. Он никогда не был на концерте, всё копил деньги в глиняном кувшинчике, чтобы купить билет в Софию. И как он красиво пел!

Мы дошли до памятника со звездой наверху. Знаменосец приспустил знамя. Колонна остановилась. Пионерский трактор застыл на месте, поблёскивая на солнце. На памятнике я прочёл имена Васила, Веры, бая Владо.

Жил-был мальчишка. Нет, он не попал на концерт в Софию. Он так и остался нашим ровесником. Но мне не забыть, что жил-был мальчишка, который нашёл на лугу и подарил мне четырёхлистник клевера.

О нём поют теперь эти ребята в белых рубашках. Мне всё кажется, что в их песне слышится и голос Васила. Какой сильный, какой могучий голос его, помноженный на сотни голосов! Нет, не успели Вера и Владо встретить братушек возле своего села. Бай Владо больше никогда не начнёт строить новый дом.

Вот сюда привёл их последний путь в ту ночь. На этом самом месте стояли они против Фердинанда Пантева, окружённые чёрными тенями жандармов.

Ребята из дружины Васила Владимирова пели и читали стихи.

Торжественный митинг окончился. Дружина строилась, чтобы тронуться в обратный путь.

Наско с потемневшим лицом подошёл к той девочке с косой:

— У вас тут есть старый русский трактор?

— А как же! — воскликнула она.

— А где? Знаешь?

— Конечно. — Девочка поглядела на нас испытующе. — Пошли, покажу… Пойдёте налево. С полкилометра будет.

— И там трактор?

— Да. Если хотите, провожу вас.

— Нет, нет, не надо. Сами найдём.

Девочка собиралась ещё что-то сказать, но только тряхнула косой и побежала вслед за остальными.

А мы пошли налево. Свернули. Ещё раз свернули.

— Не хотелось мне ей ничего объяснять. Сами найдём. Там и спросим про Ивана. Найдём его. Я чувствую, что найдём, — убеждал Наско.

Нечего было меня убеждать. Я его перебил:

— Тс-с! Слышишь?

Слышалось ворчание трактора.

Наско засмеялся и стукнул меня по плечу:

— Нашли! Нашли, Ванка!

Мы нашли… ремонтно-тракторную станцию. На широком дворе стояло больше пятидесяти тракторов. А рокот доносился с поля. Наско нахмурился:

— Здорово нам наврала подружка. «А как же! Конечно».

Со двора РТС, где мы находились, всё Велиново было видно как на ладони. Мы облокотились о железную ограду, усталые, расстроенные. Наско поднял бинокль и просто так глядел на центральную улицу. Вот школа. Рядом — новый Дом культуры.

Гостиница, ресторан, комбинат бытового обслуживания. По улице громыхал самосвал. А над всем этим немилосердно пекло летнее солнце.

— Это он! — Наско весь напрягся. — Ванка, это он!

— Что ты кричишь? Кого увидел?

Наско отшвырнул бинокль, и он на ремне повис у него на шее.

— Беги за мной! Быстрее!

Отбежав немного, он обернулся и крикнул:

— Это Иван! Я его видел!

Никогда ещё не бегал так быстро. Мы настигли и обогнали самосвал. Сердце билось у меня уже где-то в горле. Наско бежал впереди и через каждые двадцать метров оборачивался, чтобы меня подбодрить. Я зацепился за какой-то корень и едва не растянулся в пыли.

— Быстрее, Ванка! Сюда!

Наско ринулся в ворота высокого здания с вывеской «Управление кооперативного хозяйства». Мы влетели внутрь. Наши подошвы гулко шлёпали в тихом коридоре. Я вдруг на минутку потерял Наско из виду и увидел его в конце коридора, вставшего на цыпочки перед табличкой «Председатель».

— Он сюда вошёл, — сообщил Наско.

Из комнаты не доносилось ни звука. А может быть, я не слышал, потому что у меня слишком сильно билось сердце.

А сейчас поставьте себя на моё место. Голова моя горела, как в огне. И не только от солнца, которое палит немилосердно по пятнадцати часов в сутки, но и от забот по хозяйству. Сезон в разгаре. Жатва уже у ворот. Тысячи гектаров, конца им не видать.

Только вошёл в кабинет — звонят с базы. Кончил разговор, окно распахнул. Хочется мне хоть на минуточку дух перевести и собраться с мыслями. Но дверь за спиной у меня начинает поскрипывать. Оборачиваюсь. Дверь полуоткрыта, а за ней — шушуканье.

— Наско, ты первый погляди.

— Ладно, если не веришь.

Из-за двери показывается мальчишеская голова и заглядывает в кабинет. Останавливает свой взгляд на мне и изучает меня.

— Он? — спрашивает нетерпеливый голос за дверью.

Очкастая курносая рожица с бесчисленными веснушками улыбается. Из-за неё выглядывает другая рожица, очень загадочная и любопытная.

— Это он!

Дверь распахивается настежь. Мальчишки бросаются ко мне. По дороге сбивают маленький столик, но даже не задерживаются, чтобы его поднять, хватают меня за руки, кидаются мне на шею.

— Здравствуй, Иван!

— Знаешь, как мы тебя долго искали!

— Я Ванке говорил, что мы тебя найдём, что ты жив, а он не верил.

— Как же, не верил!

Никак не могу прекратить этот поток слов.

— Всё хорошо, — наконец удаётся вставить слово и мне. — Не хотите ли присесть? Заодно расскажете, кто вы такие.

Не хотят садиться и рук моих не выпускают. Точно боятся, что убегу, и представляют друг друга:

— Наско-Почемучка.

— А это Ванка.

— Ты нас не помнишь, а мы тебя помним. Самое главное — что мы тебя нашли, Иван!