Чтение онлайн

— Давайте о главном, — прервала его психолог. — Вы верите Ли? Что есть ещё один корабль, и он придёт ей на помощь?

— Это кажется невероятным, — медленно сказал Александр. — Я не имею понятия, конечно, такой передатчик невозможен, но… Но лучше приготовиться заранее. Мы дойдём до цели в любом случае, а на корабле есть оружие. Если Ли сказала правду, то защищайтесь…

Иви сказала, что проследит за ситуацией, а оставшихся членов экипажа попросила отправиться на отдых.

— Вам понадобятся силы, — убедила она людей.

Казалось, всё успокоилось, по времени корабля был уже поздний вечер и Елена спала, когда её разбудил звук сигнала тревоги. Они с Майером забежали в рубку почти одновременно.

— Только что в наше пространство вышел неизвестный корабль, — сказала Иви. — Явно земной, но его серийного номера нет в моих базах данных.

— Выведи изображение на экран, — сказала Арсеньева, и они увидели изображение.

Майер без особого труда узнал в нём модифицированный военный крейсер Совета.

Когда адмирала Сергея Рыкова, курирующего военные проекты Ефремова, вызвали в кабинет главы Совета вскоре после старта «Молнии», то там он увидел ещё несколько высокопоставленных военных и инженеров, которые стояли перед Аароном Гольдом. Глава Совета был спокоен, но это только внешне, и только для тех, кто плохо его знал. Голос всё же выдавал эмоции. Рыков научился подмечать даже малейшие изменения в его настроении за долгие годы военной службы.

— Значит вы уверены, что во время прыжка произошла именно авария?

— Господин председатель, вы видели те же записи и данные, что и я, — отчеканил Ричард Смит, один из руководителей запуска и главных инженеров, работавших непосредственно на Ефремова. Он, как никто другой, работал над кораблём, монтировал ядро. — Другие эксперты считают так же.

— Эксперты считают… — вкрадчиво сказал Гольд, барабаня по столу пальцами. — То есть вы хотите сказать, что наш многомиллиардный проект провалился? Просто исчез в чёрной дыре?

— Не могу знать, — Смит опустил глаза, чтобы не встречаться со взглядом Гольда. — Мы выполняли то, что говорил нам Ефремов, вы сами приказали дать ему все полномочия. Но выброс энергии свидетельствует…

— Я не виню вас лично, — неожиданно махнул рукой председатель. — Я понимаю, что вы не при чём. Если с кого и спрашивать, что с Ефремова. Верно?

— Как скажете, — опять чуть наклонил голову Смит, взглянув на Рыков. Тот заметил затаённый испуг в его глазах.

— Скажу… — председатель подошёл к экрану, коснулся сенсора, — Зайдите ко мне!

Через минуту томительного ожидания для ничего не понимающих людей в зал вошёл человек. Ничем не примечательный, среднего роста. Но Рыков, никогда не боявшийся Гольда, от тяжёлого взгляда этого человека на мгновение опешил.

— Меня зовут Джон Ли, — начал тот без предисловий, усаживаясь на край стола. — Моя дочь, Анастасия, которую вы все знаете, в составе экипажа «Молнии». То, что я вам скажу, не подлежит разглашению. Это понятно?

Все молча кивнули, стараясь не выдавать эмоций.

— Мистер Смит, мне будете нужны вы и ваши люди. Все инженеры, кто руководил запуском, и вплотную работал с Ефремовым, понадобятся нам сейчас. Мне нужны солдаты. Господин Рыков, это ваша работа. Люди, прошедшие военные действия, готовые делать всё без лишних вопросов. Собрать группу нужно в кратчайшие сроки.

— Разрешите вопрос? — на Гольда поднял глаза незнакомый инженер, стоявший рядом с Рыковым. — Мы можем знать, какая у нас задача?

Глава Совета поморщился, искоса посмотрев на Джона.

— С этой минуты вы все переходите только под командование мистера Ли.

— Вот и отлично. — сказал тот. — Задачи я объясню, когда мы прибудем на базу. На подготовку вам даются сутки. Подробные инструкции будут разосланы на ваши личные коммы. — Джон отвернулся от людей, давая понять, что разговор закончен.

— И чего ты этим добился? Зачем высунулся сейчас? — с подозрением спросил Гольд, наблюдая за Ли, когда их оставили наедине. Многие годы тот был верным помощником ему и Совету, выполняя зачастую самую грязную и сложную работу. Но сейчас Аарон почувствовал, что Ли ведёт ещё и свою игру. — Ты слышишь меня?

— У дочери есть передатчик, позволяющий установить точное месторасположение «Молнии». У нас почти готов экспериментальный двигатель. Мы запустим его, найдём Ефремова и корабль.

— Джон, что за чушь ты несёшь? Для какой цели тебе военный корабль? — Аарон привстал в кресле. — Нам нужна колония, чтобы свалить отсюда! А транспорт, на который я выделил пять миллиардов, где он? Сейчас нам нужно лишь установить, достигла «Молния» цели или нет! Да забирай Ефремова всего, раз он тебе так нужен! А провал проекта… Ты представляешь, что будет, если это произойдёт? Нас сгрызут! Если ты сможешь связаться с дочерью, то скажи мне всё, как есть! Мы объявим, что проект работает, что «Молния» исследует новые миры. Это даст нам еще годы спокойной жизни. Чем ты занимался? Ты и твой научный отдел?

— Мне нужен корабль, — сказал Ли, спокойно выслушав Гольда. — Военный корабль. И мне нужно найти Ефремова. За эти тридцать с лишним лет разве я подвёл вас хоть раз? Разве я много просил? Вы получите планету, куда сможете сбежать. Хотите этого? Тогда делайте, как я скажу!

Джон вышел, не смотря на своего босса. А тот стоял неподвижно, не зная, что ответить.

Ли быстро шагал по коридорам здания Совета и редкие прохожие шарахались от него.

Этот жирный недоумок стал опасен, как никогда. Джон уже ругал себя за несдержанность, но он устал. Устал скрываться, прятаться, выполнять прихоти идиотов из Совета. Устал подчиняться, и работать на две стороны.

Спустя годы тяжёлой работы он сделал всё, чтобы достичь цели. Но сейчас нельзя было срываться, он чувствовал, что едва не провалил всё своей выходкой. Гольд сейчас в бешенстве, но он не посмеет сейчас ничего сделать, Ли слишком нужен ему. Осталось всего лишь запустить корабль и прыгнуть в точку, указанную дочерью. Добраться до Ефремова в тот самый единственно важный момент… И тогда плевать на Гольда! И на этих крыс. Пусть теперь грызутся друг с другом, недолго им осталось жить спокойно. А у него будет всё — власть, сила, контроль, и наконец-то свобода! Но сейчас он поддался эмоциям. Такого не случалось давно. Надо, надо держать себя в руках.