Чтение онлайн

— Ну, договорились? — нетерпеливо спросил Дружинин.

— Ладно, — вздохнул Гурген, — пусть будет по-вашему. Но клянусь тобой, — повернулся он к

Виктору, — я тебя найду!

— Ну вот и договорились, — облегченно вздохнул Дружинин. — А ты, — обратился он к Виктору,

— помоги им собраться. Я скоро пришлю полуторку, — и он вышел в столовую.

Арменак Макарович и Татьяна Михайловна о чем-то взволнованно негромко спорили, но, увидев

Дружинина, замолчали и посмотрели на него с тревогой и надеждой.

— Все в порядке! — сказал он, — Гурген едет с Вами. Собирайте вещи, ребята Вам помогут.

Встретимся на вокзале, водитель знает номер пути и состав. Мой вагон третий, там и располагайтесь.

Он повернулся к Виктору:

— Ну, сынок, а с тобой давай попрощаемся еще раз! Они обнялись и трижды поцеловались.

Татьяна Михайловна всхлипнула.

— Пиши, — глухо проговорил Дружинин, — а если передумаешь,.. — бронь тебе обеспечена...

Он окинул прощальным взглядом комнату, глубоко вздохнул, надвинул на лоб кепку и вышел из

квартиры.

* * *

Через несколько дней с оборонительных работ вернулась Анна Семеновна. Она стала уговаривать

сына поехать вместе с ней к отцу и там продолжить работу на заводе. Виктор упорствовал, она

настаивала. Доводы ее были такие: будем все вместе, а в такое время это очень и очень важно. Что же

касается работы, то там ее будет не меньше. Кроме того, — говорила она, — Георгию Николаевичу

необходим какой-то домашний очаг. Иначе он при своем круглосуточном бодрствовании долго не

протянет. Я ему там очень нужна.

Виктор понял, что больше морочить голову матери он не вправе и рассказал ей все, как есть.

— Меня должны скоро призвать Ну как же я могу уехать? Написал заявление в военкомат с

просьбой призвать в армию, а сам уехал. Ну подумай, мам, как это будет выглядеть! Написал и

сбежал...

Анна Семеновна долго молча смотрела на сына, потом ушла в другую комнату и прилегла на

постель. Виктор почувствовал через открытую дверь запах валерианки. Он подошел к ее постели:

— Мам, я не мог поступить иначе.

Помолчав, она негромко сказала:

— Набрось на меня плед и растопи печурку. Я постараюсь уснуть.

Виктор поглядел на нее с благодарностью. Он понял, что одержал победу.

Утром Анна Семеновна сказала Виктору:

— Сегодня же иду на наш завод и подаю заявление о приеме на работу. Будем работать вместе до

твоей мобилизации. Они меня не могут не взять, я все же жена их директора. А к папе я поеду, когда

провожу тебя

— Но это может быть не очень скоро, мама. — осторожно сказал Виктор.

— Дай-то бог, — вздохнула она.

— Но... он велел сделать наоборот, он сказал, чтобы я тебя посадил в вагон. А ты ведь сама

говорила о том, что очень нужна папе там... — не очень уверенно произнес он.

— Да, говорила, ну и что? — нервно сказала Анна Семеновна. — Но я пока и тебе здесь нужна не

меньше.

Виктор вздохнул, он понимал состояние матери.

* * *

Виктор знал, что отец и райвоенком — старые приятели, что когда-то, в двадцатых годах, они

вместе где-то работали. Он помнил, что однажды, в какой-то праздник, военком со своей женой даже

был у Дружининных в гостях. И Виктор решил пойти к райвоенкому, попытать счастье. Райвоенком

его принял в тот же день. — Ну-с, с чем пожаловал, дружок? Еще одно заявление принес? —

улыбнулся полковник. Торопясь и волнуясь, Виктор рассказал ему все начистоту.

— Призовите меня, пожалуйста, пораньше, товарищ полковник, — попросил он. — Отцу там, в

Сибири, мать вот так нужна, — провел он пальцем по горлу, — а она не хочет уезжать, пока меня не

призовут.

Полковник, пряча улыбку, сказал:

— Ты, дружок, очень заботливый сын. Вижу, вижу. . и сочувствую. Но призовем мы тебя, когда

придет срок. Раньше никак не можем, годками ты пока не вышел. Понял? А что касаемо моего друга,

а твоего отца, Георгия Николаевича, то он был у меня перед отъездом и полностью одобрил решение

райвоенкомата насчет твоей персоны... Так что придется чуток обождать, — полковник положил руку

ему на плечо: — А теперь, Дружок, иди. У меня дел... не переделать.

Виктор вышел из райвоенкомата злой, как черт. Шел домой и в сердцах думал: "Бездушный

бюрократ и буквоед. Из-за таких, как он, буквоедов мы и драпаем".

* * *

Утро шестнадцатого октября выдалось хмурое и холодное. Сквозь сон Виктор услышал какой-то

стук, проснулся, протер глаза, прислушался. Стук повторился, кто-то стучал в окно. "Буржуйка за

ночь остыла, и в нетопленной квартире было холодно, вылезать из-под одеяла не хотелось. Но в окно

продолжали стучать. Он, чертыхаясь, накинул на себя одеяло и подошел к окну. Стучала их соседка

по дому, богомольная старушка Марья Николаевна. Виктор приоткрыл окно:

— Что Вам, тетя Марья?

— Проснись, касатик, — пугливо заговорила старушка. — И Аннушку разбуди. Немец-то совсем

близко.

— Как?! — не понял Виктор. — Где это " близко? Кто Вам сказал?

— Да уж, никак, к Воробьевым горам подошел... Буди матушку-то... — и она, крестясь, отошла от

окна.

— С кем это ты там разговариваешь? — раздался из соседней комнаты голос Анны Семеновны.

— Да это бабка Марья... Ты еще поспи, а я сейчас... — крикнул Виктор, быстро одеваясь. — Я