Чтение онлайн

В этом последнем Макс здорово ошибался.

После повышения Иван Золотарев ещe не успел перебраться в уютный двухэтажный коттедж на территории Ясенево, да и по правде сказать – чем родная Басманка хуже?.. Надо держаться корней. Каждое утро ровно в шесть тридцать под окнами его квартиры появляется служебная "волга", только что намытая до черного блеска в министерских гаражах. Валентин и Сергей – шофер и охранник (а точнее – оба охранники и оба, если надо – шоферы), аккуратнейшие и крепкие ребята, выходят из машины, первый, с рацией в руках контролирует обстановку вокруг,

После этого телефон на золотаревской кухне издает деликатный писк: все

Золотарев к этому времени всегда наготове, ему остается только взять свой "дипломат". Сергей ждет у двери и идет впереди, страхуя. В левой руке рация, правая в кармане, на взведенном пистолете. Вытащить и выстрелить – секунда, но Сергей умеет стрелять и через карман. У киллеров в данном случае нет ни малейшего шанса. Впрочем, убивать начальника нелегальной разведки нет никакого смысла: другое дело – похитить, выдоить данные о зарубежной агентуре. Хотя… В сильном государстве такое немыслимо, а разведчики слабого никому особенно и не

Выйдя из подъезда, генерал осматривается, глубоко вздыхает и садится

Воздух сегодня с утра мутноватый, будто каплю теплого молока добавили, – и в то же время светящийся, чистый, праздничный, как на средневековых фресках. Гемоглобин, адреналин – что-то такое растворено в утреннем московском пространстве, что-то здоровое, бодрящее, ещe не испорченное, не переработанное чужими легкими. Приятно. Если Золотарев и переберется в Ясенево, так только

Секретарша Ирочка уже на рабочем месте и ставит мировой рекорд по

– Доброе утро, Иван Федорович. Только что принесли из аналитического

Она передала Золотареву пакет. Иван Федорович быстро взглянул на бумаги,

– Очень хорошо. Через полчаса свяжитесь с Яскевичем, пусть зайдет ко мне.

Быстрые Ирочкины пальцы уже набрали нужную строчку в электронном "Органайзере", – можно не сомневаться, что ровно через тысячу восемьсот секунд

– Вам кофе или чай, Иван Федорович?

– Кофе, – Золотарев тепло улыбнулся. – Можно без пенки.

Ирочка улыбнулась в ответ – наверное, это был какой-то словесный код, значение которого не понять никому, кроме обладательницы самых стройных ног в

Золотарев открыл свой кабинет, прошел внутрь, повесил пальто в шкаф.

Бросил на стол пакет, достал из ящика пачку "Мальборо", закурил, сел в кресло и с головой ушел в изучение бумаг. Смалил он, как правило, только на

Перед ним лежал отчет аналитического отдела "Деятельность агента Бена после ареста связников в 1969 году". Отчет помещался всего на четырех страницах

Да, все это может вылиться в грандиозный скандал.

– Подполковник Яскевич в приемной, Иван Федорович, – почтительно доложила

– Пусть зайдет.

Почти сразу распахнулась дверь.

– Разрешите?

У вошедшего – лицо интеллигента в пятом поколении, большие, широко расставленные глаза, безукоризненные манеры. Яскевич заведовал Западно-Европейским сектором с 1994-го и был одним из приближенных людей бывшего Директора. Тот сам относился к "высоколобым" и не боялся окружать себя

– Садитесь, Станислав Владимирович, – пригласил Золотарев. – Что вы

– Думаю, что это ерунда. Томпсон и его жена сидят в английской тюрьме уже

– А Артур видел его в Ницце. Причем с молодой и привлекательной женщиной.

– Явная ошибка. Другого объяснения быть не может.

Золотарев кивнул, будто соглашаясь.

– Ну, а если все же не ошибка?

– Перевербовка? – Яскевич пожал плечами. – Столько лет прошло. Бен давно

– Лорд Колдуэлл давно умер, – снова согласился Золотарев. – Но в силу ряда причин, о которых речь пойдет позднее, нам крайне необходимо знать, какой

– После ареста Птиц он был настолько напуган, что отказался поддерживать

– И это все, что вам известно?

– Все, – подполковник кивнул.

– А вот судя по анализу деятельности Гордона Колдуэлла, дело обстоит не

Золотарев придвинул четыре листка аналитической справки.

– Итак, агент Бен – серый кардинал лейбористской партии, очень влиятельная фигура в правительстве Великобритании. До 1971 года лоббировал нашу

Приподняв брови, генерал многозначительно взглянул на подчиненного.

– В 1978 он возглавил комитет ООН по Африке, а год спустя Борсхана расторгла договор о разворачивании наших ракетных баз. В восьмидесятом Мулай Джуба неожиданно отказался от контракта с СССР на шлифовку крупной партии алмазов и подписал его с "Де Бирс". Страна понесла огромные убытки. Позднее Колдуэлл поддерживал сепаратистские стремления в странах Балтии, способствуя

Золотарев отбросил схваченные скрепкой листки.

– Чем объяснить такую перемену? Раскаянием, страхом, угрызениями совести? Или тем, что Птицы выдали его и он стал работать на МИ-5 или ЦРУ? Или – или. И

– Колдуэлл умер, – сказал Яскевич. – Но Птицы живы.

Он все понял.

– Верно, – кивнул Золотарев. – Кто у нас в Лондоне – Худой? Пусть

Яскевич озабоченно потер щеку. Ему не хотелось возражать начальству, но

– Боюсь, Иван Федорович, вряд ли он сумеет запустить руку в особорежимную

Золотарев набычился.

– Вряд ли! – уже твердо повторил Яскевич. – Наши позиции здорово ослабли. И в Лондоне, и во всей Западной Европе. Агентурная сеть расползлась в клочья, новых приобретений практически нет. Да вы сами знаете. Столько перебежчиков, столько провалившейся агентуры… От наших офицеров шарахаются, как от чумы. Сейчас с большей охотой станут сотрудничать с сальвадорской разведкой, чем с русскими… К тому же тюремный персонал… Это не какого-нибудь докера вербануть за

Золотарев встал из-за стола, прошелся по кабинету. Мягко прогудел аппарат прямой связи с Директором СВР, генерал подхватил трубку с молодцеватой лихостью