Наваждение
Шрифт:
— Тебе… помочь? — каким-то чужим, деревянным, скрипучим голосом спросила Катя.
Он поднял голову и даже не удивился:
— Тюха-Катюха! Опоздала малость, видишь, местечко-то занято!
Он даже не спросил, где Катя была все это время. Ушла зимой — пришла летом, а словно пять минут назад расстались.
Катя взялась за веревку, которой была опоясана коробка, и потянула ее за собой. Дима понес чемодан.
— И где ты будешь жить?
— У друзей. У них коммуна, в общем, лишний человек не в тягость.
— А ты поступил?
— Поступил. И очень умно, — ухмыльнулся Дима. — Послал все к чертям собачьим. Что я на книжки да песенки жизнь гроблю, когда вокруг столько интересного, только успевай узнавать!
— А… мне можно с тобой? — робко спросила Катя.
— А тебе тоже жить негде? — Дима пожал плечами. — Ну… давай, валяй тогда…
Руки у Кати подрагивали от волнения, а в голове вертелся невысказанный вопрос: «Любит он меня или нет? Почему не поцелует, не обнимет? Смотрит, как на чужую… Или словно я просто случайная знакомая… Неужели он все забыл? Неужели ему все равно? Или он просто до сих пор на меня злится?»
— Ну, наконец-то! — воскликнул Дима, завидев старенький «Запорожец», который завернул в арку и остановился у подъезда.
«Моя голова лежит на его плече… А его рука обнимает мою талию… И все так, словно мы никогда не расставались…
Интересно, почему я пришла не раньше, не позже, а именно в ту минуту, когда Дима мог потеряться уже навсегда?
У меня есть ответ. Я знаю: меня привело Провидение.
Да, не удивляйтесь, я не сумасшедшая, просто у меня бывают такие дни, когда меня словно ведет невидимая рука.
Тогда я теряю свою волю, и все, что планирую, идет наперекосяк, а незапланированное, случайное оказывается жизненно необходимым…
Думаете, я сегодня специально пришла? Ничуть! Я вообще собиралась поехать подать документы в приемную комиссию…
Мы с Федором посоветовались, и он решил, что я обязана продолжить учебу. Да мне и самой этого хотелось… Тогда я не буду сидеть у него на шее…
Я надеялась, что мне удастся восстановиться, но — увы! Можно только заново сдать все экзамены.
Федя говорил, что мне неплохо было бы выучиться на ветеринара… Я ведь люблю животных, мне жаль их… Но в ветакадемии сдают химию и биологию… А я их никогда хорошо не знала, да еще и основательно подзабыла…
В общем, голова была забита, я расстроилась и проехала станцию пересадки. Выскочила на следующей, перешла через платформу и поехала обратно…
А оказалась не на своей линии, а на другой… Там побежала по переходу… И тут толпа подхватила меня и буквально втиснула в вагон.
Я не успела понять, куда еду, как двери уже раскрылись, и меня вытолкнули на платформу.
И тут мне стало душно. Я принялась хватать ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, и кто-то закричал, что девушку надо вывести на воздух…
И меня вывели. Я отдышалась, присев на гранитный парапет спуска в метро, и увидела красный пряничный домик Исторического музея, бурлящую народом Тверскую, а чуть вдали знакомый дом…
И я поняла, что это судьба.
Больше я уже не раздумывала и не сопротивлялась.
Я поднялась с парапета, и ноги сами принесли меня к заветной двери…
А теперь мы едем в машине его друга. Мы мчимся навстречу новой жизни, оставляя за спиной все старое, ненужное, несущественное.
Ведь важно лишь то, что я его люблю… Остальное — суета и чепуха.
И теперь никакая сила в мире не оторвет меня от Димочкиного плеча. Даже смерч, даже торнадо не сумеют разжать наши объятия…»
Глава 4
ГЕРЛА С ХАЗЫ
Новый приятель Димочки Кате с первого взгляда не очень-то понравился. Он как-то неприветливо буркнул ей:
— Слава… — И даже руки не подал.
И только по Димкиному ответу: «Катя» — она поняла, что парень не славит кого-то неведомого, а знакомится с ней.
Он был неопрятен, грязные джинсы засалены на карманах, а рубаха выбилась из-под ремня… Длинные, давно немытые волосы были собраны сзади в неряшливый хвостик.
Впрочем, Катя спохватилась, что сама выглядит не лучшим образом, и потому не вызвала у Славы никакого интереса.
В его глазах читался немой, адресованный Диме вопрос: «И где ты такую мымру откопал?»
И «Запорожец» у Славы был запущен донельзя. Сиденья покрыты грязными серыми чехлами, а в кабине запах застоявшегося перегара и сигарет…
Не спасало даже приоткрытое окно. Раскрыть же окна полностью было невозможно — ручки сломаны.
Катя уже прикидывала, какой же должна быть квартира у такого неряхи, должно быть, месяцами не мыта, не чищена…
Но то, что она увидела, превзошло все ее ожидания.
Потому что из двери им навстречу вышла целая толпа таких же странных молодых людей.
— Это Дима, — кивнул им Слава. — Это Катя.
— Привет, чувачок, — покачиваясь, сказал болезненно худой парнишка. — Твоя герла?
— Моя, — ответил Дима.
— Жаль…
Слава растолкал их и, не обращая ни на кого внимания, провел Диму с Катей в комнату.
— Здесь сплю я. — Он указал на доисторический диван. — Это моя хаза, без нужды прошу не входить и не стучать. А вы себе выбирайте любой угол. Их тут зашибись.
— Пойдем, посмотрим? — сказал Дима.
Кажется, он чувствовал себя не совсем уютно. Видимо, не представлял себе отчетливо, куда переезжает. Впрочем, ему не из чего было выбирать.