Чтение онлайн

Наконец, они дошли до дверей зала и скрылись.

— Теперь я здесь одна в таком платье, а то как-то неуютно себя чувствовала. Как из инкубатора… Понимаете? Спасибо вам еще раз.

— Пожалуйста, — улыбнулся Федя широко и искренне. — Я еще могу.

— Не надо, — расхохоталась девушка и утянула Погодина танцевать.

Ко мне прильнула подошедшая Соня:

— Ты чего стоишь?

— Да вот смотрю на Федьку, — я тоже улыбался, провожая его одобрительным взглядом в сопровождении нормальноносой, — взрослый совсем стал. У женщин нарасхват теперь. Особенно у тех, кто в красном…

Музыка стихла, мы сели за стол, а кто-то из гостей вещал очередной тост в виде стихов собственного сочинения (может, соврал, конечно), обращаясь к новоиспеченной жене Быкова.

На кухне мотайся и весело пой,

Люби, улыбайся, будь верной женой.

Всегда будь здорова, красива, стройна,

Больная жена никому не нужна.

Везде успевай: в магазин, на базар,

Умей доставать дефицитный товар,

Ходи на концерты, газеты читай,

От мужа в развитии не отставай.

Он книги читает - ты пол подметай,

Козла забивает?
– поди постирай.

Он смотрит футбол - ты постой у плиты,

Он сядет за стол - скорей обслужи.

Он лег отдохнуть - ты детишек уйми,

Чтоб папе поспать не мешали они.

Гости хохотали и хлопали, и никому в голову не пришло упрекнуть тостующего в сексизме и прочих непотребствах. Такие шуточные пожелания на советских свадьбах были очень популярны и на фоне притчи о пресловутой маленькой птичке звучали оригинально и живо.

Стихотворный тост вещал статный седой мужик с усами гусара. Странно, макушкой бел, а усы без единой сединки, как у известного всем гасконца. Красит их, что ли? Не принято такое сейчас. У советских мужиков из крашенного только пальцы, что солидолом и мазутом помечены. Хотя нет, если актер какой-нибудь, дирижер или прочий рукоблуд из концертной сферы, то вполне может быть и покрашен. Да и голос поставлен, как у конферансье. Значит, из местного театра все-таки.

Ко мне подсел тепленький Быков:

— Андрюх! Выпьем с тобой!

— Это кто? — кивнул я на театрала, наливая запотевшую беленькую в хрусталики стопок и пододвигая тарелку с упругими маринованными груздями.

— А хрен его знает, — отмахнулся Быков.— Кто-то с Лизкиной стороны. Но тосты задвигает - будь здоров. Видишь, как народ веселится? Он уже третий за сегодня толкает. Но жрет, правда, тоже за троих, а выпил столько, что мне за неделю не осилить.

Дзинь! — мы чокнулись, выпили, крякнули и захрустели грибочками, засовывая в рот еще и полукольца лука.

Тем временем усатая звезда вечера вышла на танцплощадку, и многие дамы возраста “когда ягодка опять” зарделись в ожидании приглашения от импозантного гусара. Их пузатенькие мужья уже наклюкались и мирно лопотали что-то, сидя за столом друг с дружкой, смотря друг на друга осоловелыми глазками, полными братской любви и счастья. Им было так хорошо друг с другом, что они совсем забыли про жен, у которых еще было все впереди — и вечер, и танец с гусаром. А тот, прохаживаясь павлином, “где стоят в сторонке”, поглядывал вскользь на потенциальных избранниц и приглашал одну из них на танец. Остальные вздыхали и ждали следующей песни.

— Антошенька, — к нам подскочила Лиза в лебедином платье и повисла сзади на могучей шее Быкова. — Уйми своего родственничка, а то, чувствую, до драки дело дойдет.

— Какого родственничка? — непонимающе сфокусировал Тоха взгляд на гостях.

— Того, что, как петушок, всех курочек захотел перетоптать, — кивнула она на Гусара. — Их мужья, хоть и пьяненькие, если обидятся, перышки ему вмиг повыщипают.

— Так это не мой родственник, а твой, — пробормотал Антон, таращась на невесту.

— Как мой? Никакой он не мой, — всплеснула изящными ручками Лиза. — Я думала, он с твоей стороны.

— Ничего не понимаю, — Антон потряс головой. Еще раз всмотрелся в гусара, даже виски потер, чтобы лучше соображать, но ничего не изменилось. Свадебного генерала он по-прежнему не узнавал.

— Андрюха! — повернулся он ко мне. — А это не с тобой случайно пришел?

— Нет, конечно. Нехорошо на вашу свадьбу чужих звать, с чего ты взял, что я его знаю? Я же только что про него спрашивал у тебя…

— Просто у него выправка, как у военного. Или милиционера. Вот и подумал.

— Так что делать будем? — Лиза озадаченно посмотрела на нас. — Вон дядя Петя уже зло на него косится. Усатый тетю Галю так крутит, что, чую, скоро дядя Петя пойдет в бой – возвращать жену.

— Сейчас разберемся, — я направился к месту, где бессовестно крутили тетю Галю. — Уважаемый, — похлопал я по плечу раздухарившегося гусара. — Я извиняюсь, что прерываю ваши па, но вы не могли бы угостить сигареткой. Вижу, костюмчик на вас солидный, а у других ширпотреб просить не хочу. В такой день табак пробовать хочется сорта высокого, как ваш костюмчик чтобы был.

— Не курю, молодой человек, — театрал мельком глянул на меня и тут же переключился на беззаветно хохотавшую тетю Галю. — И вам не советую. Дольше мужчиной сможете оставаться, так сказать. Вы меня понимаете? — расплылся в лисьей улыбке гусар, не сводя глаз с тети Гали.
– И вообще, вы нам мешаете. Прошу освободить площадку, тут место только для танцующих.

— Да, конечно. Прошу прощения, но позвольте полюбопытствовать, вы со стороны невесты или со стороны жениха?

— А вам до этого какое дело, молодой человек? Скажем так, я близок к ним обоим. Идите уже, не путайтесь под ногами. Боюсь, оттопчу вам их.