Не матом единым
Шрифт:
Женщина пошла к теннисной стенке. По тому как она посылала мячик в разные углы, стало ясно, что играть в теннис она умеет. И очень даже не плохо. И Пал Саныч это сразу же заметил. Через несколько минут он уже подошел к ней и одобрительно заворковал:
– Хорошо, ептыть, хорошо. Только, ептыть, сильнее мяч подкручивай. Сильнее. Ты что, ептыть, ракетку жалеешь что ли?
Она поймала мячик и, озорно посмотрев на Саныча, ответила:
– Чего её, мля, жалеть?
– Не понял!?
– неожиданно растерялся Саныч. Из женщин так с ним ещё никто не разговаривал.
– Я говорю, чего её, мля, жалеть-то?
– повторила новенькая.
Но Пал Саныч уже взял себя в руки. Постучал своей ракеткой об асфальт и коротко бросил:
– Давай, ептыть, к сетке.
Через несколько секунд они уже крутили, резали, гасили и били мяч по разным углам корта.
– А вправо, ептыть, возьмешь?
– отбивая подачу в правый угол соверницы, говорил Саныч.
– На, мля!
– А в левый, ептыть!
– На, мля!
– доставала мячик из левого угла женщина.
– А этот, ептыть?
– На, мля!
– Ептыть!
– Мля!
– На, ептыть!
– На, мля!
После игры, веселый, Пал Саныч подошел к женщине.
– Ты: че это, мля, ругаешься?
– А че, ептыть, нельзя?
– ответила она.
1996 г.
ДЖЕНТЛЬМЕН И ДАМА
– Мадам, - на старинный манер истинного джентльмена, говорил подвыпивший мужчина женщине в вагоне метро, - Не хотите ли пройти со мной в ресторацию?
– Нет, - отворачивалась женщина от запаха перегара.
– Я не в форме.
– Ну, что вы, что вы! Так прекрасно выглядите! Будьте добры, составьте мне компанию в Большой театр?
– Нет настроения, - женщина отодвинулась от мужчины. Он ей явно был несимпатичен.
А мужик не переставал докучать:
– Покорнейше прошу извинить: но, может быть, просто по вечерней Москве, прогуляемся? На улице такая прекрасная погода...
– Время позднее. Какие могут быть гулянья...
– О, извините-извините. Понимаю: вы устали, и спешите домой с работы...
– Вы очень догадливы!
– женщина хотела сделать ещё один шаг в сторону от мужчины, но вдруг поезд резко затормозил. Пьяный мужик не удержался и наступил ей на ногу. Не больно наступил. Легонько.
– Бога ради, извините!
– взмолился он.
– Мне не больно, - ответила женщина и отодвинулась.
Мужик сложил ладони перед грудью и придвинулся ещё ближе:
– Как мне стыдно. Простите меня, простите...
– Да простила, отстаньте.
– уже с раздражением сказала женщина прилипале.
Но мужик, как было видно, и не думал отставать. А принялся заискивающе умолять:
– Наступите и мне на ногу, а то поругаемся.
– А мы и не ссорились.
– Нет, вы наступите. Я прошу вас. Очень. Этого требует русский обычай.
– Отстаньте от меня. Вы мне надоели.
– женщина отвернулась и пошла в голову вагона по ходу поезда.
Мужик, постояв несколько секунд, двинулся за ней.
– Я прошу вас, наступите мне на ногу. Прошу вас.
Она отвернулась от него и молчала.
– Ну, прошу вас...
Она резко и зло посмотрела на него.
– Будьте добры, наступите, - просил мужик.
– Наступить?
– Да.
– А жалеть не будете?
– Ну что вы? Этого требует русский обычай...
Он ещё не успел договорить, а она легко подняла ногу и резко опустила каблучок на носок ботинка мужчины.
Мужик в ту же секунду подпрыгнул как ошпаренный и по всему вагону раздался вопль.
– А-а-а-а! Су-ка-а-а-а! Бля-ди-на-а-а-а...
Поезд в это время остановился, двери открылись, женщина быстро вышла из вагона.
Мужик же от боли скрючился, рухнул на свободное место и схватился двумя руками за ботинок. Поезд тронулся а из открытых окон вагона неслось:
– Су-ка-а-а! Кур-ва-а-а.
На следующей остановке мужика под руки пассажиры повели в... медпункт. Врачи поставили сорокалетнему "донжуану" диагноз: шпилькой от каблука раздроблена кисть правой ноги.
Познакомился, называется.
1996 г.
КНИГА ЖАЛОБ
Одного мужика-пенсионера в магазине обвесили. Покупал он так называемые "ножки Буша". Продавщица бросила на весы четыре куриных бедрышка и сказала: "Килограмм и двести граммов". Хотя стрелка весов до двухсот граммов не дотянула.
Между прочим, пенсионер это заметил, а может быть даже почувствовал. Он был опытным покупателем и тут же направился к контрольным весам. Положил полиэтиленовый пакетик на чашу и стрелка остановилась на 1165 граммах. Значит, деньги за 35 граммов продавщица положила себе в карман.
Пенсионер решил не оставлять зло безнаказанным и снова подошел к продавщице:
– 35 граммов недовесили. Дайте жалобную книгу.
Продавщица перевесила продукт и убедилась, что накладочка с покупателем вышла. Но сказала миролюбиво:
– Весы, папаша, барахлят. Сейчас верну деньги.
– И деньги, и жалобную книгу, - опять беспристрастным тоном попросил пенсионер.
– Да сдалась вам эта книга? Я же вам деньги сейчас верну.
– А вот и сдалась. Пусть вам выговор влепят. Тогда, может быть, народ перестанете обманывать. Мне 35 граммов недовесили, следующему покупателю 35 граммов - так и строятся виллы и особняки на нетрудовые доходы.
Пенсионер оказался "тертым" покупателем и желал справедливости. Увидев, что продавщица заволновалась, он ещё подлил масла в огонь:
– Пусть в торгинспекции почитают, как вы стариков обманываете. А ваш нечестный поступок грозит лично вам штрафом до 50 минимальных окладов, а коллективу магазина деприватизацией.
– Че-ем?
– в удивлении подняла брови продавщица.
– Деприватизацией. Заберут у вас магазин и всех работников разгонят. Ясно?
Продавец положила перед мужиком недоданную сдачу. Он взял деньги с прилавка, аккуратно положил в свой кошелек и повторил: