Чтение онлайн

— Чего это “Поняшка”? — обиженно дует пухлые губы Риса.

— А ты мелкая и брыкливая, — делюсь я с ней наблюдением.

— Ну ты… — Поняшка пытается придумать ответ, но , видно, маккалан ее все же догоняет, потому что слов не находится. — Ладно, — смиряется она с действительностью, — давай выпьем!

— Давай! — охотно соглашаюсь я, и мы пьем. Молча. Потому что за дурость родителей пьют без тостов.

Я отваливаюсь на спину, наблюдаю, как Поняшка пытается прикурить.

— Плохая идея, — говорю я, не думая даже ей мешать, — тут сено. Сгорим к херам.

Ловлю себя на том, что невольно начинаю выражаться, как моя новая подружка. Вот… Дурной пример заразителен. И так сладко заразителен…

— Да… — Риса с удивлением оглядывается по сторонам, словно только сейчас заметила, где мы.

Учитывая, что мы тут уже часа полтора сидим, понятно, что кому-то хватит маккалана.

Я за это время уже успела маме звякнуть и сказать, что задержусь, правда, не стала уточнять, с кем. И мама, похоже, решила, что с Олегом… Но и пофиг.

А Риса успела поведать, по какому поводу она своровала из коллекции папаши маккалан.

Оказалось, что у нее схожая с моей ситуация, тоже парень-говно. И тоже чего-то там наговорил, и даже наобещал… Она поверила, влюбилась… И даже решила с ним переспать, потому что очень уж настаивал, а она вроде как была не против, надо же когда-то, а то восемнадцать лет уже… Пора бы. И, в ночь перед тем самым супер-событием, случайно залезла в его переписку… Ну и нарыла много всего интересного про себя, про обсуждение своих волос, фигуры и характера. Узнала, что с такой , как она, спать — то же самое, что собачку дикую трахать, можно только раком и с закрытыми глазами. А трахать ее собрались лишь потому, что поспорили. Оказывается, в самом начале общения с этим уродом, случившемся еще в выпускном классе, Риса в своей неповторимой манере его обидела. Правда, она этого нихрена не помнит, для нее-то дело привычное, раз нарвался, значит, было за что… А парнишка обиду затаил.

И решил отомстить.

А тут друзья подначивать принялись, на слабо брать… Вот и замутил парень схему простенькую: прикинулся дурачком влюбленным, год за ней ходил, за ручку держал, слова красивые говорил, поступки совершал… Не прокололся нигде, сволочь.

А вот в самый отвественный момент не уследил за гаджетом. Расслабился слишком. Оно и понятно, нельзя столько времени в напряжении-то находиться…

Риса узнала про это вчера, успела высказаться и проехаться по скотине всей остротой своего язычка, а вот теперь, похоже, отходняк накрыл.

— Главное, никому не расскажешь, понимаешь? — делилась она со мной своей болью, — папе нельзя… Он его в землю втопчет. В прямом смысле. Не хочу грех на душу брать. Он скот, конечно, но не убивать же его за это? Игорехе тоже нельзя… Он еще хуже папы потому что. Тормозов нет, а дурости — вагон. А мамы у меня нет. И подруг нет… И вообще… Прикинь, как надо мной все ржали все это время? Я нашла: там даже ставки делали… Весь класс, прикинь? Все мои одноклассники знали. И ни одна тварь… Вот как людям верить после такого, Аль?

Я вздыхала, пила виски… И лезла обниматься к подруге по несчастью.

Вот так занимательно мы полтора часа и провели.

И только теперь я додумалась спросить ее имя.

Очень вовремя, да.

Услышав архаичное “Раиса” не смогла сдержаться.

Но, надо сказать, что смех немного разбил тот слезливый напряг, что случился после наших откровений.

Я ловлю себя на сладкой пустоте в башке, улыбаюсь. И вижу отражение своей улыбки на лице Рисы.

Надо сказать, что ей дико идет.

Улыбка преображает и без того хорошенькую мордашку, делая ее совершенно ослепительной.

— Слушай, ты зачетная такая, — делюсь я с ней открытием, — была бы я парнем, я б тебя уже тут валяла.

— Эй, — фыркает она смущенно, но видно, что польщена моими словами, — ты, случаем, не по девочкам?

— Никогда не пробовала… — задумчиво разглядываю я ее, представляя, а как это будет, если ее поцеловать? Прислушиваюсь к внутренним ощущениям… Ничего. Совсем ничего. Блин. Даже жаль. Это был бы выход… — я к тому, — продолжаю разговор, — что тебе парня найти — плевое дело. Серьезно.

— Да ладно, — фыркает она, — я мелкая, ни сисек, ни жопы. Кому я нужна такая? Со мной только на спор можно…

— Дура ты, — обижаюсь я, а затем резко сажусь в сене, вдохновленная пришедшей в голову мыслью, — пошли, я тебе сейчас все покажу!

— Куда? — Риса не сопротивляется, когда я встаю, чуть покачнувшись от выпитого, но вполне твердо держась на ногах, и тяну ее за собой из сена.

Сама себе мимолетно удивляюсь, судя по всему, количество спиртного перешло в качество. Вот что дорогая выпивка делает!

— Ко мне! — решительно тяну ее за собой, — сама увидишь! Никакие твари не посмеют сказать, что ты некрасивая!

— Та-а-ак… — я пьяно щурю один глаз, отхожу чуть дальше, словно художник, оценивающий свое произведение, потом щурю второй глаз… Потом оба сразу. Тут же наваливается блаженная темнота, и сильно хочется призаснуть, но голос Рисы вытаскивает меня из сладкой алкогольной нирваны.

— По моему, трешатина!

Я тут же распахиваю оба глаза, моргаю, осознавая, что, оказывается, успела чуть-чуть подремать, стоя, словно лошадь, и фыркаю, невольно полностью поддерживая образ:

— Сама ты… Трешатина! Не сейчас! Сейчас ты — красотка! И это по-любому надо отметить!

— Как это? — Риса отводит в сторону свои радужные волосы, которые я легонько накрутила на утюжок, сформировав красивые естественные локоны, тянет вниз кроп-топ, удачно открывающий гладкий загорелый животик. Он такой хорошенький, что я пару раз, не удержавшись, таки провела пальцами по нежной коже… М-м-м… Может, я все же би?

В конце-концов, у меня только один Олег был… И я с ним ни разу не кончила… Может, все не просто так?