Чтение онлайн

– Возможно, ты права. – Лиззи рассмеялась и, повернувшись, направилась к галерее. Уходя, она еще что-то сказала, но Шарлотта уже не слушала и только прибавила шагу.

Вскоре через большие стеклянные двери оранжереи она вышла на террасу. Разросшийся кустарник закрывал вид на цветник, и Шарлотта поспешила пройти по заброшенной тропинке. Туда, откуда до нее доносился детский смех и отрывистый лай Дейзи.

Раздвинув ветки, Шарлотта увидела Дейзи и игравшего с ней Пипа: он то протягивал ей палку, то прятал палку за спиной и пятился назад.

Шарлотта собиралась задать Пипу несколько вопросов, но вдруг поняла, что она не в состоянии сейчас говорить: настолько сильным было волнение.

Заметив Шарлотту, мальчик хотел приветствовать ее, и только тут он обнаружил, что кепка на его голове отсутствует. Он стал озираться по сторонам, пытаясь найти ее, но Шарлотта обнаружила кепку первой почти у себя под ногами и, нагнувшись, быстро подняла ее, а затем стала задумчиво вертеть в руках.

Потом она перевела глаза на ребенка, словно спрашивая: «Ты мой?»

Она уже собралась заговорить с мальчиком, как вдруг услышала за спиной знакомый голос:

– Это не ваша шляпа. Думаю, вам нужна вот эта. Шарлотта оглянулась и увидела Карсингтона, который небрежно держал в руках ее шляпку.

– Леди Литби не желает, чтобы вы выходили на солнце без шляпы. Она послала к вам слугу, но я, обладая от природы неслыханным великодушием, решил принести вам шляпу лично. – Дариус перевел взгляд на кепку, которую Шарлотта все еще держала в руках. – Может быть, вы вернете Пипу его головной убор?

Но Шарлотта все еще медлила. Продолжая держать кепку в руке, она разглядела, что с изнанки к кепке прилипла пара светлых волос, и погладила рукой грубую ткань. При этом ей казалось, что она гладит белокурую голову мальчика, как если бы он и вправду был ее сыном. Ах, если бы только она могла повернуть все вспять и изменить то, что изменить нельзя…

– По-моему, леди Шарлотте очень понравилась твоя кепка, Пип, – весело заметил Карсингтон. – Бьюсь об заклад, у нее уже появились идеи, как ее можно обновить и переделать по последней моде.

Шарлотта перевела взгляд на мальчика: его странные глаза по-прежнему ставили ее в тупик и ввергали в смятение; тем не менее она нашла в себе силы улыбнуться.

– Да нет, я просто задумалась. – Она протянула кепку мальчику, и тот осторожно взял ее. – Мне нравится, как ты играешь с Дейзи, – проговорила Шарлотта непослушными губами.

– Очень умная собачка, ваша светлость. – Мальчик сразу оживился. – Мистер Тайлер не велел мне подходить к ней близко, он говорит, что если бульдог схватит тебя, то ни за что не отпустит. Но ведь Дейзи совсем не такая, правда?

– Дейзи – не комнатная собачка, – строго сказал Карсингтон. – Конечно, она еще молодая и поэтому добрее других бульдогов, но тем не менее дразнить ее или обижать я не рекомендую.

Мальчик замер, а потом горячо воскликнул:

– Что вы, мне бы и в голову такое не пришло! Мистер Уэлтон всегда говорил, что я и мухи не способен обидеть. Однажды я спросил его, что мне делать, если за мной побежит бешеная собака или я попаду в джунгли и на меня набросится дикое животное, а он ответил, что защищаться можно только в том случае, когда кто-то собирается на тебя напасть.

Дариус рассмеялся:

– Вижу, ты хорошо научился отстаивать свое мнение. Ладно, теперь можешь снова заниматься собакой. Можешь отвести ее на ферму: возможно, тогда вы сможете чем-нибудь помочь управляющему. Ну, например, на ферме завелись крысы, а за поимку одной такой твари я плачу полпенни.

Глаза мальчика заблестели.

– Конечно, сэр, благодарю вас, сэр. – Пип вежливо поклонился, потом обернулся к Шарлотте: – До свидания, ваша светлость. Пойдем, Дейзи, нам пора ловить крыс. – Мальчик стремглав бросился к ферме, и Дейзи побежала за ним.

Шарлотта грустно посмотрела им вслед.

– Надеюсь, Тайлер не накажет его за то, что он играет с собакой, – вздохнув, сказала она. – В такой прекрасный день очень трудно удержать детей взаперти. – Она медленно повернулась к Дариусу, от волнения ей было трудно говорить. – Вы, наверное, опять скажете, что я чересчур чувствительна и нерациональна. Только дети богатых родителей могут играть, наслаждаясь летними погожими деньками. Всем остальным приходится зарабатывать непосильным трудом на хлеб насущный.

– Пожалуйста, не путайте меня с моим старшим братом, – обиделся Дариус. – Главный филантроп у нас в семье – Ратборн: это он всегда заступается за бедных и преступников. Лучше скажите, нужна вам шляпка или нет, а то от солнца у вас уже вся шея красная. Если вы не будете беречься, дело кончится тем, что вы покроетесь веснушками.

Шарлотта взяла у него из рук шляпку и не спеша надела ее.

– У меня не бывает веснушек, – равнодушно сказала она, завязывая ленточки под подбородком и не отрываясь глядя на Карсингтона. Его кожа тоже имела золотистый оттенок, но он уж точно никогда не покроется ни веснушками, ни противными красными пятнами. Неудивительно, что его любит множество женщин – разве можно остаться равнодушной к прекрасной иллюзии, которую он умело создает вокруг себя? Каждой захочется унестись в мечтах на маленький островок счастья и вечной любви, и тут уж ничего не поделаешь.

Шарлотта с тоской смотрела в ту сторону, куда ушел мальчик, но его уже не было.

– У вас нет причин горевать о плачевном положении бедного ребенка, – мягко сказал Дариус. – Вчера в Олтринхеме я встретил вашего отца, и во время нашего разговора речь случайно зашла о бульдоге. Мы оба сошлись на том, что собака слишком растолстела и разленилась, она чересчур апатична. Я упомянул о том, как Пип хорошо с ней ладит, и лорд Литби сказал, что Тай-леру будут доплачивать, если он позволит мальчику заниматься с собакой.