Не стрелять
Шрифт:
Крамского, Незнакомка, теперь почти забытая картина, а Алена однажды увидела репродукцию. Ух ты! И взяла этот взгляд себе. Только в более современном исполнении.
Итак она останавливалась перед зеркалом. Требовательно (но с любовью) смотрела на себя. Благо дача пуста все дневные часы. Тогда рождалось, что-нибудь новенькое. Например влюбить Славку. Влюбить? Запросто! Легко точно аккуратно одним ударом. Дальше - проверить его. Как? Устроить драку. Тут появляется Демин. Задача - держать на привязи. Но и на дистанции! Полная удача.
Только зачем ей все это? Может родители по человечески жить не научили?
Родители у Алены - так называемые "престижные люди. А поэтому, что они должны читать? Обязательно "Иностранную литературу Курить? "Мальборо. Отношения какие должны быть дома? Есть и для этого джентльменский наборчик" отношения должны быть красивые с юмором спортивные молодые! Старыми быть неприлично - это какой- то там дико умный профессор психиатрии из Пенсильванского университета сказал.
На завтрак естественно кофе тост, лепесток финского сервелата. Если съедать по лепестку, то в холодильнике можно иметь любой дефицит.
К кому то приходят в гости обжираться, а к кому-то на коктейль бутылка водки, банка вишневого компота, один лимон, сто граммов варенья, двести граммов Сахару, два литра воды. Привет! Все довольны все общаются. Хочешь - сиди на диване хочешь - сиди на ковре.
Алене многие завидовали в классе - такие родители. Но она-то знала, что родители ничем кроме себя кроме своего "престижа" не интересуются.
Говорят Алене "Расти самостоятельной!" Ну понятно она думала, чтобы поменьше на меня сил тратить и внимания обращать.
А все же ей такая жизнь в их семье нравилась пусть и холодновато а зато свободно современно.
Да нравилась пока не приехал к ним сибирский дядюшка.
– Егор Иванович Леонов то здесь живет?
– Он был в нормальном мешковатом костюме небритый с дороги в руке чемодан.
Само собой отца Алениного отродясь Егором не звали. В худшем случае Георгием. Но в основном использовались разные иностранные модификации.
Была суббота. Отец вместе с телевизионными дивами делал аэробику. Он был соответственно в шортиках с разрезиками в майке с англо-американской надписью удостоверяющей, что перед вами чемпион" А там и мамуля подплыла - тоже в соответствующем наряде. "Их гибкие юные тела..." и так далее.
Потом сели завтракать. По случаю гостя кроме сервелата была выдана красная икра на подогретом хлебе. Но пока на полустаринной спиртовке закипал кофейник гость нечаянно съел все сервелатные лепесточки. Про красную икру он догадывался, что нельзя, а сервелат смахнул - никто слова сказать не успел!
Но поскольку он был старший брат и вообще гость, заграничная колбаса мгновенно возобновилась. Однако и новая порция оказалась смехотворно мала по сравнению с дядюшкиными аппетитами. И все же самое интересное оказалось впереди.
За разговором он достал из чемодана бутылку на которой синими буквами было написано. Спирт питьевой. Они шарахнули с отцом больше половины этой бутылки и отец стал таким веселым, что... В общем Алена и не подозревала о существовании в его душе подобных эмоций. А дядя который как будто бы и не пил ничего улыбался и говорил.
– Вот так то лучше Егорушка!
Потом он сказал, что соснул бы после самолета. Ополоснулся и залег спать.
– Дэ тебе бы тоже лучше отдохнуть, - сказала мама. В соответствии с новомодной шутливостью они называли друг друга только первыми буквами имени: Дэ - значит Джордж - и Ти - Тина - собственно Тамара Михайловна.
Дядька встал четко к обеду. Выпил чашку сырного супу с гренками съел полторы нормы битков а ля Сэлинджер, премного поблагодарил Алену, все это уже начинало не на шутку веселить. Тут ничего плохого не было ведь у них приветствовались хохмочки, подсмеивания и всевозможные розыгрыши.
Дядька словно заметив в Алене единомышленницу попросил ее показать окрестности, магазины то есть. Однако оказалось его интересовал не универмаг, а универсам!
Они вернулись с полной сумкой еды и дядя объявил, что хочет приготовить ужин.
– Вы хотите угостить нас сибирским кушаньем?
– спросила Ти.
– Во-во-во!
– подмигнул Алене.
– Картошку чистить умеешь?
Сибирским кушаньем оказался гуляш тушенный в сметане и жареная картошка.
– А не тяжело на ночь?
– осторожно осведомилась Ти. Отец помалкивал.
– А мы это дело облегчим!
– сказал дядя ставя на стол бутылку коньяку. Его вроде можно было бы посчитать за пьяницу. Но он таковым абсолютно не был.
Он сам и раскладывал наваливал! Мать сказала:
– Алене столько нельзя! Не надо.
Он ответил:
– Душа - мера!
– подмигнул Алене.
– Проголодалась? Так и ешь!
Беседа за столом двигалась оживленно. Мать с отцом это умели прекрасно.
Наконец дядя опустошив свою тарелку и глядя на то, как мать с отцом едят сдерживая аппетит сказал:
– Ненатурально это все. Зря!
– Что ненатурально?
– удивилась мать.
– Дай-ка мне кусок колбасы твоей!
И ко всеобщему изумлению бросил листик заграничного сервелата на сковороду.
– А мы сгоняем еще по рюмочке вон за Аленку, пока суд да дело.
– Потом он снял сковороду с огня.
– Ну и где колбаса?
На сковородке было, что то желтоватое и пенистое. Мать и отец переглянулись.
– Но это все в заказе по линии Внешпосылторга - сказала мама.
Дядька кивнул ей, что мол понимаю вас и одобряю. А потом повернувшись к отцу сказал:
– Зря вы так живете Егор!
– Да почему?
– Отец улыбнулся.
– Кому как нравится. Сам же говоришь душа - мера!