Чтение онлайн

— Это невозможно, — произнес Самас Кул. Разочарование не лишило его аппетита, о чем свидетельствовала булочка с маслом, которую он держал в пухлой руке, и крошки, усыпавшие переднюю часть его вычурной мантии. Но Аоту показалось, что архимаг, непрерывно поглощая еду и напитки, делал это скорее по привычке и не испытывал обычного удовольствия. — Нарушь узор, и он лишится своей магической силы. Любой ученик знает это.

— Как жаль, — протянула Лаллара, — что Сзасс Тэм не ученик.

Самас ожег её сердитым взглядом.

— А ты понимаешь, как ему это удалось?

— Нет, — произнесла Лаллара. — Но прочие Кольца Ужаса ещё функционируют, равно как и образуемая ими фигура. Мы все убедились в этом. Так что самое время прекращать ныть, что это невозможно, и решать, что делать дальше.

Аот был с ней согласен. Он лишь надеялся, что в их силах ещё хоть что–то предпринять, и у кого–то из них хватит проницательности и отваги, чтобы высказаться. Он бы на это не поставил.

В Кольце Ужаса Лапендрара имелось все, что и в обычном замке, включая зал, который предназначался для переговоров лордов и офицеров. Там стоял круглый дубовый стол, окруженный стульями. Здесь, под развешанными черно–красными флагами, украшенными черепами и прочими эмблемами некромантии, зулкиры, Барерис и Аот и собрали военный совет. И, когда капитан наемников обвел взглядом своих компаньонов, то увидел, что усталость и разочарование оставили следы на лице каждого из них.

За исключением барда. Барерис выглядел так же, как и на протяжении прошлой сотни лет — безрадостный и осунувшийся, но резкий, словно клинок. У Аота мелькнула странная и несколько возмущенная мысль, что его друга не слишком–то расстроил провал их плана. Теперь у него появилась убедительная причина, чтобы продолжать сражаться и ненавидеть.

Некоторое время все хранили молчание. Затем трон Самаса отлетел от стола.

— Значит, все кончено. Мне нужно вывести ценности из Эскаланта. Полагаю, вам также предстоит немало дел.

Аот не имел намерения вскакивать на ноги. Это произошло само собой, и его кресло, перевернувшись, с грохотом упало на пол. Взяв копье наизготовку, боевой маг произнес:

— Ты не убежишь. Нет, пока мы все не решим, что это единственное, что нам осталось.

Лицо Самаса побагровело ещё сильнее, и его тело под ярдами украшенных драгоценными камнями одеяний раздулось, как у лягушки.

— Ты и правда столь безумен, что осмеливаешься приказывать мне?

Аот улыбнулся.

— Почему нет? Мы же сокомандующие, помнишь? Кроме того, важность нашей миссии нельзя недооценивать, и множество моих людей отдали свои жизни, чтобы мы смогли зайти так далеко.

— Значит, ты сам напросился, — из рукава в руку Самаса, словно змея, скользнул его ртутный жезл. — Что предпочтешь — превратиться в дым или прожить остаток своих дней безмозглым червем?

— Удиви меня, — Аот направил силу в копье, и его наконечник замерцал.

— Хватит, — произнес Лазорил. В его голосе звучало не больше напора, чем в голосе педанта–учителя, делающего замечание непослушным детям, но вложенный в его слова импульс убеждения заставил Аота — и Самаса, очевидно, тоже — дрогнуть. Их словно окатили в лицо холодной водой.

Это и к лучшему, ведь Аот осознал, что на самом деле ему не хотелось вступать в конфликт с архимагом, и вовсе не из страха. За последнее столетие он выучил больше боевых заклинаний, чем, скорее всего, было известно любому из зулкиров. Но, кто бы из них не вышел победителем в этой дуэли, она бы ни к чему не привела. Просто Аот был расстроен, а надменные и эгоистичные архимаги являлись идеальными кандидатами для того, чтобы выместить на них досаду.

Положив копье на стол, он склонил голову в подобии поклона.

— Приношу свои извинения, мастер Кул. Не мне отдавать тебе приказы. Но я прошу тебя задержаться по крайней мере до тех пор, пока мы не закончим разговор. Уверен, этим временем ты можешь пожертвовать.

— Да, — произнес Неврон. — останься. Мы настаиваем.

Самас обвел взглядом сидящих за столом, и затем его трон вернулся на свое прежнее место. Он опустился на пол так аккуратно, что, несмотря на его гигантские размеры и массу сидящего в нем человека, не издал ни звука. Аот тоже сел.

Преобразователь сделал длинный глоток из своего серебряного бокала.

— Хорошо. Убедите же меня, что тут есть, о чем разговаривать. Под силу ли нам взять ещё одно Кольцо Ужаса? — он сердито уставился на Аота, и остальные зулкиры также перевели взгляды на боевого мага.

Тот вздохнул.

— Вряд ли. Мы потратили слишком много сил при захвате этого. Честно говоря, нам, скорее всего, окажется непросто даже добраться до него. Для этого нам придется ещё сильнее углубиться в Тэй, где мы наверняка наткнемся на сопротивление.

— Тогда говорить не о чем, и все это — простая трата времени.

— Необязательно, — произнес Барерис.

Аот почувствовал всплеск надежды.

— У тебя есть идея?

— Не новая, — произнес бард, — но она является решением проблемы. Если мы не можем разрушить оружие, то нужно уничтожить того, кто намеревается его использовать.

Неврон фыркнул.

— Ты имеешь в виду, убить Сзасса Тэма. Ты прав, твое предложение не ново. За эти годы я отправил за его головой бесчисленное количество демонов и дьяволов, а церковь Коссута опустошила свои монастыри, посылая фанатиков Черного Пламени. Все напрасно.

— Но что, — произнес Барерис, — если все вы, то есть мы, выступим в роли убийц, а лич окажется застигнут врасплох? Разве у нас не будет неплохих шансов одолеть его, а затем, чтобы он не восстал вновь, отыскать сосуд, в котором хранится его душа?

— Да, — произнесла Лаллара. — И, возможно, если бы у нас был сачок с достаточно длинной рукоятью и силы, чтобы его поднять, мы бы смогли достать звезды с небес. Но Сзасса Тэма невозможно застать врасплох или хотя бы подобраться к нему достаточно близко. Цитадель слишком хорошо охраняется, и туда нельзя перенестись через пространство.