Чтение онлайн

Деверь усмехается, и поправляет сам себя:

– "Переборола" подходит?

– В данном контексте - да. Но ты главное не обольщайся, плиз, потому что я не знаю, на чем держится мое самообладание, и не уверена, что это что-то удержит его надолго.

– Чем займется хозяйка этого дома в этом доме?

– Мне кажется, что ты применил ко мне некорректное определение.

Вилен нахмурился, и слегка резковато отпарировал:

– Это - твой дом. Ясно? И никаких других определений. Ясно?

Как день... Только вот не за тем, чтобы предъявлять на что-то свои права, или отказываться от них, я сюда приехала. Ой, не за тем...

– Мне нужна твоя помощь. За пределами моей недвижимости...

– Ты все-таки решила?

– Поможешь?

– Конечно.

Родители, сразу после похорон, забрали меня, точнее мою бездушную оболочку, к себе домой в Мирный. Эта оболочка была способна только на то, чтобы отсчитывать минуты между кормлениями, и менять подгузники своей дочери. На этом мои самостоятельные действия заканчивались. Прошло сорок дней, прежде чем я смогла без напоминаний сходить сама в туалет, ощутив нужду, сама сесть кушать, ощутив чувство голода, сама лечь спать, ощутив усталость. Все сорок дней моя мама терпеливо ходила за мной, как за маленьким ребенком: "Ариночка, сядь покушай, моя девочка. Вот, теперь открой ротик... вот моя хорошая, глотай... умничка моя..." "Доченька, давай я тебя умою, моя куколка... вот, не нужны нам эти штанишки, давай-ка, мы их снимем.... Сходи сначала в туалет... вот так..." "Маленькая моя, ложись спатки, закрывай свои красивые глазки и спи, моя девочка... вот так.... нет-нет... не волнуйся... я тебя разбужу, когда придет время кормить Кирочку. Спи, засыпай... баю-бай..."

Все эти дни мои органы чувств яростно сигнализировали мне о том, что рядом со мной кто-то есть, помимо мамы и Киры... но я попросту игнорировала эти сигналы, потому что мой Мир сузился до мамы и дочки...

Через сорок дней в него требовательно и нетерпеливо ворвался Хард:

– Мама, мамочка, почему ты все время молчишь? Мамочка, все говорят, что тебе нужно время, чтобы опять научиться разговаривать, но я устал ждать. Мамочка, ну скажи мне хоть что-нибудь.

На какое слово меня хватит? Какое слово я смогу сказать нашему любимому мальчику, который потерял отца, и на глазах которого рассыпалась на части его мать?

– Привет.

– Мамочка, ты только больше не молчи, пожалуйста. Я так скучаю по тебе. Ты только не молчи.

– Хорошо. Не буду. Обещаю.

И вот нас уже четверо: я - бездушная-пустушка, я - мальчик-понимайчик, я-бабушка-хлопотушка, я-девочка-припевочка.

Кира... нормальные дети гулят и улыбаются, а моя девочка... напевает грустные мелодии... ла-ла-ла-ма-ма-ма-па-па-па...

Кто-кто в теремочке живет? я - бездушная-пустушка, я - мальчик-понимайчик, я-девочка-припевочка, я-бабушка-хлопотушка, а ты кто? А я-волчок-твой-браток, пустите меня к себе... Нет у меня для тебя места, злой - родной - мой- серый- волк. А я тебя, бездушная-пустушка, и спрашивать не буду:

– Аринка, сестренка моя любимая. Ну вот, ни на минутку тебя нельзя одну оставить. Посмотри, на кого ты стала похожа. Придется мне тебя, наверное, снова похитить.

– Сева, иди ты в... сад.

– Там я уже был. Ты не поверишь, я, перед тем, как сюда попасть, куда только послан не был. Ты и мест-то таких не знаешь, да и не для твоих ушей они. Иди ко мне, моя хорошая.... Вот так... Сильная наша девочка... ты прорвешься, ты обязательно все преодолеешь... уж если ты меня переборола, то себя и подавно сможешь...

– Сева...

– Что, моя хорошая? Спрашивай.

– Сева, почему я не могу плакать? Мне надо, мне хочется, но у меня ничего не получается. Попроси маму, чтобы она не мешала мне плакать. Пожалуйста, она тебя любит, и ни в чем тебе не откажет... Сева, помоги...

– Ш-ш-ш... никто на тебя не влияет, поверь мне. Никто не может на тебя сейчас повлиять... Просто, у тебя твои предохранители временно вышли из строя...

– Почему никто не может повлиять?

И вот нас уже пятеро...Кто-кто в теремочке живет? я - бездушная-пустушка, я - мальчик-понимайчик, я-девочка-припевочка, я-бабушка-хлопотушка, я-волчок-твой-браток,... а ты кто? А я-папа-семьи-рода-глава:

– Сева, нет.

– Арина - существо разумное, отец. И ей нужны знания, чтобы понимать свое состояние. Как она сможет выкарабкаться из него, если не знает, что с ней происходит?

Слышу мамин голос:

– Сережа, я думаю, что он прав.

А я - Никитос-твой-любимый-братос:

– Согласен.

И вот нас уже семеро. Семь-я... все дома... только вот у меня не все дома...

– Я сошла с ума?

Сева ласково смотрит мне в глаза:

– Нет, ты не можешь сойти с ума, потому что психика Носителя является непробиваемой для любых ударов. Она - твоя броня.

– Так что же со мной происходит? Почему я не чувствую... себя?

– Потому что ты... каким-то образом отключила себе практически все эмоции... Арина, а у меня есть для тебя подарок. Я тебе твою Элену, которая не Олена привез.

– Спасибо.

И никакой радости, и никакой благодарности... Я понимаю, что должна это чувствовать, но вот никак не могу вспомнить то, как это делается...

Вскоре после этого, я приняла решение:

– Пап, ты говорил мне что-то про небольшой остров, который ты подарил маме еще до моего рождения. Скажи, там есть дом и все необходимое для проживания?

– Да, милая. Но к чему ты об этом спрашиваешь?

Одно дело страдать у себя дома, и совсем другое - причинять страдания другим в их доме. Мой дом в Мирном - не вариант, потому что все в нем напоминает мне о Рэде. Мой дом в Запредельном - второй не вариант по той же причине. Значит, надо найти третий вариант...