Чтение онлайн

Южнее, в Каменце, разгорелся настоящий бой. С ружейно-пулемётной и даже артиллерийской канонадой. Её было слышно в Ходосах, от которых до Каменца по прямой около десяти километров. Да и утром над полями звуки разносятся почти так же далеко, как и над водой. Но две роты немцев, поддержанные взводом полицаев, долго сопротивляться двум батальонам мотострелков на бронетранспортёрах тоже не смогли.

На этом наступательные действия 6-го гвардейского полка закончились. Его первый батальон, как и подчинённые Юдина, окапывался западнее и юго-западнее Каменца, чтобы перекрыть дороги, идущие к населённому пункту от Высоко-Литовска, Высокого и Видомли. А третьему батальону достался участок без подходящих дорог от южной окраины Ходосов практически до Звадыковичей, да ещё и прикрытый берегами речушки Старишёвка. Полковую артиллерию штаб полка решил использовать мобильно, поскольку дальности её действия не хватало, чтобы полностью прикрыть и левый, и правый фланги. Ей подготовили несколько позиций вдоль дороги Дмитровичи — Новичковичи, чтобы, в случае нужды, была возможность оперативно перебросить её для поддержки любого из трёх мотострелковых батальонов.

Виктору даже не приходилось никого понукать, требуя зарываться поглубже: бойцы в батальоне опытные, сами хорошо знают, что чем глубже закопаешься, тем больше вероятности выжить во время атаки врага. И маскировать боевые машины в капонирах умеют, и готовить запасные позиции для них научены. Минимум одну. А если успеют до подхода немцев, то и две.

В районе десяти утра по рации сообщили, что первый батальон расстрелял мотоциклистов, направлявшихся в Каменец из Видомли. Между населёнными пунктами всего километров восемь, и в Видомле не могли не слышать звуков боя. Но поскольку обстановка для немцев была неясна, вот они и выслали разведку для её уточнения.

К этому времени было уже известно, что 4-й гвардейский полк дивизии, пройдя лесными дорогами более тридцати километров, перерезал железнодорожную ветку Минск — Брест в районе станции Тевли и спешно занимает круговую оборону, поскольку оказался в ближнем тылу немецких войск, держащих фронт в районе Пружан. Пожалуй, это будет самый тяжёлый участок, и именно туда направили всю дивизионную артиллерию.

5-й гвардейский, расчищая дорогу танкистам и стрелковым дивизиям, идущим следом по проложенной гвардейцами дороге через Пущу, прошёл по дороге на Жабинку до одноимённой речки, но к штурму этого крупного населённого пункта и железнодорожного узла не приступал. Его задача, как и задача 6-го гвардейского, не допустить ликвидации прорвавшейся в тыл немцам группировки ударом с запада.

Помимо радиодокладов о ходе подготовки к отражению вероятных атак немцев, с которыми выходил на связь Юдин (танковая УКВ-радиостанция Р-123, как хорошо известно в Красной Армии, в «верхней» части диапазона не прослушивается германскими службами радиоперехавата), пару раз со штабом полка, расположенном в Каменце, выходил на связь и Ларионов. И непременно справлялся:

— Как там дела в Тевлях?

Тяжело там. В отличие от мест, где развернул оборону 6-й гвардейский мотострелковый, немцы не просто быстро оценили те проблемы, что создал им захват села и станции, но и немедленно принялись атаковать эту «занозу в заднице» с трёх сторон. Перерезали дорогу, по которой 4-й полк подошёл к станции, и теперь, если гвардейцы не удержат позиции, отойти они смогут только на север, в ближайший «язык» Пущи. Но вряд ли отойдут, поскольку перед ними поставлена задача стоять насмерть.

Спасает товарищей лишь постоянно висящая в небе советская штурмовая авиация, для противодействия которой немцы бросили всё, что наскребли на аэродромах близ Бреста. Не считаясь с потерями от истребителей прикрытия. А ещё — работа дивизионных «богов войны», ведущих огонь только по заявкам полка. Её не потащили в «мешок», а оставили где-то в районе Киватичей, чтобы избежать потерь от немецкой артиллерии, кроющей Тевли из всех стволов.

Восточнее позиций батальона Юдина слышен рёв моторов. Это по дороге, ведущей от Пашуков вдоль реки Лесная Правая движутся танки и грузовики танковой бригады, направляемой именно на поддержку 4-го гвардейского полка. Но им, до того, как достигнут рубежа, с которого можно будет хотя бы деблокировать дорогу к станции Тевли, ещё предстоит пройти около сорока вёрст. И тогда ребятам из «соседнего» с юдинским полка дивизии станет намного легче. А там, глядишь, и стрелковые дивизии, топающие «пешодралом», окажутся на подходах хотя бы к Дашевичам.

Виктор по сорок первому году хорошо помнит, что такое эти многокилометровые ночные марши, и реально оценивает боеспособность красноармейцев, совершивших переход по гатям и проложенным «имээрами» лесным просекам, но всё же наличие собственных войск в тылу улучшает моральное состояние бойцов батальона. Если станет совсем уж туго, то линейная пехота никуда не денется и поможет.

К полудню появились разведчики и на дороге, ведущей от Высоко-Литовска. Той самой, по которой два года назад отходили на восток остатки 49-й стрелковой дивизии. Но не полезли напролом, как те, что прощупывали оборону 1-го батальона, а приближались неторопливо, останавливаясь и рассматривая в бинокль местность впереди. И, судя по тому, что не вошли в зону действия стрелкового огня, что-то рассмотрели: полностью замаскировать дёрном и срубленными кустами траншеи и капониры красноармейцы не успели. Мотоциклисты развернулись в сторону развилки у сожжённой деревни Януши и попытались проскочить в сторону Ходосов.

По ним ударили миномётчики. Наблюдатели доложили, что один из мотоциклов накрыло близким попаданием, а ещё один лишился седока за спиной водителя. Третий, к сожалению, успел улизнуть без видимого ущерба.

— Значит, скоро и к нам «гости» пожалуют, — тряхнул головой Ларионов — В общем, давай сделаем так, Витя. Ты выезжай к Дашевичам, а я останусь в Ходосах: если в штабе полка вдруг решат, что я там нужнее, чем у тебя, отсюда ближе до Каменца.

И опять майор оказался прав. Не прошло и получаса с того времени, как Юдин на командирском БТР добрался до недалёких от Дашевичей Залешан, наблюдатели, затаившиеся на окраине Янушей, доложили о приближении колонны танков, бронетранспортёров и грузовиков со стороны Высоко-Литовска. Около роты солдат и пара Т-4.

Нет, это уже не те «четвёрки», которые изредка попадались в сорок первом. Немцы ведь тоже усовершенствуют свою технику. Нарастили лобовую броню, по бортам навесили стальные экраны, чтобы защитить их от огня противотанковых ружей и кумулятивных снарядов, вместо «окурка» танковой пушки теперь из башни торчит длинноствольное 75-мм орудие, способное пробить даже лоб Т-34–85. С меньших дистанций, конечно, чем 85-мм пушка «тридцатьчетвёрки» поразит его, но всё равно «зверь» опасный. Особенно — для бронетранспортёров батальона Юдина. И непробиваемый для КПВТ, установленных в их башенках.

Но к Дашевичам, дорога к которым идёт сначала по краю примыкающего к Янушам леса, а потом вдоль вытянувшейся справа от неё длинной рощи, танки соваться не стали, а свернули направо, ближе к Синитычам и Залешанам, по окраинам которых проходит рубеж обороны батальона. Пехота же, высадившаяся из серых бронетранспортёров и грузовиков, принялась прочёсывать то, что осталось от Янушей.

Недолгая перестрелка, несколько взрывов гранат… Всё, нет больше нашего наблюдательного поста возле этой деревни.

Полевые пушки ударили по позициям роты, окопавшейся у Синитычей и Залешан, откуда-то из полей южнее Янушей и западнее Величек. А после пятнадцатиминутной артподготовки южнее Величек двинулись вперёд цепи солдат в серой немецкой форме, поддерживаемые пулемётным огнём полугусеничных бронетранспортёров и редкими выстрелами танковых орудий. Первый и, похоже, не последний за сегодня бой батальона капитана Юдина начался…

19