Чтение онлайн

— Ты спятила? Если Манро тебя узнает, повесит тотчас же, рядом со мной!

— Именно этого я и хочу, — прошептала она, едва касаясь мягкими губами его шеи. — Впрочем, сегодня тебя не повесят…

Она громко всхлипнула, играя на публику, и еще теснее прижалась к его груди.

Коннор чуть не расхохотался. Надо же! Стоя на краю могилы, он чувствовал несомненные признаки возбуждения от ее прикосновений. И тут она незаметно вложила ему в руку ключ от наручников, который успела украсть у смущенного солдата.

— И что мне с ним делать? — спросил Коннор, чувствуя в сердце проснувшуюся надежду.

— Ничего, ждать, — прошептала она. — Как насчет прощального братского поцелуя?

Коннор знал, что надо поцеловать «сестру» в щеку, но он так долго томился без Памелы, так долго мечтал о ней, что не мог упустить последнюю возможность слиться с ней в жарком любовном поцелуе.

Это был огромный риск, и все же он поцеловал ее в губы, и она ответила ему со всей страстью.

В толпе зевак раздались удивленные возгласы и свист. Один из солдат толкнул в бок своего соседа и усмехнулся:

— Должно быть, эти брат с сестрой были друг другу ближе, чем положено.

— Ну, хватит! — раздраженно закричал полковник Манро. — Вот почему англичане считают всех шотландцев дикарями и извращенцами.

Прежде чем в дело вмешались солдаты, Памела отстранилась от Коннора. Поправила капюшон и, медленно спустившись на землю, растворилась в толпе.

Если бы не металлический холод ключа, крепко зажатого в руке Коннора, он бы решил, что это была игра воображения.

— Давайте кончать с этим! — нетерпеливо закричал полковник. — Мой чай уже совсем остыл!

Солдаты вернулись на свои места по краям помоста, и палач положил руку на рычаг. Только теперь Коннор заметил у него знакомую татуировку в виде змеи. Надежда на спасение вспыхнула в его сердце с новой силой, и он едва сдержал победную улыбку.

Но тут в толпе раздались крики:

— Повесить негодяя!

— Повесить! Повесить!

Люди кричали так громко, что даже солдатам стало не по себе от этого звериного вопля.

Тут Коннор увидел, как один из зевак достал из корзинки спелый красный помидор и запустил его прямо в солдата, стоявшего рядом с приговоренным к казни. И в ту же минуту в солдат полетел град самых разных продуктов, от которых они безуспешно пытались увернуться.

Воспользовавшись удобным моментом, Коннор снял наручники, и в ту же секунду Броуди скинул маску палача и сунул ему в руку пистолет, сверкнув в улыбке своим золотым зубом.

Коннор в изумлении смотрел, как зеваки один за другим побросали зонтики, скинули шляпки и почти все оказались мужчинами. Потом из корзинок с провизией появились пистолеты, которые тут же были нацелены в английских солдат.

Коннор повернулся к балкону, чтобы расквитаться с полковником, но его там уже не было. Манро всегда был трусом, если рядом не было батальона солдат. Вот и на сей раз, он успел вскочить на лошадь и ускакать от греха подальше.

Броуди и Коннор спрыгнули с помоста, и солдаты не осмелились с ними связываться, понимая, что противник превосходит их числом и вооружением. Потом солдат отвели в домик привратника у ворот тюрьмы и заперли на ключ.

К Коннору со всех ног бросилась женщина, на ходу срывая с себя черный плащ. Ее лицо сияло счастьем.

Коннор подхватил ее на руки, крепко прижал к себе и закружил в радостном танце.

— Глупышка! — бормотал он. — Я всегда говорил, что в тебе больше отваги, чем здравого смысла, и ты это доказала.

Он поставил ее на ноги, и она прильнула к его груди.

— У нас не было выбора. Сюда уже едет герцог с помилованием от самого короля, но мы понимали, что он может опоздать. Надо было что-то делать!

— И ты решила сама организовать мое спасение, — улыбнулся Коннор.

— Ну, не совсем так…

Она отошла в сторону, и он увидел остальных участников этого действа. Сначала он узнал Криспина. По его щеке тек томатный сок.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он кузена.

— Я решил хоть как-то возместить ущерб, причиненный вам обоим моей матерью.

— Не надо больше беспокоиться о ней, — вмешалась в разговор Памела. — Как только герцогу стало известно о ее деяниях, он отправил ее в сумасшедший дом. Там у нее будет отдельная палата и личная сиделка. Герцог считает, что там ей будет лучше, чем в тюрьме.

— Кажется, ты попал под шальной помидор? — усмехнулась Софи, глядя на Криспина.

— Это вовсе не шальной, а очень даже прицельный помидор, — буркнул тот. — Или кто-то не умеет, как следует целиться.

— Очень даже умеет, — многозначительно сказала Софи.

— Значит, мы квиты? — просиял Криспин, вытирая остатки томатной мякоти.

— Ну, это мы еще посмотрим! У меня есть еще и другие претензии.

С этими словами она гордо повернулась к ним спиной и пошла, а Криспин побрел за ней следом. Памела вздохнула.

— Как ты думаешь, она когда-нибудь простит его?

— Не знаю, — улыбнулся Коннор. — Но на всякий случай надо его предупредить насчет зонтика.

В этот момент он заметил своих бывших товарищей, членов его клана. Все они явились сюда, чтобы спасти главу своего клана, замаскировавшись под простых обывателей.

Коннора до слез растрогала их верность и отвага. Потом он увидел стоявшую в стороне высокую женщину в модной розовой шляпке. Она, смущаясь, подошла к нему. Следом за ней шел высокий широкоплечий мужчина с золотистыми волосами.

Когда женщина подняла голову, и Коннор увидел ее лицо, у него перехватило дыхание. Он помнил ее веснушчатой девчушкой с копной соломенных волос. Теперь же она превратилась в очаровательную молодую женщину, мать двоих чудесных малышей.

— Котенок, это ты, — прошептал Коннор, дрожащей рукой касаясь ее щеки.