Чтение онлайн

Тяжело вздохнув, таксист выполнил мое пожелание. К нам шагнул омоновец, жестом веля остановиться.

— Я же сказал! — воскликнул таксист.

Опустив стекло, я протянул омоновцу паспорт. Он глянул на фото, на меня, махнул рукой коллегам, и они расступились, мы покатили во двор.

— И все-таки, что происходит? — не унимался таксист.

— Тут живут футболисты «Титана», — сжалился и объяснил я.

Мужчина присвистнул, но не стал приставать, просить селфи или автограф — видимо, был совсем холоден к футболу, на мое счастье.

Заняв полстоянки, стоял серебристо-белый автобус с надписями «Титан», возле него топтались фотограф Олег, Клыков, Лабич и Колесо, все в форме. Еще Оля из Болгарии. Которая брала интервью у Микроба. Увидев такси, из автобуса высунулся Димидко, просиял, крикнул что-то в салон, и оттуда высыпали остальные: Васенцов, Думченко, Саенко, Жека, Игнат, Погосян, Бурак, новенькие: Ведьмак, Цыба, Круминьш; Матвеич и толпа его юных подопечных.

Я вышел из машины, и Синяк заорал:

— Ура чемпионам!

Набежал Борода, повесил мне на шею собственноручно сделанный оберег.

— Ура!!! — грянул многоголосый вопль.

Жители соседнего и нашего домов вышли на балконы, кто-то бахнул хлопушкой — посыпались конфетти, затрепетали знамена «Титана». Наши налетели, подхватили и давай качать, меня накрыл их восторг. Вот теперь я точно дома! В безопасности, среди своих. Только Тирликас стоял в стороне и улыбался, глядя, как резвятся «титаны».

— Отпустите Саню! — крикнул Димидко и дунул в свисток. — Ему еще переодеваться. Хотеев и Бекханов опаздывают, мать их шешенс!

Я покачнулся, ощутив землю под ногами, стал пробираться к автобусу, пожимая руки и отвечая на приветствия. Мне здесь были рады, как родному. Только сейчас понял, что безумно соскучился… не по товарищам, по своей большой семье.

Посыпались вопросы, а что, а как.

— Потом, все потом! — отвечал я.

Вслед за мной в автобус вошли Тирликас и Димидко. Тренер выдал пакет с формой, и я принялся переодеваться прямо здесь. Лев Витаутыч растянул губы в удавьей улыбке, показал «класс» и сказал единственное слово:

— Горжусь!

— Мы все игры ночами смотрели, — сказал Димидко, когда я натянул шорты и переобулся. — Поседели от нервов, но счастливы. Это высший пилотаж! Видел бы ты, какой нам стадион отгрохали! Какое оборудование завезли, «спартачи» отдыхают. И Никиту, ну, тренера мы сманили, будет вратарей гонять. Хотя ты сам кого угодно гонять можешь, с каким-то мастерством!

— Мой успех — это наш успех, — сказал я, провожая взглядом такси, на котором приехал.

Прибыли Сэм и Микроб, и слава обрушилась на них. Их буквально внесли в автобус. Только они переоделись, началась трансляция открытия стадиона, все расселись по местам и уставились в смартфоны. Автобус тронулся. Тирликас вывел изображение на большой монитор, закрепленный позади водителя, и «титаны» уставились туда.

Сперва отрывками показали футбольное поле, Прометея, пустые трибуны, тренажеры, бассейн, нашу команду в игре, раздевалки, душевые — и на фоне этого всего приятный баритон перечислял, какими секциями и оборудованием располагает стадион. Вместимость его, между прочим — 60000 человек. После этих слов изображение мигнуло, и теперь трибуны были полными. Камера выхватывала отдельные лица: девушки с двумя полосами на щеках: белой и серебристой, коротко стриженные фанаты с дуделками, солидная пара: мужчина в пиджаке и дама в платье, школьники в галстуках, пожилые женщины.

Потом фокус сместился на председателя горисполкома, который говорил, как было трудно, но они справились, и теперь в Михайловске есть самый лучший в стране стадион. Затем заговорил Самойлов, наш «спонсор», ведь клуб «Титан» прикреплен к заводу, где он начальствует.

Увидел его — и будто время отмоталось назад, в точку, когда мы только пришли знакомиться с голубым начальником команды, который оказался три-два-расом и в плохом смысле слова. Нас все освистывали, никто нам руки не подавал, а лиловское «Динамо» заслуженно презирало «Титан».

Прошло несколько лет — и мы на гребне волны. Это поистине фантастический взлет!

Пока мы ехали в автобусе, нам сигналили машины, прохожие махали руками, улыбались девушки. Чем ближе к стадиону, тем больше народа было на дороге. Похоже, весь город на открытие пришел, и на трибуны все желающие не влезли. Потому неподалеку в парке установили огромные экраны.

А вот и статуя Прометея с факелом — поистине исполинская. Интересно, как Димидко будет зажигать огонь? Наверное, его поднимет машина монтажников.

Народ не смотрел выступление Самойлова, всех интересовал наш автобус. Он остановился в начале парка, полного людей. Тола была разделена надвое омоновцами. Нам предстояло пройти к статуе по узкому коридору, совершить ритуал зажжения огня, а дальше — через центральный вход, и на поле.

Увидев нас, толпа взревела и стала стягиваться к оцеплению, в нас полетели букеты цветов. У Клыкова на голове, как шлем танкиста, повис лифчик большого размера — Рома его брезгливо скинул.

Димидко, как боксер, выставил руки перед собой и скомандовал:

— Голову защищаем! Она нам пригодится!

Заглушая свист и крики, из динамиков грянул сочиненный Микробом гимн «Титана». Погосян, шагающий рядом со мной и посылающий воздушные поцелуи кружащим над нами дронам, запел, его глаза сияли, как у религиозного фанатика во время свершения таинства.

Парк я видел и раньше. Он был исполнен в античном стиле со статуями богов, нимф, фонтанами и каскадными водопадами, сейчас всю красоты закрывали люди. Возле статуи Прометея нас ждали две женщины в серебристо-белых греческих платьях, пеплосах. Как известные всем рабочий и крестьянка, они вдвоем держали факел в вытянутых руках.