Нескромное предложение
Шрифт:
Разглаживая дорогую материю, он успокаивающе заметил:
– Тереза, пока буран продолжается, выходить из дома небезопасно. Любой человек немедленно заблудится и потеряет дорогу, едва оказавшись за воротами. Я не желаю, чтобы на моей совести лежала смерть невинных людей. Нужно подождать, пока метель уляжется, и если Филип не появится, мы попробуем его отыскать.
При этом он глядел на ее прелестную белоснежную шейку, с непристойным сладострастием воображая, как его пальцы впиваются в гладкую кожу. Но тут же поняв все неприличие подобных фантазий, Чарлз вздохнул и пропел особым вкрадчивым тоном, всегда неотразимо действовавшим на мать. Та неизменно расплывалась в улыбке и называла его своим дорогим малышом.
– Поверьте, сейчас мы ничего не сумеем поделать. Чем вы хотели бы заняться? Поиграть в карты? Или предпочтете потанцевать?
Тереза сделала несколько глотков превосходного шампанского, купленного еще его покойным отцом, и едва заметно улыбнулась. По правде говоря, она была уверена, что Филип в настоящий момент с комфортом расположился в какой-нибудь гостинице или соседнем имении, потягивает теплый эль и флиртует с самой хорошенькой девушкой, которая только нашлась поблизости. Всем было известно, что после своего возвращения в Англию Филип, страдавший от раны в плече, полученной в сражении под Сьюдад-Родриго, всячески избегал малейших неудобств.
Чарлз поморщился, когда она размашистым жестом плюхнула на стол второй бокал. Что ему делать? Объяснить, что хрусталь требует бережного обращения? Нет. Он попробует иной способ.
– Не забывайте, Тереза, Филип был солдатом, и, если буря застигла его врасплох, у него хватит здравого смысла не продолжать путь. Уверен, что он нашел надежное убежище. И будь это возможно, столь хорошо воспитанный человек, как он, наверняка нашел бы способ известить о своем местопребывании. К моему прискорбию, пурга весьма неблагоприятно влияет на хорошие манеры.
И тут его осенило. Да как же он упустил из виду…
– Знаете, – с торжеством заключил он, – уверен, что, где бы ни находился Филип, он тоскует о вас.
Гениальный ход! Наконец-то он попал в самую точку! Тереза явно приободрилась. Господи, только бы не забыть, отходя ко сну, попросить в вечерней молитве прощения у отсутствующего виконта!
– Вы действительно так считаете, Чарлз? Что Филип сейчас скучает без меня и…
К счастью, в этот момент появился Эдгар Пламмер под руку с сестрой Чарлза Маргарет. Пламмер был стар, как Мафусаил, но в сообразительности ему было трудно отказать. Он сразу понял, в каком отчаянном положении находится хозяин, и поспешил на выручку.
– Позвольте дряхлой развалине заверить, что прекраснее вас нет на свете, мисс Эллиот, – проворковал он, склоняясь над рукой Терезы. – Умоляю, сыграйте для нас на фортепьяно. Будьте благосклонны к вашему верному поклоннику!
Тереза кокетливо отказывалась три раза, что в обществе считалось обязательным для девицы, желающей выказать похвальную скромность, но потом позволила мистеру Пламме-ру подвести ее к инструменту.
– О Господи, Чарли, мы попались! Она явно собирается завести очередную, невыносимо нудную французскую балладу! Хочешь пари? Клянусь, она во всеуслышание посвятит ее бедняге Филипу!
– Не так громко, Маргарет, она услышит! – простонал Чарлз, усаживая сестру на изящный диванчик с красной парчовой обивкой, сделанный прославленным мастером в начале прошлого века. – Наконец-то леди соизволила хоть чем-то заняться! Эдгар – мой спаситель: напомни мне купить ему рождественский подарок. Нет, я подарю ему свой любимый футляр для часов. Да-да, именно. Футляры для часов – лучший подарок!
– Она опять пристает к тебе с Филипом?
– Это ее пунктик. По-моему, она нацелилась на Филипа и мечтает связать его священными узами брака. Правда, у меня хватило здравого смысла не намекнуть, что виконт, вероятнее всего, коротает тоскливые часы в объятиях какой-нибудь йоркширской красотки.
– Но где он, Чарли? – озабоченно вздохнула Маргарет. – На постоялом дворе? Мне казалось, он куда более разборчив. Польститься на служанку в пивной? Фи, как низко!
Чарлз расплылся в улыбке. А он еще боялся шокировать сестрицу! Вот уже почти год как она замужем за сэром Хью Дрейкмором и из застенчивой провинциальной гусыни превратилась в светскую искушенную даму. Правда, ему такие перемены пришлись по душе, тем более что Хью остался прежним – спокойным, замкнутым и весьма рассудительным. Очевидно, в их семейной жизни не все так просто.
– Ты, пожалуй, права. Филип действительно обладает неплохим вкусом и, вероятно, гостит сейчас у моих ближайших соседей, наслаждаясь обществом хорошенькой хозяйки или ее дочери.
– Но, Чарли, Филип не стал бы соблазнять замужнюю женщину.
– Откуда тебе знать?
– Он сам мне сказал.
– Маргарет, ты, разумеется, шутишь, и…
– Нисколько. Я спросила его как-то, года два назад, когда воображала, что влюблена в него. Но он оказался таким милым и порядочным! Прекрасно понял, что я испытываю, и постарался не ранить мои чувства. Говорили, что он спит с миссис Стоктон, женой посла, но это оказалось неправдой. Филип как мог вежливо отверг ее притязания, а она в отместку распространила сплетню, что он ее совратил. Филип ужасно рассердился, Чарли, и сказал, что отныне для него все замужние леди вне игры.
Маргарет влюбилась в Филипа! А Чарли даже не подозревал.
– Знаешь, ты права, я действительно не припомню, чтобы у Филипа были замужние любовницы. Кстати, ты… э-э… больше не испытываешь к нему ничего подобного, верно, Маргарет?
– Разумеется, нет, особенно после того, как встретила Хью. Всего одна неделя с ним – и остальных мужчин для меня просто не существует.
– Слава Богу.
– Но, Чарлз, я часто гадала, отчего Филип не женится. Мне совершенно точно известно, что многие молодые леди с радостью бы приняли его предложение.
– Это старая история. Ты слышала о графине Баффорд?
Маргарет кокетливо склонила головку набок, так что каштановые букли скользнули по плечу.
– Разумеется. Она безраздельно царит в свете. Мама терпеть ее не может, но говорит, что у нее слишком влиятельные связи и поэтому ей опасно переходить дорогу. В ее присутствии лучше держаться настороже и не подпускать к себе слишком близко. Мне она всегда казалась такой невинной и милой, настоящим ангелом, но мама лишь посмеялась и просила не доверять ей. Зато лорд Баффорд обожает жену. Но какое отношение она имеет к Филипу?