Чтение онлайн

– Появится, – заверил Джек. Она поторопилась закончить:

– Я уеду в конце сезона, и… и люди забудут. Все образуется.

Но она-то знала, что остаток своих дней проведет в слезах.

– По-вашему это называется «все образуется»? – спросил Джек.

Кресс, дрожа, кивнула.

– Но не по-моему, – прямо заявил он, – у вас до сих пор есть кое-что мое.

О чем он?

– Вы хотите получить обратно свое ожерелье? – Голос дрожал, хотя она изо всех сил старалась это скрыть.

– Мне ничего не нужно возвращать, – спокойно ответил Джек. – В том числе и мое сердце. Оно – ваше.

Крессида не успела опомниться, как он сомкнул свои объятия и крепко прижался губами к ее рту.

Она сдалась.

Крессиду целовал и обнимал требовательный и любящий мужчина, который хотел убедить ее в своих чувствах. Она не сдержала рыданий, и тогда он стал осыпать мелкими и нежными поцелуями ее лоб и щеки.

– Я подумала, что он может вас убить, – прошептала девушка. – Если бы вы умерли… – Трясущимися пальцами она погладила Джека по щеке и приблизила к себе его рот.

Он целовал Кресс и бормотал утешительные слова. Слезы покатились по ее губам и щекам. У него тоже задрожали руки, и он, обхватив ладонями ее лицо, вытер слезы пальцем.

– Ох, Кресс, какая же вы дурочка. Если вы думаете, что я вас сейчас отпущу…

Джек снова припал к ее рту, и она, не колеблясь, уступила ему и с готовностью разомкнула губы. Он тут же воспользовался ее податливостью и с жадностью стал вкушать их сладость, а его руки гладили округлости и изгибы фигуры Крессиды. Казалось, еще мгновение – и он полностью утратит самообладание.

– Любимая, вы должны выйти за меня. – Почувствовав, что девушка замерла, он крепче прижал ее к себе. – Вы решили, будто я сделал вам предложение, пытаясь защитить вас. В какой-то мере это так. Но, Крессида, я давно люблю вас. Я, кажется, влюбился с первой встречи, но был чертовски упрям, чтобы это признать.

– Вы любите меня? На самом деле любите?

– Крессида, вы мне необходимы… так же, как мне необходимо дышать. – Джек запутался, не зная, как лучше объяснить свои чувства. – Вы – моя. И я не позволю вам увильнуть от помолвки. – Он замолчал, понимая, что сказал не все. Те чувства, которые он питал к ней, были столь велики, что ему просто не хватало слов.

Оба молчали, и Крессида пыталась разглядеть лицо Джека в отблесках огня, горевшего в камине. Сердце ее никак не могло успокоиться. Она пылала от его поцелуев. Он сказал, что любит ее. Сказал, что она ему нужна. И что она принадлежит ему. Она не сомневалась в его словах. Душа пела от искренности признания, но все же Кресс колебалась. Правильно ли она поступает, принимая предложение? Не пожалеет ли об этом в один прекрасный день? Что подумают его мать и сестра о таком союзе? Джек сунул руку в карман сюртука и вытащил что-то блестящее. Взяв Крессиду за левую руку, он надел ей на средний палец изящный перстень.

– Это кольцо моей прабабушки. Той самой, которая пекла ароматное печенье. Прадедушка подарил его ей на золотую свадьбу. – Джек прокашлялся. – Я ни разу не видел ее без этого кольца. Она оставила письмо, в котором выразила желание, чтобы оно перешло ко мне, когда придет срок. И сегодня мама отдала мне кольцо.

Он поднес руку Крессиды к губам и поцеловал.

– Я твой, Кресс. А ты станешь моей?

Она была не в силах говорить. На глаза навернулись слезы радости. Ей удалось лишь кивнуть и погладить Джека по щеке дрожащими пальцами, а он тут же заключил ее в объятия и поцелуями, нежными, как прикосновение перышка, смахнул слезы с лица.

– Моя, – тихо произнес он.

Ответ Крессиды шел из глубины души.

– Навсегда.

Когда она снова ласково дотронулась до его щеки, он не смог больше сдерживаться, подхватил ее на руки, встал и направился к двери.

– Джек, почему мы у меня в спальне?

– Да потому, что я хочу заняться с тобой любовью, а в библиотеку могут войти.

– Л… любовью? Но почему?

– Потому что я хочу тебя. – Он чмокнул ее в губы. – Потому что не могу удержаться.

Он провел по губам Крессиды языком и начал легонько покусывать, пока она не открыла рот. Просунув язык внутрь, он со стоном стал ласкать теплую пещерку. Почувствовав, что она не отвергает его, Джек вздрогнул и отрывисто произнес:

– Я люблю тебя, Крессида. Ты – моя. Поняла?

Кресс едва не задохнулась, когда до нее дошел смысл сказанного. В его глазах она прочитала: это правда и еще… Темно-серые глаза говорили, что он хочет ее… страстно хочет.

– Ты… ты так сильно хочешь меня? – запинаясь, спросила она. – Не может быть.

– Может, – прошептал Джек. – И я сейчас тебе покажу.

Она охнула, когда он осторожно прикусил ей нижнюю губу. По телу разлился жар, а он настойчиво и нежно целовал ее. Крессида тоже поцеловала его и коснулась языком его языка. Сквозь тонкую ткань его рубашки она чувствовала крепкие мышцы. Ей казалось, что на нее набегают теплые волны, опьяняя и возбуждая. Хотя губы распухли и болели от поцелуев, ей не хотелось, чтобы это прекратилось.

– Кресс, – произнес Джек хриплым, сдавленным голосом, – мне необходимо, чтобы ты по-настоящему стала моей. Если хочешь подождать до свадьбы, выгони меня и запри дверь.

Крессида не могла поверить тому, что услышала.

– Ты готов?.. Прямо сейчас?..

Он кивнул и улыбнулся.

– Прямо сейчас. Если ты поклянешься выйти за меня замуж, как только мы вернемся в Лестершир, где нас обвенчает твой отец.

Глаза Джека потемнели от страсти. Благородный, добрый рыцарь Джек Гамильтон умоляет ее лечь с ним в постель до того, как они поженятся. И делает ей поистине рыцарское предложение – вышвырнуть его из комнаты, если она этого не хочет, так как по своей воли он не желает уходить.

Он словно услыхал ее невысказанный вопрос.

– Душа моя, я не могу этого объяснить. Сам не понимаю. Со мной такого не бывало. Я не в состоянии совладать с собой. Я готов был убить Фэрбриджа, когда увидел вас вместе.

– Будь на моем месте другая женщина, ты все равно разозлился бы, – тихо заметила Кресс.

Джек кивнул.

– Ты совершенно права – я помог бы любой женщине, попавшей в беду. Но я не оказался бы в ее спальне, пытаясь уложить ее в постель. – Он ласково поцеловал Крессиду. – Благородство здесь ни при чем. Я чувствую себя собственником. Там, где дело касается тебя, рыцарь во мне умирает. Мною владеет только любовь.

У нее пересохло во рту, а слезы мешали говорить.

– Мне вполне достаточно твоей любви. Ты хочешь прямо сейчас лечь со мной в постель?

– Кресс, ты уверена в себе? – Его голос задрожал от едва сдерживаемой страсти, а губы искали ее рот.

– Да, – прошептала она.

Ответом послужил его поцелуй, одновременно собственнический и нежный. Джек легко поднял ее на руки. Крессида снова убедилась в том, какой он сильный и… неистовый. Она обвила руками его шею и он понес ее к кровати.