Нет тебя прекраснее
Шрифт:
Они организованы не хуже коза ностры. Только вычислить их гораздо сложнее. Азиатская мафия очень сильна и очень жестока со своими врагами.
Эрин подняла руки вверх.
– Сдаюсь. Не ради этого я живу. Хотя Джине, похоже, понравилось.
Брейди сурово посмотрел на нее, и Эрин быстро затараторила:
– Все, все. Мы больше не лезем в дела крутых парней.
– Мы поняли друг друга?
– Да мне еще много надо успеть сделать для мэра.
– Кстати, что ты ему рассказала?
– Ничего. Он согласился, что утечка информации могла быть и из его круга. Больше всего его беспокоит избирательная кампания, но он не винит меня в провале пресс-конференции. В отличие от председателя его избиркома, который с удовольствием послал бы меня куда подальше.
– Ты говорила ему что-нибудь про видео?
Эрин покачала головой.
– Пока мы не знаем, из-за кого произошла утечка, думаю, не стоит рассказывать ему что-нибудь. И вряд ли подобная информация будет полезна мэру. Только ты узнай что-нибудь побыстрее. Потому что, хотя Гад и глуп, но он тоже обо всем этом думает и в конце концов что-нибудь на эту тему напишет, и тогда мое молчание будет выглядеть подозрительно.
– Да. – Брейди тяжело вздохнул. – Спасибо за помощь.
– Не за что.
Он оставил несколько банкнот на столе, и они направились к выходу. Эрин помахала на прощание рукой сидящим за стойкой.
– Как дальше будет идти твоя работа с мэром? – спросил Брейди.
– Ну, во-первых, больше никаких пресс-конференций. Пока у тебя не будет готова какая-нибудь новая информация.
– Они будут мусолить то, что уже знают.
Брейди открыл перед ней дверь.
– Как будто я этого не понимаю, – сказала Эрин, выходя на улицу. – Но встречаться с ними бесполезно. Я буду работать с Флетчером, ведущим предвыборную кампанию. Будем фокусировать внимание на действиях Хенли, а от Сандерсона попытаемся отречься. Наше официальное заявление звучит так: «У нас нет других комментариев, кроме того, что это дело – забота полиции, и мы не сомневаемся, что они хорошо выполнят свою работу».
– Хм, спасибо…
– Ты же сказал, что всегда справляешься.
– Да.
Брейди впервые отчетливо осознал, насколько рад, что она взяла на себя прессу. У него и без этого было проблем по горло. Его мысль шла одновременно в разных направлениях. Всю ночь ему предстоит выяснять подробности того, о чем сейчас рассказала Эрин. Брейди нутром чуял, что это правильное направление. Только вот чем кончится следствие? У него были нехорошие предчувствия.
Эрин протянула руку, останавливая такси.
– Я могу тебя подбросить. Моя машина припаркована чуть дальше.
– Э-э, спасибо… не надо, правда. – Ее улыбка впервые за вечер померкла.
Брейди нахмурился. Значит, она прекрасно чувствовала себя с ним на людях, но не вдвоем в машине? Боится, что он может воспользоваться ее слабостью? В ней еще надо найти слабость.
– Ты не хочешь поиграть сиреной и послушать, что говорят копы по рации?
Наконец к Эрин вернулось самообладание. Ее минутное замешательство заинтриговало Брейди, но ему больше нравилось, когда она не уступала ему в быстроте реакции.
– Ты умеешь устроить женщине приятный вечер, О'Киф. Но только научись вовремя останавливаться.
– Некоторым женщинам нравятся полицейские игрушки.
– Не мне. Кожаные ремни и серебряные браслеты можешь оставить себе.
– Ты задеваешь мои чувства.
– Не знала, что у тебя есть чувства.
– Теперь мы оба это знаем.
Они рассмеялись. После недолгого молчания Брейди сказал:
– Пойдем, моя машина там.
Эрин кивнула в знак согласия, и он помог ей сесть в совершенно обычную машину, без каких-либо знаков отличия.
– Ух ты, – воскликнула Эрин, с восторгом глядя на навороченную приборную панель, – крутые у тебя игрушки!
– Необходимы для работы. Куда тебя отвезти?
– Наверное, обратно в офис.
Брейди кивнул и повернул ключ зажигания. У них есть общая черта – они оба трудоголики. Это хорошо. Так же как и то, что он не узнает, где живет Эрин. Надо соблюдать дистанцию. Брейди твердил себе это всю дорогу до ее офиса.
– Почему ты до сих пор не женат? – спросила она после долгой паузы.
Брейди не спросил, откуда она об этом знает.
– Работа в полиции и семья – трудносовместимые вещи. – Брейди изо всех сил старался смотреть на дорогу, а не на длинные ноги пассажирки справа.
– Ты точно знаешь?
– Еще бы! Я видел, как жили мои родители, и наблюдал, что происходит в семьях друзей по работе. Я решил, что буду учиться на чужих ошибках.
– Цинично.
– Работа такая.
На это Эрин ничего не ответила. Брейди обещал себе не спрашивать о ней, но не удержался.
– А ты?
Она пожала плечами.
– Я очень много времени провожу на работе. На личную жизнь времени просто не остается. – И с легкой иронией в голосе добавила: – К тому же большинство мужчин, с которыми я встречалась, – идиоты.
– Значит, вопрос лишь в том, когда появится стоящий мужчина? Или все-таки бизнес для тебя на первом месте?
– Когда-нибудь я все расставлю по местам. Не хочу, чтобы работа была главным в моей жизни. Если все, что у тебя есть, – только карьера, то чему ты можешь радоваться?