Нетопырь
Шрифт:
Класс начал подхихикивать под строгим взглядом учительницы, но долго удерживать рушащуюся плотину дисциплины было выше человеческих сил: ребята разразились громким смехом, показывая на новенькую пальцами и отпуская издевательские реплики.
— Чучело!
— Подзаборница!
— Летучая мышь!..
— Ребята, точно! Это же нетопырь!.. Нетопырь!.. — кричал один из мальчишек.
— Нетопырь!!! — загалдели все хором.
Элли закусила губы, пытаясь сдержать слезы.
Ой, какие мы гордые!
— Ну, хватит!!. — смогла, наконец, перекричать всех мисс Дьюллинг. — Как вам не стыдно! Никак не ожидала от вас такой жестокости. Элли очень симпатичная девушка.
— Ну да! — грубо бросила Кристи. — Могла бы одеться и поприличней. Она не у себя в конуре! Мне противно на нее смотреть!
Новенькая быстро повернула голову в сторону Кристины, украдкой смахнув слезинку со щеки. Пристальный, внимательный взгляд.
— Кристи, закрой рот! — рявкнула учительница. Класс притих — злить мисс Дьюллинг было небезопасно. — Не у всех средства, как у твоего отца! Ну, а ты, Элли, не плачь, вытри слезы и не обращай внимания на этих элегантных грубиянов. Садись рядом с тем белокурым мальчиком, в пестрой футболке. Это Слава. Он не похож на остальных и не станет вести себя, как высокомерный выскочка. — Последнее предназначалось скорее юноше.
На лице Вячеслава мгновенно появилось выражение покорности злой судьбе, а его скорбный вздох услышал весь класс.
Девочка еще больше сжалась и, ссутулив плечи, медленно пробралась между партами, примостившись на краешке скамьи рядом со своим ослепительным соседом. Похоже, такая честь еще больше смутила Элизабэт.
Молодой человек демонстративно отвернулся и стал глазеть в другую сторону. Элли осторожно, словно боясь привлечь к себе внимание, расстегнула сумку, извлекла оттуда книги, тетрадь и ручку, аккуратно разложила все это на столе и так же конспиративно отправила портфель под парту.
Начался урок, и Славик краем глаза покосился на соседку. Для своего небольшого роста немого полновата, и не вяжется с такой фигурой хрупкая и тонкая, цыплячья, шея. Хотя…
Свет… Солнце запуталось и билось живым огнем в русальей сети ее светлых волос…
…рассыпающихся по плечам и парте…
Вячеслав услышал стук выскользнувшей из его пальцев ручки и, вздрогнув, пришел в себя. Что за странное оцепенение?.. Юноша вновь подозрительно покосился на соседку. Пишет, даже не смотрит в его сторону. Бледные губы чуть вздрагивают…
Овал лица удивительно четкий, ресницы красивые… Длинные…
Черт, но как бледна — почти в зелень! Фосфорная кукла!
«Ясно, учитывая все, что ей довелось пережить, но… Могла бы и подкраситься! — раздраженно подумал школьник. — Смотреть неприятно! И что мисс Дьюллинг вздумалось посадить со мной эту страхолюдину?.. Да эта чокнутая меня тайком разглядывает!»
Юноша быстро отвернулся и несколько минут писал, не поднимая головы от тетради.
Взгляд… Странный такой взгляд. Вячеслав ощутил непонятную щекотку в области шеи — словно отзвук рассыпчатого смеха…
Невольно покосившись в сторону новенькой, Слава неожиданно обратил внимание на ее руки: точеная, аристократическая форма кисти, легко скользящей над бумагой. Движения словно подчинялись некой загадочной плавной музыке, и буквы, рождавшиеся под нее, получались аккуратными, неуловимо старомодными… конечно, это же менуэт!
Резко тряхнув головой, Слава сбросил наваждение, и сам поразился бредовости своей мысли. Но руки…руки новенькой… Стоят внимания!
По крайней мере, за ногтями она следит. Каждый пальчик венчал горделивый острый ноготок, устремленный вперед, как наконечник боевой рапиры. Ну вот, снова…
Рапиры? Почему рапиры?.. Видимо, тут виноват цвет: холодный цвет ногтей и острота! Слава чуть не ахнул: Элли по неосторожности царапнула ногтем по листу — и бумага разрезалась, будто провели наточенным скальпелем! Девушка испуганно охнула и растерянно глянула на тетрадь.
Что, не ожидала?!
И тут прозвенел звонок.
— Меня зовут Элли, — неожиданно повернулась новенькая к Славе, подавая руку.
Ее улыбка была нежной, как касание ночного ветра.
Юноша презрительно пожал плечами и проигнорировал жест.
«Несправедливо так», — мелькнула неизвестно откуда взявшаяся мысль.
— Нет. Тебя зовут Нетопырь, — он недобро усмехнулся. — И будут звать до тех пор, пока не заслужишь прощения.
Девушка медленно опустила руку.
— Прощения?.. За что?
— За то, что ты такая.
— Какая?
— Уродина. Высокомерная уродина.
«А ты ведешь себя, как козел», — отозвался внутренний голос, но Славик отмахнулся — это ей за то, что… За что?
Девушка растерялась.
— Но это же…бред!..
— И за это тоже, — жестко закончил он.
— Но ты мне понравился…
— А ты мне нет.
Он отошел. Элли обступили девчонки.
— Ну что, куколка, отшили твои приставания?.. — ядовито пропела Кристи, накручивая локон своих роскошных русых волос на палец. Упоение собственной красотой. Демонстрация силы.
Элли предпочла пропустить реплику мимо ушей.
— Эй, я с тобой разговариваю, Летучая Мышь! Или тупая? Английского не понимаешь? Сидни Кроуфорд, мать твою…
— Почему бы тебе не подкрасить губы? — более дружелюбно спросила кареглазая Фил. — На, возьми помаду, подкрасься, будет лучше.
Новенькая нерешительно протянула руку и взяла блестящий тюбик помады. Поднесла к губам и…замерла. А потом неловко попыталась подкрасить их.
— Эта идиотка не умеет даже губы красить! — фыркнула Кристи. — А гигиеническими тампонами ты пользоваться умеешь? Целка-невредимка, блин…
— Крис, не хами. Ты сама-то без зеркала губы можешь накрасить? — поморщилась Фил, на дух не выносившая грубости. — Сейчас, Элли, подожди, я достану…