Чтение онлайн

Его жена делает то же самое. Не только в том, что она берет мой член в рот, хотя я не жалуюсь на навыки Гвен. Вчера, например, после урока рисования, был урок для книг о минете. Но, как и Джек, она постоянно говорит мне, как это неправильно, как мы не можем, даже когда ее язык у меня во рту, а мои пальцы внутри нее.

Они моя любимая пара, эти двое. — Я надеюсь, вы прочитали. — Джек держит в одной руке тонкую книгу в мягкой обложке, пока пишет цитаты и номера страниц на доске. — Я бы предпочел, чтобы ваше участие в обсуждении в классе оставалось на сегодняшней теме. Нам нужно многое обсудить.

— Я, возможно, просмотрел это. — бросаю свою сумку на свое место и подхожу, чтобы полюбоваться массивным деревянным столом в передней части комнаты. Он заменил помятый металлический кусок в стиле семидесятых, который раньше стоял на своем месте. — Новый стол, да? Выглядит крепким.

— По-видимому, мои петиции все-таки дошли до администрации. — Он поворачивается и застенчиво проскальзывает мимо меня, чтобы вытащить из сумки свою тетрадь и стопки домашних заданий.

— Мы могли бы сломать его, — протягиваю я.

Джек поворачивается, чтобы опереться на угол стола с нетерпеливым взглядом.

— Займи свое место. Твои одноклассники будут ходить в любом…

— Насколько жарко было бы… — Я раздвигаю его ноги, чтобы встать между ними, и провожу руками по его бедрам. Рядом с дверью есть узкое окошко, которое в любой момент может послать картечь через всю его жизнь, если кто-нибудь, проходя мимо, потрудится посмотреть. — Если бы я отсасывал тебе прямо здесь, чтобы все видели, когда войдут.

— Лоусон. — Мое имя — это шепчущий стон. Он хватает меня за запястья, но не отталкивает. Вместо этого он скользит ладонями вверх по моим рукам, чтобы сжать мои бицепсы. — Не у всех из нас есть твое бесконечное стремление к саморазрушению.

— Где ваше воображение, профессор?

— Твердо уверенно в том, что ты все еще мой ученик. Так что присаживайся.

Я улыбаюсь ему и возвращаюсь к своему столу, чтобы сесть. Я держу ноги раздвинутыми, чтобы он мог видеть эрекцию, прижимающуюся к моей молнии.

Его горло сжимается, когда он сглатывает. О, он это видит.

Джек плюхается в свое кресло за столом, что говорит мне о том, что он страдает от аналогичного недуга.

Я облизываю губы.

— Насколько у тебя сейчас твердый?

Раздается долгий удар. Затем он пристально смотрит на меня.

— Как гребаный камень.

Смех щекочет мне горло.

— Хорошо. Положи на него свою руку. Только на секунду.

Мой взгляд отслеживает движение его руки вниз. Стол скрывает нижнюю часть его тела, но я не упускаю из виду, как он дрожит, когда делает то, о чем я прошу.

— Сожми, — говорю ему.

Его рука двигается, почти незаметно. Он издает тихий стон. Затем громче, когда он поднимает руку и смотрит на меня мрачным хмурым взглядом.

— Хватит, Лоусон. Это действительно не может продолжаться.

— Верно. Конечно нет. Ты счастливый женатый мужчина с прекрасной женой, которая, я уверен, обожает тебя. Поэтому, естественно, мое участие в этом уравнении было бы совершенно излишним.

— Если отбросить твой бестактный сарказм, в последнее время у меня появилось подозрение, что она может мне изменять, — говорит он с гримасой.

Он говорит это без малейшего намека на иронию. К сожалению, мы не можем дальше исследовать его опасения по поводу таинственного другого человека, когда в комнату громко врываются другие.

Я бы почти сочувствовал бедному красивому дураку, если бы его раны не были так трогательно нанесены самим себе. У этого мужчины дома ненасытное сексуальное создание, отчаянно пытающееся доставить ему удовольствие всеми возможными способами, которые он только мог себе представить, если бы только он оторвал голову от своей задницы. Не то чтобы я жаловался или что-то в этом роде. Если Гвен и Джек хотят испытать со мной свои плотские страсти, я буду рад услужить. По крайней мере, столько, сколько потребуется этим двоим, чтобы сравнить свои впечатления.

ЭрДжей входит в класс одним из последних, и я быстро встаю и бросаюсь на сиденье рядом с ним как раз в тот момент, когда он использует последнюю возможность сбежать. Последние несколько занятий он был быстрее и умудрялся избегать сидеть со мной. Сегодня я ниндзя.

— Что? — спрашивает он, уже в одном из своих типично дружелюбных настроений.

— Что ж, для меня большая честь получить устный ответ.

— И я уже сожалею об этом, — я усмехаюсь. — Просто из любопытства, как долго ты собираешься молча обращаться с Фенном, как с каким-то капризным ребенком?

— Отвали.

— Мистер Шоу. Страница девяносто два. — Затем Джек бросает взгляд на меня. — Я уверен, что мистер Кент тоже сможет найти эту страницу.

Мы оба послушно открываем свои книги, чтобы успокоить его, пока он читает лекцию о какой-то ерунде, которая может крутиться где-то в моей голове между бренди и викодином.

— Несмотря на вашу маленькую семейную размолвку, — шепчу я ЭрДжею, — Дюк все равно будет ждать тебя в эти выходные. Ты намерен довести бой до конца?

— Ага. — Он откидывается на спинку стула, делая вид, что читает. — И я планирую проиграть. Покинуть это место и никогда больше не увидеть никого из вас, придурков.

Если бы мои глаза могли выкатиться из орбит, они бы уже катились по проходу между нашими ногами. Похоже, ЭрДжей еще не вступил в период охлаждения после ссоры с Фенном. Я бы восхитился его стойкостью, если бы не было так утомительно наблюдать, как эта истерика продолжается еще неделю.

— Блестяще, — говорю я ему. — Поистине мастерская стратегия.

— Ешь дерьмо, Лоусон.

— Честно говоря, повзрослей. Ты не можешь принимать все близко к сердцу. Итак, однажды его член соскользнул и приземлился в твоей девушке. Ну что ж.