Чтение онлайн

— Он был бы не первым, кто проявил бы отрицание.

Он правильно подметил. Все справляются с лишением свободы по-разному. Некоторые цепляются за свою прежнюю жизнь, а другие учатся принимать все новое. ЭрДжей показался мне человеком, способным на последнее, но он был слишком спокоен по отношению ко всему этому. Несколько недель общения с Дюком и его командой, и ЭрДжей, возможно, запел бы другую песню. Сандовер способен сожрать парня заживо, если он быстро не адаптируется.

— Что еще ты о нем слышал? Фенн дал тебе наводку?

Сайлас вздрагивает от этого вопроса, как ни странно. — Почему тебя это волнует?

— Нет. Не совсем. — Моя бровь нахмурилась. — А что?

— Это просто странно, вот и все. Я не видел твоего имени в списке комитета по приему учеников. — Он снова пожимает плечами, но уже с безразличием. — Как я уже сказал, парень хитрый. Уклончивый. У меня плохое предчувствие.

Впадина на моем лбу углубляется. Его реакция особенно странна, потому что, как правило, Сайласу все нравятся. Ну, пока они не дадут ему веской причины не делать этого, но даже это требует определенных усилий. Он терпел Лоусона годами, а этот парень — ходячий подкаст о настоящих преступлениях.

Мы смотрим друг на друга с минуту, как будто внезапно не узнаем друг друга. Возникает странное противостояние, пока неловкость не становится настолько мучительной, что я открываю рот, просто чтобы прекратить это.

— Извини, что спросила. — Настала моя очередь пожать плечами. — В любом случае, мне действительно нет дела до нового сводного брата Фенна. Мне просто любопытно.

Сайлас расслабляется, и тема разговора возвращается к нашему лету, его времени на Винограднике. Только вот ЭрДжей остается на заднем плане, еще больше неизвестных теперь копошатся в моей голове, бьются о стены. Это чертовски раздражает, тот факт, что мы проговорили всего десять минут, и все же он влез мне в душу.

Этот парень уже доставляет больше проблем, чем оно того стоит.

ГЛАВА 8

САЙЛАС

Слоан говорит, что я один из ее лучших друзей, но иногда я задаюсь вопросом, понимает ли она, что это значит. Она из тех людей, с которыми трудно сблизиться. Ты думаешь, что знаешь их, что ты там, но потом они переставляют мебель, и ты понимаешь, что разговаривал только с отражением в зеркальном зале, оставаясь абсолютно недосягаемым.

Не то чтобы я хотел, чтобы она была в пределах моей досягаемости. По крайней мере, не в этом смысле, напоминаю я себе, пока иду по тропинке в сторону кампуса. Несмотря на то, что думает Лоусон, я не играю в долгую игру с намерением залезть в трусы Слоан. Конечно, я, возможно, рассматривал эту идею раз или два, когда мы учились в Академии Балларда. Но мы со Слоан туда не ходили. Она встретила Дюка, а потом я встретил Эми, и то влечение, которое я испытывал, угасло.

То есть, конечно, я все еще считаю ее сексуальной, но… неважно. Почему я вообще думаю об этом сейчас? Мы просто друзья.

Вернувшись в общежитие, я получаю сообщение и, еще не взглянув на экран, понимаю, что это Эми интересуется, почему я еще не написал ей. За лето у нас сложился график, рутина смс и телефонных звонков, чтобы смягчить напряжение расстояния. И это нормально. Я не возражаю. Вот только в последнее время у меня закончились слова. Я съеживаюсь, от того, что повторяю одни и те же павловские ответы, не в силах нарушить шаблон. Я как робот, сканирующий ее тексты на предмет ключевых слов и получающий запрограммированный ответ.

ЭМИ: Сегодня видела Сан. Она передавала привет.

Я: Привет.

ЭМИ: Она отрезала себе все волосы и проколола нос. Похоже, она сделала это сама с помощью хлебного ножа и вязальной спицы. Мне так жаль ее. В понедельник ее уничтожат.

Я: Это отстой.

ЭМИ: Да, она в режиме бунтарки. Мерфи послал ей фотографию члена, предназначенную для кого-то другого. Вокруг него все еще были следы от помады. Он пытался это скрыть, но…

Я смотрю на последнее сообщение и думаю, почему мы обсуждаем внешность и личную жизнь какой-то девчонки, которую я едва знаю. Я встречался с Сан всего один раз. Какое мне дело?

Окно с грохотом разлетается. Через секунду внутрь вваливается девушка в короткой юбке и майке. Она поднимается, хихикая, крошечные бутылочки с ликером выпадают из ее рук и стучат по деревянному полу, как мелодия звенящих клавиш пианино.

Она собирает бутылки, как будто ворует в магазине, затем отбрасывает назад свои темные волосы, поднимает глаза и видит, что я смотрю на нее. Я не знаю, чего я ожидаю, но она улыбается мне.

— Приветик.

Затем Лоусон влетает следующим.

— Видишь? Это было не так уж трудно.

— Твой друг симпатичный, — говорит она, все еще глядя на меня.

— Я продолжаю говорить ему это, — растягивает Лоусон. — Но с ним не весело.

— Мы могли бы устроить вечеринку. Девушка с витрины трясет передо мной горстью мини-бутылок водки. — Если друг захочет присоединиться.

— Друг этого не делает, — говорю я Лоусону с язвительным взглядом.

— Ты сказал, что уходишь.

— Это был короткий визит.

Он пожимает плечами с непримиримой улыбкой, потому что Лоусон никогда не сожалеет.

Им не требуется много времени, чтобы опустошить пару бутылок, а затем начать целоваться на кровати Лоусона через комнату от моей. Хриплые звуки и тихий скрип пружин кровати приветствуют мои уши.

ЭМИ: Ты все еще здесь, детка?

Я: Да, извини. Лоусон только что вошел.

Девушка с витрины, наверное, самая красивая в своей школе. Держу пари, она популярна и влюблена в жизнь. Она заведет друзей в хорошем государственном колледже и окончит его с перспективой достойной работы, которая приведет ее к комфортной, хотя и ничем не примечательной жизни в пригороде с мужем средних достижений. А иногда, когда она выпивает с девчонками, она видит, как красивый молодой человек вежливо улыбается ей за рюмкой текилы, и она вспоминает, как влезла в окно какого-то горячего богатого парня.

Лоусон не вспомнит ее лица к утру.

Девушка у окна бросает на меня взгляд через плечо, когда они открывают рты достаточно надолго, чтобы глотнуть воздуха. Половина ее рубашки задрана так, что виден низ лифчика. Ее рука тянется ко мне.

ЭМИ: Ты мог бы попросить другого соседа по комнате.

Я: Я знаю.

Иди сюда, — говорит она, наблюдая за мной из-под тяжелых век. — Тебе не обязательно просто смотреть.

— Нет, спасибо, — бормочу я.

А потом я хватаю свои туфли и ухожу.