Чтение онлайн

Казалось, прошла целая вечность, хотя на самом деле всего минута или две, когда на возвышение поднялась леди Твининг, аплодируя, чтобы привлечь к себе внимание.

— Уважаемые гости! — Разговоры стихли. — Уважаемые гости, дорогие друзья, не соблаговолите ли занять свои места, пожалуйста.

Те из присутствующих, кто должен был читать стихи, тут же выступили вперед, ведя за собой друзей, и стали рассаживаться в первом ряду или занимать крайние места других рядов. Прочие гости подходили с меньшей охотой.

За исключением одного человека, который стремительно прошел вперед и резко остановился прямо перед Генриеттой. Ричард.

— Поднимайся, курочка, — заявил он. — Идем со мной. Я отвезу тебя домой сию минуту.

— Что? Почему?

— Потому что мисс Уэверли только что сообщила мне, что всему городу известно, как ты выставляешь себя на посмешище из-за одного человека, — пояснил он, замолкая на мгновение и бросая гневный взгляд в сторону лорда Дебена. — Я обещал Губерту присмотреть за тобой. Я-то полагал, что люди, с которыми ты живешь, сами справятся с этой задачей, но, очевидно, их ослепил его титул. Или они просто не знают о его репутации. Зато я знаю, курочка. И я не стану это терпеть.

Леди Твининг неодобрительно хмурилась, глядя Ричарду в затылок.

— Ты не станешь этого терпеть? — Генриетта резко сложила веер.

— Вот именно, — ответил он, хватая ее за руку и рывком поднимая на ноги. — Мы уходим. Сию же секунду.

— Мистер Уивершоу, — громко произнесла леди Твининг, — прошу вас, займите место на сцене.

Под редкие аплодисменты тучный молодой человек вскарабкался на возвышение.

— Разумеется, — притворно медлительно протянул лорд Дебен, обращаясь к Ричарду, — мисс Гибсон должна сама принять такое решение.

— Вот именно, — подтвердила Генриетта.

— Мистер Уивершоу откроет нашу сегодняшнюю развлекательную программу, — объявила леди Твининг, посылая мрачный взгляд теперь уже не только Ричарду, но и Генриетте тоже, — прочтя свою новую поэму, которая называется «Сильвия в лунном свете».

Снова раздались вежливые аплодисменты, Генриетта тщетно пыталась высвободить руку из хватки Ричарда.

— Отпусти, Ричард, ты делаешь мне больно.

— А вот этого, — произнес лорд Дебен, медленно поднимаясь со стула, — я никак не могу допустить.

Тучный поэт положил листки на кафедру и громко прочистил горло.

Ричард отпустил запястье Генриетты и раздраженно обратился к Дебену:

— А вы кто такой, чтобы чего-то не допускать? Вы мне не указ, милорд.

— Любой джентльмен обязан вмешаться, если на его глазах плохо обходятся с леди.

— «Услышьте же!» — начал поэт, пронзая их компанию острым, точно кинжал, взглядом.

— Плохо обходятся? Какая чушь! — возразил Ричард. — Я здесь, чтобы спасти ее, точно так же поступил на моем месте любой из ее братьев, узнай он, какое дурное влияние на нее оказывают. Мы так давно знаем друг друга, что небольшая размолвка между нами в счет не идет.

Лорд Дебен презрительно вскинул бровь.

— Знай ее хоть с колыбели, это не означает, что вы можете позволять себе вольности.

— Уж кому, как не вам, известно все о вольностях, не гак ли?

— Ричард, говори тише, — прошипела Генриетта. — Все на нас смотрят.

Никто не обращал на тучного поэта ни малейшего внимания, разыгрывающаяся в первом ряду драма казалась куда более интересной.

— И вообще, тебе не следовало прислушиваться к сплетням.

— Особенно если они исходят от интриганки, которая, как я заметил, обильно залила ваши уши своим ядом, — добавил лорд Дебен.

Ричард несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь решить, продолжать ему развивать начатую линию разговора или отклониться и защитить честь мисс Уэверли.

Воодушевленный короткой передышкой в обмене колкостями, мистер Уивершоу начал снова.

— «Услышьте же! — воззвал он. — Услышьте полный боли плач лисицы…»

Но Ричард уже определил для себя первостепенную задачу.

— Я, разумеется, ни на секунду не поверил слухам о тебе, курочка. Знаю, ты не унизишь себя преследованием мужчины, — добавил он. Генриетта покраснела от стыда, ведь она именно так и поступила. — Зато верю, что он, — Ричард кивнул в сторону Дебена, — мог вскружить тебе голову неискренней лестью. Именно этим оружием всегда пользуются распутники. Вообще-то я не должен был говорить тебе подобных вещей, но ты же не станешь на меня за это сердиться. В том нет твоей вины. Просто ты вела очень замкнутую жизнь.

Генриетта вскипела от негодования, заслышав это предположение. Хуже того, Ричард продолжал разговаривать с ней так, будто ей до сих пор пять лет и она нуждается в няньке.

— Ты, значит, считаешь своим долгом спасти меня от него, не так ли?

— Несомненно, так оно и есть.

Краешком глаза Генриетта заметила, как Дебен скривился в усмешке. Что ж, по крайней мере он находит происходящее забавным. Похоже, развлекать его стало для нее делом всей жизни.

Чувствуя, как защипало в глазах, Генриетта обрушила весь свой гнев на Ричарда:

— А где же ты был все эти недели с тех пор, как я приехала в Лондон, раз считал, что моих куриных мозгов недостаточно для защиты от хитроумных уловок распутников и негодяев, наводняющих бальные залы?

— У мужчины есть… у мужчины… — Ричард бросил виноватый взгляд в сторону мисс Уэверли. — А вот это тебя совершенно не касается, — помпезно заявил он. — Значение имеет лишь то, что я знаю, как опасно позволять человеку вроде него флиртовать с тобой. Я догадываюсь, из-за чего он мог ввести тебя в заблуждение. Но теперь пришло время положить этому конец.

Генриетта вздернула подбородок и тут заметила, как лорд Дебен одобрительно ей усмехается. Пристально глядя на Ричарда, она вдруг почувствовала небывалую ненависть к нему.

— Вот уж нет! — воскликнула она. — Я буду флиртовать, с кем пожелаю, — добавила она. От этих слов улыбка на губах лорда Дебена стала еще шире. Генриетта поняла, что он торжествует. — Ты-то именно так и поступаешь.

Ричард уставился на нее, широко раскрыв рот.

Мистер Уивершоу немедленно воспользовался этой возможностью, чтобы продекларировать следующую строчку: