Чтение онлайн

— Наш принц Рафаэль уж очень переживает, — сказала она, подбирая хлебом остатки тушеного мяса. Не успев прожевать, она продолжала. — Он заслуживает быть счастливым, каким он был до смерти принцессы Джорджианы.

Анни приятно было услышать, что хотя бы кухарка считает Рафаэля хорошим человеком. Должно быть, не одна она видит его таким, какой он есть на самом деле, и не винит за грехи предков.

Анни покраснела, заметив, что, когда старшая кухарка заговорила о принце, все снова посмотрели на нее. Воцарилось неловкое молчание.

Слава Богу, Кэтлин положила этому конец.

— По-моему, нам с мисс Треваррен пора обратно к нашим больным, а то они не поймут, куда мы делись. — Она с простодушной улыбкой повернулась к двум королевским кухаркам — одна царила в дворцовой кухне в Моровии, а другая стала кухаркой в замке Сент-Джеймс еще тогда, когда отец Рафаэля был маленьким мальчиком. — Нам нужно побольше бульона и столько некрепкого чая, сколько вы сможете приготовить.

Прежде чем женщины успели отказаться, она добавила:

— Бог отблагодарит вас за вашу доброту.

Анни, ни слова не говоря, поставила пустую тарелку в раковину и с удовольствием наблюдала, как обе женщины дружно отправились зарабатывать Божью милость. Было ясно, что за бульоном и чаем, о которых просила Кэтлин, дело не станет.

Анни и Кэтлин пошли обратно в деревню, правда, на этот раз обходным путем, а не через зал. Целый день до самых сумерек они трудились в часовне и в домиках, где теперь лежали больные, и Анни устала вдвое сильнее, чем накануне.

Однако на этот раз она не могла позволить себе такую роскошь, как вымыться и упасть на кровать. После полудня прибыли гости, кузины и кузены Федры, которые, увязая в глубокой грязи, несколько дней путешествовали по опасным дорогам. Воспитание требовало от Анни появиться на официальном обеде, поэтому она быстро вымылась, надела изумрудно-зеленое платье и спустилась в столовую.

Рафаэль сидел на своем обычном месте во главе стола и, хотя выглядел озабоченным, вел себя как внимательный и радушный хозяин. Анни была как будто невидимкой, иначе она никак не могла объяснить его невнимание к ней, от которого она ужасно устала. Она дважды пыталась заговорить с ним, и от унижения ее спасли слуги, — принесшие суп, да еще Федра, стукнувшая ее локтем в бок.

Не выдержав больше, Анни извинилась, в первый раз почувствовав на себе взгляд Рафаэля, и вышла из столовой.

Она сидела в кресле возле маленького столика, и Кэтлин расчесывала ей волосы, когда раздался стук в дверь.

Анни встрепенулась. Еще до того, как Кэтлин пригласила посетителя войти, Анни знала, что это — принц.

Если Кэтлин и имела собственное мнение на этот визит, то она сохранила его при себе.

— Добрый вечер, ваше величество, — приветствовала она принца низким поклоном.

Однако, вместо того чтобы сразу уйти, она вопросительно посмотрела на Анни.

Рафаэль, как всегда, все заметил.

— Останься, пожалуйста, — сказал он девушке.

Анни не обернулась, но в стоявшем на столе зеркале увидела, что Рафаэль подходит к ней. Сердце у нее стучало, как барабан.

Наконец Рафаэль встал рядом и положил руку ей на плечо.

— Я очень благодарен вам за вашу помощь людям в деревне, — мягко проговорил он, — но боюсь, вы берете на себя слишком много. Анни, вы выглядели такой измученной сегодня вечером. Вы даже не могли сидеть прямо.

Анни очень хотелось положить руку на руку Рафаэля, но она удержалась. Слишком тесная физическая близость с этим человеком была опасна. Любое его прикосновение опаляло ей кожу и вызывало горячую волну, окатывающую ее всю с головы до ног.

— Не понимаю, как вы это увидели, когда даже ни разу не посмотрели в мою сторону.

Рафаэль засмеялся, и его пальцы легонько сжали ее плечо.

— Вы ошибаетесь, моя американская принцесса. Я почти не сводил с вас взгляда.

Анни повернулась к нему и, заглянув в его свинцовые, как тучи, глаза, увидела добрую насмешку, заботу, сострадание, огорчение, и если не любовь, то что-то очень на нее похожее.

— Я понимаю теперь, — смущенно продолжала она, — почему вы настаиваете на том, чтобы несмотря ни на что оставаться в Бавии. Я тоже, Рафаэль… я не могу бросить этих людей до тех пор, пока в состоянии хоть чем-нибудь им помочь.

Рафаэль отпустил плечо Анни и кончиками пальцев нежно погладил ей шею. Она видела, что он глубоко тронут. Прошло несколько секунд, прежде чем он снова заговорил.

— Я рад, что вы поняли, ведь я уже не надеялся, что кто-нибудь сможет понять. Но наше положение не одинаково. Я в долгу перед верными мне людьми, а вы здесь всего лишь гостья. Вы не обязаны ухаживать за больными.

— Да, это не входит в мои обязанности, — согласилась Анни, с трудом сохраняя спокойствие под прикосновениями Рафаэля. — Я знаю, что не могу спасти весь мир, но меня замучает совесть, если я ничего не сделаю, а еще помогаю потому, что саматак решила.

— Анни, опасность…

Она вздохнула.

— Ну, а что вы прикажете мне делать? — спросила она, не теряя терпения. — Сидеть в солярии и целый день играть на арфе? Рафаэль, я хочу делать что-нибудь полезное. Праздность не в моем характере.

Рафаэль сжал зубы… Анни сделала свой выбор, но она знала, как Рафаэль не любит уступать.

— По крайней мере, будьте осторожны, — попросил он ее, понизив голос. — Ты и так у меня на совести, но если с тобой что-нибудь случится, я себе этого никогда не прощу.

Анни взяла его за руку.

— Я хочу помочь тебе, Рафаэль, а не доставлять лишние хлопоты. Обещаю, что не буду рисковать без необходимости.

Рафаэль сжал ее пальцы и попытался улыбнуться.

— Полагаю, что должен этим удовлетвориться, — сказал он. Потом наклонился и нежно поцеловал Анни в макушку. — Мне лучше вернуться к гостям. Спокойной ночи, Анни.