Невидимки
Шрифт:
Приятно сознавать, что тебя не обставил напыщенный болван!
– Да, ты угадала, - признался я.
– Получается, Грета возвратилась на поле брани, вопреки боевым ранениям? Решительная особа, ничего не скажу. После эдакой обработки...
– Думаю, она в бешенстве, и жаждет отомстить. Решила, будто изуродована отныне и навеки, преисполнилась лютости, ринулась наперерез виновнику...
– Черт, ведь не я же искромсал ее!
– Твой напарник - невелика разница. Злоба кипит и просит выхода. Злобу надо сорвать на ком-то, милый...
"С Кариной следует держать ухо востро, - подумал я в несчетный раз.
– Просто неприлично девице обладать подобными мозгами".
– Будем надеяться, ты права. И будем надеяться, Карл Иохансон взбешен еще больше приятельницы. Они любители, Карина. Раздраконившийся до белого каления любитель склонен совершать поступки, противоречащие наипростейшему здравому смыслу. Если эти двое злятся - значит, сдали в архив даже те немногие извилины, которыми обладали прежде...
Карина поколебалась.
– Мэтт!
– А?
– Очень хороший автомобиль, "ауди"... Проходимость великолепная, а мы ведь не знаем, каковы дороги возле той деревни. После дождя и снега обычная машина - тем паче, наш малыш - и застрять может. Вдобавок, мотор чихает, сам дергаешься каждые полминуты... Понимаешь?
Я воззрился на Карину с неподдельным почтением.
– Все-таки тебя нужно завербовать, и попроворнее! Чрезвычайно здоровые бандитские наклонности, чистая находка для нашей службы... Но постой, ведь тебе, кажется, ведено работать на Олафа?
– Маленькая послушная барышня Сегерби, - ухмыльнулась Карина, - приказала долго жить. Смирения отныне уже не требуется. Нужная цель достигнута.
– И какая же?
– полюбопытствовал я. Карина отмолчалась.
– Выдвигай предложения по захвату неприятельской колымаги, - промолвил я.
Порядок действий мы разработали сообща. Первым шагом нашим было задержаться в Оулу и побродить по магазинам: во-первых, убедить противника, будто не подозреваем о "хвосте", во-вторых, купить кой-какое снаряжение, ибо шнырять по арктическим пустошам в относительно легкой одежде не годится.
Карине, помимо прочего, требовался и костюм для некоей не вполне понятной роли. А еще она купила коротенькую, прозрачную, отороченную кружевами ночную сорочку, надеясь, видимо, употребить ее нынче же ночью. Конечно, если удастся провести эту ночь совместно...
Все предшествовавшие встречи со скандинавской таможней были вполне и совершенно безопасны, однако на сей раз я тщательно растыкал огнестрельную контрабанду по наименее доступным уголкам красного фольксвагена. Пересекать границу подле Хапаранды, откуда рукой подать до секретных армейских объектов, следовало весьма осторожно. Это вам не в Турку с парома съезжать.
Приготовления пропали впустую. Межгосударственный рубеж мы преодолели, даже не покидая машины, даже - как и в Турку - не открывая багажника. Следующим пунктом нашей поездки значилась Порккала, где начиналась лесная дорога на Лизаниэми. Самое время было отнимать у Карла и Греты приспособленную для подобных героических странствий машину, подумал я.
Правда, в Лизаниэми наверняка подстерегает Беннетт, а я в этой деревушке ровным счетом ничего не забыл... Следовало, пожалуй, включать лисью хитрость и орудовать менее откровенно.
– Приготовься, Карина, сейчас начнет барахлить мотор, а я приду в неописуемую злость. Ишь, ублюдки стокгольмские, деньги драть умеют, а машиной хорошей обеспечить не могут!.. Ох, чуть не забыл. Возьми, покуда время остается.
Я пошарил под приборной доской и выволок на свет Божий револьвер, оснащенный глушителем. Трофей, захваченный в Осло у Маршалла Линднера. Казалось, века миновали...
– Заряжен. Большим пальцем опустишь эту штуковину, которая называется "предохранитель". Указательным пальцем придавишь эту штуковину - она именуется гашеткой. Курка подымать не надо, револьвер самовзводный. Однако, поскольку эту публику желательно заполучить живой и способной болтать, постарайся не дырявить черепов без последней, крайней нужды, О`кей?
– О`кей, - ухмыльнулась Карина.
– А теперь, пока мы еще не достигли города, "жучку" самое время крылышки сложить...
– Как?
– Автомобилю испортиться пора, - пояснил я. И повернул ключ зажигания. Двигатель тотчас умолк, фольксваген быстро начал терять скорость. Я крутанул ключ в обратную сторону, запустив мотор снова и послав через выхлопную трубу впечатляющее облако синего дыма. Опять выключил зажигание. Автомобиль, должно быть, честил меня своими чернейшими автомобильными проклятиями за эдакое издевательство над заслуженной и верно возившей экипаж техникой.
Раздался негодующий гудок: "ауди" едва не врезался в нас, умудрился вильнуть и пронесся мимо. Быть может, ребятки решили затормозить впереди, проверить: поверну я в Хапаранду или проследую дальше по магистральному шоссе.
Успев загнать VW на широкую дорожную обочину, я вывернул руль и, на всякий случай, потянул ручной тормоз. Потом начал вертеть ключом, сразу же заглушая негодовавший мотор. Оставалось уповать, что с изрядного расстояния Карл и Грета, наверняка остановившие "ауди" поодаль и пробравшиеся по кустарнику вспять, не заметят красноречивых содроганий корпуса, которые свидетельствовали: двигатель исправен и старается вовсю.
Выбравшись наружу, я остервенело захлопнул дверцу и драматически пнул ни в чем не повинное колесо. Карина вышла со своей, пассажирской стороны, успокаивающе заворковала:
– Разве можно так яриться на автомашину? Опомнись, дорогой! Неприятно, соглашаюсь, но ведь нам очень повезло. Застряли у самой городской черты, а не посреди финских лесов! Смотри: впереди развилка. До Хапаранды рукой подать.
Говорила она весьма убедительно: здравомыслящая подруга бешеного психопата. Я продолжал придерживаться избранного тона.