Чтение онлайн

– Спроси об этом у нее самой.

Алекса взглянула на него с немой яростью. Паоло увидел ее в таком неприглядном виде – с взлохмаченной головой, лежавшей голой под одеялом. Она натянула простыню до подбородка одной рукой, а другой потрепала Паоло по темной голове.

– Дорогой, не принесешь ли мне халат, который лежит на кресле?

– Позволь мне, – вмешался ласковый голос.

И Алекса с ужасом увидела, что Джованни выпустил ребенка из рук и, встав с кровати, – совершенно голый – неспешно направился к шелковому кимоно, будто для него было обычным делом расхаживать в таком виде.

Ее глаза вспыхнули. Надень на себя что-нибудь, черт возьми.

Он поймал ее взгляд и, улыбнувшись, взял зеленый халат, незаметно толкнув ногой разорванную рубашку, чтобы убрать ее с глаз подальше. Щеки Алексы вспыхнули. Он сорвал с нее эту рубашку – и она позволила ему сделать это!

– Паоло, почему бы тебе не отправиться чистить зубы, а мама через минуту к тебе придет? – едва сдерживая бешенство, спросила Алекса.

– Хорошо!

Она подождала, пока мальчик убежал из комнаты, и повернулась к Джованни. Ей хотелось с кулаками накинуться на него, но она не была до такой степени наивной.

– Как ты посмел?

– Что тебя возмутило? – растягивая слова, вымолвил он.

– Разгуливать без одежды! – сдавленно произнесла она.

– Ну и что? Разве он не видел никогда голых мужчин?

– Конечно, нет!

– Ах! – он спрятал удовлетворенную улыбку. – Неужели?

Джованни задал каверзный вопрос, и Алекса это поняла. Захотелось сказать ему, что Паоло видел тысячи обнаженных мужчин, расхаживавших по ее спальне.

– Конечно, не видел! – сердито повторила она. – Но ты не поверишь этому, конечно. Ты веришь только тому, во что хочешь верить, разве не так, Джованни? Ты видишь только черное и белое! Но ведь в мире еще есть другие тона!

А Джованни в это время думал, как замечательно она выглядит. И если бы им не предстояло идти на королевскую свадьбу и их не ждал сын, она бы уже извивалась под его телом. Проклиная себя за то, что проспал всю ночь, он вытянул вперед ладонь и мягко сказал:

– Мы можем поставить точку.

Алекса замерла, думая, что не расслышала.

– Я больше не буду упоминать твоих сексуальных партнеров.

Джованни был достаточно проницательным, чтобы понять: дальнейшие обвинения могут сыграть против него. И если он хочет осуществить свой план, то должен полностью поменять стратегию в отношении нее.

– Я сказал, что ставлю точку, – повторил он, тщательно выговаривая слова.

Мгновенно ее переполнило ощущение победы, но радоваться было поздно. Сейчас не имело значения, заблуждался он насчет нее или был с ней груб, теперь главное – их сын.

– А что, если бы Паоло вошел и увидел…

– Что двое взрослых людей занимаются тем, что является совершенно естественным?

– Ты мог бы уйти рано утром и лечь спать на диван.

– Ты думаешь, что это ужасное преступление, когда муж и жена спят в одной кровати?

– Думаю, да – в нашем случае!

– Я до сих пор не могу забыть, как твои золотистые волосы рассыпались по твоей груди, – сказал он хрипло.

Ей надо было превратиться в лед, чтобы не отреагировать на этот чувственный комплимент, но с Джованни это было невозможно. Она сделала глубокий вдох.

– Пожалуйста, надень что-нибудь на себя.

Джованни бросил на нее насмешливый взгляд.

– Я слышу такую просьбу первый раз.

Он прошел в ванную и вернулся в белом полотенце, обернутом вокруг узких бедер, но даже это не могло скрыть признаков его возрастающего желания. Он увидел, как она судорожно перевела взгляд с его паха на лицо.

– Джио! Наш сын…

Он дотронулся до жесткой щетины на своем подбородке, подумав, что ему следует побриться, и, стараясь не думать о том, что чувствует себя несколько необычно. Он считал себя знатоком секса, но сейчас оказался на неизведанной для него территории.

Он никогда не имел дела с женщинами, у которых были дети, – и не потому, что они были старше. Он не хотел связываться с ревнивыми мужьями или матушками, желающими выдать своих дочерей замуж. Во всех этих случаях он был упрямым и решительным – никогда не позволял давить на себя, не поддавался на провокации. И если его считали эгоистом, то это его не волновало – по крайней мере, он был честен. Удовольствие без всяких обязательств. И если женщине это не нравилось, тогда до свидания! – находилась другая, такая же красивая, желающая получить от Джованни да Верраззано то, что он предлагал.

Но у них с Алексой был сын, и это в корне меняло ситуацию. Он опасался открыто проявлять свои чувства – ту часть себя, которую она могла бы использовать против него в борьбе за их ребенка.

На его жестком смуглом лице отразились противоречивые мысли.

– Мы представим нашего сына шейху, а затем пойдем на свадьбу к Хавьеру и Лауре, – он холодно улыбнулся. – Ничего не изменилось, дорогая, все идет по плану.

Алекса уставилась на него.

– Ничего? Ты хочешь сказать, что прошедшая ночь никак не повлияла на нас?

Он высокомерно поднял брови.

– Мы можем повторить прошедшую ночь в любое время – скажи только слово, и мы снова насладимся друг другом.

– Ты надменный…

– Но это правда, – язвительно заявил он. – Ты знаешь это, и я знаю тоже.

– …ублюдок! – прошипела она.

– Потише, Алекса, я не хочу, чтобы Паоло научился плохим словам.

Алекса никогда не чувствовала себя столь уязвленной, но именно этого он и добивался. Не сказав ничего в ответ, чтобы не обнаружить своих чувств, она повернулась и пошла к Паоло – попытаться убедить его надеть костюм, который она для него приготовила.

Мальчик вполне мирно дал себя одеть, а после, снабженный фруктами и сладостями, устроился на веранде, уже нагретой солнцем. И тогда Алекса достала свой собственный наряд.

Длинные зеленые серьги и браслеты на запястьях явились прекрасным дополнением к платью, и Алекса, взглянув на себя в зеркало, удовлетворенно вздохнула: никто не смог бы сказать, что она – продавщица, считающая каждое пенни.

Но тут же легкая тень омрачила ее лицо. Что она скажет шейху, отцу Джованни?

– Лекс? – послышался голос позади нее. – Ты нервничаешь?