Чтение онлайн

— Боишься короля? — Его Величество лихо закрутил ус — Правильно делаешь!

— Да я думал — это землетрясение, — Заяц наклонился к пробегавшему в овражке грязному ручейку и долго жадно лакал воду.

Король, который, тоже, за день не мало побегал, припал к ручью, рядом с Зайцем, и макнув бороду в воду, пил из ручья.

— Фу, — поморщился Заяц и поглядел на монарха — чем от тебя так воняет?

— Это потому, что находятся негодяи, которые справляют нужду, прямо, в лесу, — Король выжал намокшую бороду — а золотые унитазы, спрашивается для чего существуют?

— А — а — а… — протянул Заяц, припоминая — точно, это меня утром прослабило.

— А чего ты здесь окалачивался? — спросил Король.

— Так у меня сестра, Зайчиха, здесь участок прикупила и домик на нём отбабехала. Когда ты разорился, столько желающих на бывшие королевские земли оказалось, хоть отбавляй.

— А, ещё, говорили, что я плохо правил! — подметил Его Величество.

— Клевещут! — согласился Заяц — В твоё правление всё лазурное побережье в Каннах и Ницце было выкуплено подданными Королевства Многоземельного, и, уж, только те, которым не хватило пляжей Франции и Испании, они вынуждены покупать наделы на исторической родине, вернее они давно всё раскупили, но тут, по счастью, королевские именья пошли с молотка. А у сеструхи моей пенсия немалая, она пятьдесят лет на должности хорошей стояла, палец о палец не била, вот и заработала солидный пансион, да с тех пор как её с местечка тёплого попросили, сама бы ни в жизнь не ушла. Она пенсию подкапливала, так что к моменту грандиозного земельного дерибана, то бишь приватизации королевских земель, смогла приобрести себе небольшой надел и, нынче, на нём, полноправная хозяйка. Меня, обездоленного, к себе приняла, взамен, я ей по хозяйству помогаю. Когда домик строили, я строителям ни секунды покоя не давал, рулеткой мерял, отвесы выставлял, хотя, ни хрена в этом не понимаю. В итоге, когда, они дом достроили, я заявил, что работа — не годится, и мы, с сестрой, их выгнали, ни гроша не заплатив жадным ленивым плебеям!

— Ай, молодцы! — в восторге Король хлопнул себя по ляжкам.

— А сегодня сестра дала мне денег и отправила харчей закупить, — Заяц, вдруг, поник — да строго — настрого приказала деньги на водку и девок не тратить. Можно подумать это возможно! Раньше — то, когда я должность занимал, у меня это всё за даром было, а, теперь, за всё деньги требуют, за «так» никто ничего не даёт. Короче прогулял я все деньги, как, теперь, к сестре возвращаться? — Заяц огорчённо потёр носик — Я хотел, было, пару дней в лесу отсидеться, что бы она поостыла, да голод к ночи так придавил, сил нет, стал я бродить в потёмках, вынюхивал, может чего найдётся пожевать, и, о удача, наткнулся на хорошую тушу неведомого зверя, думал он дохлый, стал кусать, тут ты и проснулся. Вот же не свезло!

— Да я и сам по лесу с теми же целями бродил, — поделился в свою очередь Король — ничего не нашёл, — он вздохнул — есть, правда, у меня с собой кое — что, но я понятия не имею, как это готовить.

— Что там у тебя? — спросил Заяц.

— А вот, — Король набрал из кармана крупы и показал Зайцу.

— Да это же греча! — воскликнул Заяц.

— Ты можешь её приготовить? — спросил Его Величество, быстро спрятав крупу в карман.

— В принципе могу, — задумался Заяц — а много её у тебя? — косой, без спроса ощупал королевские карманы — Ого!

— Так что? Приготовишь? — снова спросил Король.

— Приготовлю, — кивнул Заяц — только для этого нужны спички и посуда. Так что идём к сестре, у неё всё есть. За гречу она меня простит!

— Ладно, веди, — Король передал косому фонарик.

Долго ли коротко ли, но пришли Заяц и Король к лесному дому Зайчихи.

Дом был одноэтажный, невысокий, целиком сложенный из вырубленных здесь же деревьев. Дом неприветливо таращился во все стороны тёмными окнами в бежевого цвета рамах с облупившейся краской. Крыша покрыта старой черепицей, засыпанной жёлтыми прошлогодними сосновыми иголками и старыми шишками. На широкой веранде, освещённой бледно — жёлтым светом керосиновой лампы подвешенной над дверью, в скрипучем кресле — качалке сидела сурового вида старая Зайчиха с седыми редкими волосами на макушке, завязанными в гулю, и в больших очках с толстыми стёклами, а лапах у неё лежало старое помповое охотничье ружьё «Ремингтон» и она нервно барабанила пальцами по ореховому прикладу.

Король, заметив, что Зайчиха вооружена, остановился, не рискуя подходить ближе, но Заяц бодро поманил его за собой, и Король, неспеша, пошёл к дому, прячась за спиной косого.

— Сестрица, дорогая, как я истосковался! — завопил Заяц едва подойдя к ступенькам на веранду, но, пока, не решаясь подниматься.

— Что, скотина старая, опять деньги прогулял? — сквозь зубы процедила Зайчиха.

— Кто? Я!? — изумился Заяц — Да с чего ты взяла? — затем он поскрёб лапой затылок — Ну, то есть, да, прогулял немного… то есть — всё…

Глаза Зайчихи сверкнули, она схватилась за ружьё.

— Но всё делал, как ты сказала! — Заяц вытянул вперёд лапки, успокаивая сестру — Ты же запретила на водку и девок тратить, так что я на них и не тратил, ни копейки, честное слово!

— А где ты весь день пропадал? — маленькие злобные глазки Зайчихи впились в брата — Почему от тебя перегаром разит?

— Нигде я не пропадал, — оправдывался Заяц — просто знакомого встретил, он меня и угостил стаканчиком пива, всего — то…

— Уж не это ли твой знакомый? — Зайчиха покосилась на Короля — Мало того, что ты сам бухаешь, так ты, ещё, и собутыльников в дом тащишь? Кто этот нищий оборванец и почему у него такое выражение рожи, как будто ему здесь все должны?

— Это не собутылник, — опроверг догадку сестры Заяц — и не оборванец.

— Да неужели? — саркастически усмехнулась Зайчиха.

— Да — да, не смейся, — заверял Заяц — у нас сегодня такой высокий гость, это… — он запнулся не зная, что сказать.

— Великий и грандиозный, могучий и потрясающий, хитроумный и многомиллионный Его Величество Король Многоземельный! — прогремел раскатистым басом Король и, поглядев из — под мохнатых бровей на Зайчиху, приказал — Кланяйся!

— Иди ж ты! — прищёлкнула языком Зайчиха, слезла с кресла и, перекинув ружьё через плечо, зашла в дом.

Заяц и король растерянно переглянулись.

Зайчиха вернулась, всё так же неся ружьё на плече, в лапках она держала какую — то бумажку. Это оказался казначейский билет номиналом в один многоземельный доллар. Зайчиха растянула купюру в лапках, и поглядела на профиль изображённый на банкноте, затем поглядела на Короля, сравнивая.

— Да, действительно, он, — хмыкнула Зайчиха и, свернув купюру трубочкой, спрятала за ухо — так и что же? Король вознаградит нас, хоть, одним сундуком с золотом, коих у него было неисчеслимое множество? Один — то он смог утаить при конфискации? Может, даже, и не один?

— Нет у меня ничего! — Королю не понравилось корыстолюбие старой Зайчихи — Разве явился бы я в такую дыру будь у меня золото — бриллианты? Так что, считай — повезло тебе, что нету у меня средствов, и я снизошёл до того, что бы осчастливить своим визитом твою жалкую лачугу.

Зайчиха прокашлялась и, внезапно, ухватила братца за ухо, да так, что тот, аж, запищал.

— Так на кой ты привёл мне этого оборванца? Какой с него прок? — зашипела Зайчиха брату в ухо — Как это оправдывает твой загул и просирание моих денег?!