Чтение онлайн

Зайчиха старалась казаться совершенно спокойной, но по вытянувшися, дрожащим ушам, было видно насколько она напряжена и улавливает каждый звук и, только, выйдя за ворота Зайчиха облегчённо выдохнула, убрала с носа бесполезный лорнет и поскакала по своим заячьим делам.

Заяц же посмел вылезти из будки, только, когда услышал, что мать и девушка принялись будить Короля.

Его Величество, спросони, брыкался и лягался, будто бы его будили на работу. Он невнятно ругался и, пока, его вынимали из гамака, отпустил старухе — матери пару пощёчин. С трудом двум женщинам, удалость, поднять монарха и довести да ванны, но, едва, завидев воду, такой капризный по утрам, Король заупрямился, стал кричать, что не полезет в воду, что шампунь шиплет ему глазки. Уговорить его удалось, только, сунув ему в рот свежевыпеченный пирожок с мясом и, пока, он жевал, его тёрли щётками и скребли скребками, бороду вымыли с особым маслом — для улучшения роста волос, а пучки волос торчавшие из ушей, как ноги трубочиста из трубы, обрезали маникюрными ножничками. Как следует помыв, Его Величество обтёрли махровыми полотенцами, а лицо натёрли огуречным лосьоном.

Окончив водные процедуры, Короля усадили за стол. Сегодня стол был накрыт обильней вчерашнего — запечённая утка с рисом, балык свиной, сырный суп с креветками, пирожки с мясом и с повидлом (всё в одном), ананасы, клубника, персики и, что особо обрадовало Короля — это стерлядь.

— Вот это я люблю больше всего! — обрадовался он и подняв рыбину за хвост, озорно спросил — А знаете почему?

Девушка и её мать, мило улыбаясь, дружно покачали головами, мол, не знаем сирые, не ведаем.

— А вот почему! — и Король швырнул рыбой в голову матери, от чего сам же пришёл в неописуемый восторг.

Женщины залились неудержимым хохотом.

— Ай, да Ваше Превеликое! Ай да шутник! Ай да остроумец! — наперебой нахваливали они Короля — Обычно такие штуки, только, крепко пьющие откалывают, а наш Король и на трезвую может! Что за диво! И пить не нужно! Пьяный — то проспится, а Король — никогда!

Его Величество, действительно за столом алкоголя не употреблял, так как от предложенного самогона он отказался, а взять хорошего вина было негде.

Кушал Его Величество плотно и долго — практически весь день, прерываясь на походы в нужник, куда его сопровождала девушка, безотлучно находившаяся с ним.

За чаем, часов около пяти вечера, Король пожелал развлечений, но так как слушанье пластинок на граммофоне, он считал уделом бедняков и признавал, исключительно живое выступление, то девушка взялась петь для утехи Его Величества, голос у неё оказался хорошо поставленный, чувствовалась школа. Исполняла она песни Ваенги.

— Скучно получается, — остановил исполнительницу Король — что это за выступление и без подтанцовки, всегда вокруг певца должен скакать какой — нибудь кардибалет, зритель любит, что бы мелькало, что бы на сцене было суетно и непонятно.

Сперва танцевать хотела подрядиться сама мать, но Король вспомнил, что этим талантом в должной мере обладает Заец, и, по пожеланию монарха, косой был допущен на веранду, где, за хорошее хореографическое выступление ему посулили бублик и рюмку самогону.

И концерт начался! Девушка высоко тянула:

Заяц изворачивался, как только мог: и давал в присядку, и с канатиками, крутился вокруг ножки стола, выкручивал лапками какие — то безумные па, тряс хвостиком, хлопал ушами, короче радовал публику, как мог и отрабатывал свой гонорар на совесть.

Старуха — мать прихлопывала в ладоши и притопывала ногами, не забывая подливать Королю в блюдце кипятку из самовара.

От представления у Короля разыгрывался волчий аппетит, и он кушал с удвоенной жадностью, сейчас всё напоминало ему дни благоденствия, когда он вот так же сиживал в большой трапезной королевского дворца, а шуты — холопы развлекали его.

Король оторвал кусок от пухлого пирога начинённого голубями и швырнул на пол. Куски раскатились по всей веранде и Заяц, извиваясь змейкой ползал по полу, собирая крошки и жадно засовывая в рот, подобно лохматому пылесосу. Собрав всё, Заяц вскочил и, забив лапками по полу, врезал настоящую ирландскую джигу! Джига под песни Ваенги — это было что — то! Тонкий элитарный вкус.

Ещё не раз Его Величество одаривало косого объедками со своего стола, и Заяц, преисполненный благодарности от королевских щедрот, уже изготовился сплясать танго в одиночестве, но его, совершенно неожиданно, оборвал раскат грома и, с резким порывом ветра, ударил ливень, ледяной, он сплошной стеной обрушился на землю.

Ветер задувал холодные капли на веранду, они, со звоном падали в опустошённые чашки и тарелки, бья в них, как в литавры.

Мать и дочь, тут же подняли Его Величество под руки и завели в дом, укрыв от непогоды.

Заяц остался стоять один одинёшинек, никто и не вспомнил про обещанную рюмку водки.

— Разве ж можно так с честным труженником поступать? — у Зайца, от несправедливости, навернулись слёзы на глаза — Если подрядили на работу — заплатите, нельзя лишать честно заработанного…

Но, естественно никто обделённому косому не ответил, ибо было некому.

Тут Заяц поднял глаза на стол, все так спешно ушли, что стол остался неприбранным.

Заяц обрадовался, с разбегу запрыгнул в кресло — качалку, всё ещё тёплую от королевского седалища, раскинул лапы пощире, что бы загрести побольше, но, увы, Король успел съесть, абсолютно всё, в тарелках Зайца ждала, только, мутная дождевая вода, даже в самоваре не осталась ни капли кипятка. Заяц психанул и рванув за скатерть, сбросил со стола все приборы.

Сквозь шум дождя, Заяц расслышал, как хлопнули ворота, и мимо веранды пробежала, вся насквозь мокрая, Заяйчиха.

— Ты где таскалась, старая? — крикнул сестре вслед Заяц, но она либо не расслышала вопроса, либо не посчитала нужным отвечать брату, да и где тут останавливаться при таком потопе, и Зайчиха побежала в будку — Тьфу на тебя, дура старая! — прокричал ей вдогонку Заяц, храбрый от уверенности, что в такой дождь и на таком расстоянии она, точно, ничего не расслышит.

Затем он нервным шагом побродил взад — вперёд по веранде, когда заметил возле королевской ванны, какой — то пузырёк. Заяц схватил его и, щурясь в сумеречном свете, с трудом различил надпись на этикетке.

— Огуречный лосьон! — обрадованно воскликнул косой — Почти полный!

Он скрутил крышечку и блажённо вдохнул аромат исходивший из пузырька.

— А — а — а… — промычал Заяц и глаза его закатились, а хвостик задрожал.

Он, поскорее, подобрал с полу скатерть, выбрал чистый, не заляпанный остатками королевского пиршенства, край и приложив его к губам, влил через него лосьон себе прямо в слюнявый рот.

— Ух! — выдохнул косой и занюхнул скатертью.

Тут же у него на сердце отлегло, в теле появилась приятная лёгкость, а в сметенном разуме покой. Ему в голову пришло простое и одновременно гениальное решение — вместо того, что бы идти под тким ливнем к будке, в которую, к тому же, гарантированно, сестра его не впустит, можно остаться, здесь, на веранде, и хорошо выспаться в королевском гамаке. Так косой и поступил. Залез в гамак, зарылся с головой под одеяло, и под убаюкивающий шум дождя, быстро уснул, разморенный огуречным лосьоном.