Чтение онлайн

— И где, сейчас, только не живут люди! — отреагировал на увиденное Заяц.

— По — моему, лучше ночью в незнакомый, одиноко стоящий, дом не соваться, — предупредила Зайчиха.

— Ну я же к тебе зашёл, не побоялся, — припомнил Король — а, уж, здесь мне опасаться и подавно нечего. Сколько лет прошло, а я всё же узнаю свою alma mater.

— Кого? — не понял Заяц.

— Узрите, презренные, мою великую историческую родину, — торжественно заговорил Король — отсель я начал свой путь, вот она — моя materna! — он указал на убогий домишко у подножия холма.

— Что — эта холупа? — не поверила Зайчиха.

— Это тебе не холупа, — обиделся Король — это вольное Королевство Малоземельное, титул принца которого я имею честь носить!

— То есть, на ночлег мы можем рассчитывать? — предположила Зайчиха.

— Да что там ночлег, нас ждёт королевский приём! — заверил Его Величество — Мой папашка закатит по такому поводу пир горой! Объедимся и обопьёмся, на перинах выспимся, — Король стал уверенно спускаться в ложбину.

— Так уж и на перинах, — с сомнением покачала головой Зайчиха, глядя на ветхую постройку, но все уже увлечённо следовали за монархом.

Спуск, хотя и бы, довольно короток, но зато был каменист, да и ещё повсюду были накопанны неглубокие ямки, в которые, то и дело, проваливались путники, зайцы — те целиком, а Его Величество, по самое колено, причём в одной из ямок в которую угодил августкйший, дно было вымощенно битым стеклом, и только непробиваемая подошва пынехода спасла королевские пяточки.

— Узнаю милые папины шутки, — проворчал Король, вытягивая ногу из ямы — помню, когда был маленький, постоянно ходил с ним по ночам волчьи ямы рыть.

— Зачем? — поинтересовалась Зайчиха — Вы, что, на осадном положении находились?

— Да это здесь не при чём, — Его Величество вытер подошву пынеступа о траву, счищая с неё прилипшие кусочки стекла — Это же, вообще, была для нас заграница, и мы, что бы не быть пойманными, сваливали в эти ямки отходы, так как о своём королевстве заботились и не хотели его загаживать. Накопаем несколько ямок — они заполнятся, мы новые выроем — так и жили, с заботой о экологии родного края, так что будьте повнимательней, здесь, как на минном поле.

Раздалось сочное чавканье — это Заяц попал в одно из отходохранилищ.

— Я так понимаю, — тихо сказал он — биологические отходы жизнедеятельности своих организмов вы, тоже, сюда сбрасывали.

— Так а куда же ещё? — подтвердил Король — У нас в королевстве центральной канализации не было.

— Нет её там и сейчас, — пророчески произнёс Заяц, выбираясь из тягучей жижи нечистот.

— Да не подходи ты так близко! — оттолкнула брата Зайчиха — Оботрись, хоть, травой. От тебя, аж, глаза слезятся.

Но как не были аккуратны Король со свитой, всё же, в потёмках, они ещё не раз, попадали в плотно рассаженные ямы.

Хуже всего приходилось Лещу, проваливаясь он, уже, не мог сам выбраться и, только, слабо стонал, пока зайцы, по указке монарха, не вытягивали его.

До границ Королевства Малоземельного наши герои добрались с выбитыми ногами, грязными и дурнопахнущими.

То что сверху, видя одну покрытую мхом покатую крышу зайцы приняли за дом, оказалось маленькой землянкой, с парой узких окошек под самой крышей, свет из которых и привлёк путников. Землянка была обнесена плетнём, таким низким, что Заяц мог через него легко перешагнуть. Вход во дворик перегораживал шлагбаум — тонкое, покрашенное в красный цвет брёвнышко, лежавшее на двух, вкопанных в землю рогачиках.

— Господа, — промолвил Король, но, взглянув на Зайчиху добавил — и дамы, приглашаю вас, вместе со мной, посетить Королевство Малоземельное — великую державу, подарившую миру — меня!

Но, только, Король поднял шлагбаум, как на конце его, зазвенел колокольчик, еле видимый в темноте. В ту же секунду, со стуком, откинулась дверь землянки и, обрисовавшийся в жёлтом проёме чёрный силуэт прокричал:

— Это вероломное пересечение границы! Стой, сволота, стрелять буду!

Король так и застыл, не выпуская шлагбаум из рук, замерли и его сотоварищи. Только Зайчиха тихо спросила у августейшего:

— А как давно ты покинул отчий кров?

— Да лет в семнадцать, — припомнил Король.

— Молчать! Я не дозволял переговариваться! — брюзжал силуэт, но, тоже, не двигался с места.

— Папа, что же вы дитятю своего родного не признаёте? — решилась выкрикнуть Зайчиха.

— Нет у меня никаких дитятей! — тут же отверг родство силуэт.

— Папа, это же я — твой сын, Принц Малоземельный! — нерешительно отозвался Король.

В ответ силуэт, обругал Короля отборным матом.

Король в долгу не остался и выписал сдачу в три этажа. От услышанного силуэт, аж поперхнулся, засипел набирая в лёгкие воздуха и обложил Многоземельного Короля по самые уши. Тогда, Его Величество, наконец отшвырнул бревно шлагбаума, и раззявив рот пошире, укрыл своего визави, не то что с головой, а ещё, и сверху пару слоёв закатал.

Силуэт затих, было видно, что его здорово пробрало, аж шатает.

Потом он, медленно, выкарабкался из землянки и зашкандыбал навстречу незванным гостям. Когда он вышел на лунный свет, то оказался смуглым кучерявым крепышом, со злыми, сверкающими глазками, точно, как у Короля. Одет он был в домотканную рубаху из грубого серого льна, да такие же домотканные штаны, обшитые старым мехом, с парой заплат, в левом ухе блестела крупная золотая серьга.

— Насилу тебя признал, — сказал он, остановившись перед Его Величеством — признаться, не ждал, уже, тебя здесь увидеть. Да и не хотел.

— Я и сам не рад, — ответил отцу Король — но что поделаешь, в трудное время до чего, только, не докатишься.

— Трудное? — переспросил Король Малоземельный и в его рту блеснула золотая фикса.

— Да так, маленькие неприятности, — равнодушно сказал Король Многоземельный — низложили меня, но это временно.

— Нет ничего более постоянного, чем временное, — заметил ему папка — а это, что за бродячая свора с тобой?

— Это моя свита, — Король Многоземельный указал на зайцев и рыбу — я же всё — таки король, мне без двора не положено.