Чтение онлайн

– Конечно, – ответил он. Это было единственным, что он мог для нее сделать – скрыться с ее глаз.

Лорен продолжала медленно раскачивать качели, отталкиваясь от земли одной ногой. Она вся ушла в себя. Она твердо верила, что, оставаясь спокойной и разумной, она сможет побороть в себе ненависть к дочери сержанта, которая разрушила все ее надежды и мечты, всю ее жизнь, и ненависть к мужчине, которого она любила всю свою жизнь.

Какой смысл говорить ему, что она всегда любила его гораздо сильнее и глубже, чем он ее.

По дороге к дому Невиль внезапно вспомнил, какой Лорен была накануне вечером: светящейся, излучающей счастье, спрашивающей его, разве есть на земле человек, заслуживающий такого счастья?

– Это ты, – отвечал он ей.

Но жизнь распорядилась по-своему. Она не всегда дает то, что человек заслуживает.

Что он сделал, чтобы заслужить возвращение Лили? Подумав о ней, Невиль ускорил шаг.

Хорошая еда и чай утолили голод Лили; горячая ванна с душистым мылом, мягкое пушистое полотенце разогрели ее тело. Она спала долго и глубоко, а проснувшись, почувствовала себя отдохнувшей; однако она ощущала и растерянность. Некоторое время понадобилось ей, чтобы вспомнить, где она и как сюда попала.

Затем Лили восстановила в памяти все события последнего времени. Она достигла конечной точки своего путешествия, которое началось давно, с того самого момента, когда Мануэль пришел к ней и сказал, что она может уехать. Так и сказал – после семи месяцев плена и рабства. Тогда она находилась где-то в Испании. Она привыкла сидеть, глядя на запад, где располагалась Португалия, и мысленно искала его – Невиля, майора лорда Ньюбери, своего мужа. Она тогда даже не знала, жив ли он. Он мог погибнуть в той засаде, где ее ранили, а потом взяли в плен. И все же она уже тогда мысленно начала это путешествие. Ничего другого ей не оставалось. Ее отец погиб.

«И вот я здесь», – думала Лили, откидывая одеяло и ступая ногами на мягкий розовый с зеленым ковер. Ей пришлось придерживать подол ночной рубашки, чтобы не запутаться в нем. Рубашка была по крайней мере на шесть дюймов длиннее, чем требовалось, или она сама на шесть дюймов короче – скорее последнее. Ее приезд совпал с весьма знаменательным событием, хотя и печальным для нее. Однако ее не выгнали, что вполне могло случиться, а пригрели и накормили.

Конечно, раньше Невиль так бы и сделал. Но он и сейчас по-доброму отнесся к ней, несмотря на то что она разрушила все его планы на будущее.

Конечно, он одолжит ей денег на обратную дорогу в Лондон. Возможно, миссис Харрис окажется столь любезна, что поможет ей найти работу, хотя она сама пока еще не знает, к какой работе пригодна.

Лили осторожно повернула ручку туалетной комнаты, но на этот раз ей не повезло: в комнате кто-то был.

– Простите, – сказала она, быстро закрывая дверь.

Но дверь сразу же открылась, и показалось личико хорошенькой девушки одного возраста с Лили. На девушке был накрахмаленный чепец, какие носили все слуги в этом доме.

– Прошу прощения, миледи, – сказала девушка. – Я принесла вашу одежду, и миссис Айлшам приказала мне помочь вам одеться и причесать волосы. Она сказала, что его светлость придет за вами через полчаса, чтобы повести вас на чай.

Лили улыбнулась и протянула девушке руку:

– Так вы горничная. Рада с вами познакомиться. А я Лили.

Горничная с подозрением посмотрела на протянутую руку. Она не пожала ее, а присела в легком реверансе.

– Рада познакомиться с вами, миледи, – сказала она. – Я Долли. Мои родители назвали меня Дороти, но все привыкли называть меня просто Долли. Миссис Айлшам сказала, что пока не прибудет ваша прислуга, я буду вашей личной служанкой.

– Миссис Айлшам?

Лили вошла в туалетную комнату и огляделась. Она заметила, что ванну передвинули.

– Это наша домоправительница, миледи, – объяснила Долли.

И тут Лили увидела свою сумку, лежащую на стуле перед трюмо. Она бросилась к ней и, волнуясь, сунула в нее руку. На дне сумки ее рука нащупала медальон. Она крепко зажала его в руке. У Лили было такое чувство, что, потеряв медальон, она потеряет и частицу себя. Однако другие ее вещи отсутствовали. Она оглядела комнату.

– Я взяла на себя смелость вынуть из сумки ваши платья. Я отгладила их. Они были в плачевном состоянии.

Платья были перекинуты через спинку стула: простое хлопковое и хорошенькое платье из бледно-зеленого муслина, которое она купила по настоянию миссис Харрис в Лиссабоне.

– Вы погладили их? – сказала Лили, с улыбкой глядя на Долли. – Вы очень добры ко мне. Я бы могла погладить их и сама. Но я рада, что вы сделали это для меня. Кстати, покажите мне дорогу на кухню. – Лили рассмеялась.

За ней рассмеялась и Долли, хотя и с некоторой степенью неуверенности.

– Вы смешная, миледи, – сказала она. – Представляете, как все будут смотреть на вас, когда вы войдете в кухню с платьем наперевес и попросите утюг.

– Особенно в такой рубашке, как на мне. – Лили подняла рубашку и обнажила щиколотки. – Я бы в ней непременно запуталась.

Они долго смеялись, как две маленькие девочки.

– Я помогу вам одеться, миледи, – предложила Долли.

– Поможете одеться? С какой стати?

Долли промолчала и указала на пару потертых туфель, которые у Лили были единственными. Туфли для нее купила миссис Харрис, сказав при этом, что их оплачивает армия. По словам миссис Харрис, армия осталась ей должна кое-какие деньги, армия купила ей и эту сумку, а также оплатила билет на пароход до самой Англии.

– Я их почистила, миледи, – сказала Долли, – но если бы вы пожелали спросить меня, то я посоветовала бы вам купить себе новые туфли.

– Полагаю, что мне и спрашивать не надо, – ответила Лили, быстро одеваясь. Она чувствовала, как ее распирает любопытство. – Однажды я захочу шагнуть дальше, а они решат остаться на месте – вот тут-то им и придет конец.