Чтение онлайн

Несколько позже, сидя на платформе напротив главного входа в Ядовитые Кухни, Дилл и Рэйчел следили за оседающей в пропасть сажей. В пустоте раздавалась глухие ритмичные удары. Свесив ноги через перила балюстрады, Рэйчел отковыривала ржавчину с металлических прутьев ограждения и отпускала в бездонную пустоту. Вдруг она задала вопрос:

– Как ты думаешь, что там внизу?

Дилл озадаченно взглянул на девушку.

– Ульсис, конечно. Город Дип.

– Ты действительно в это веришь? Всему, что они говорят? Город мертвых, Зиккурат? Сад костей? Армия, ожидающая возвращения на небеса?

– А ты нет?

– Раньше верила. – Рэйчел ковырнула пальцем облупившуюся железяку. – Теперь уже не так уверена. Нам свойственно ожидать чего-то лучшего, даже если это означает смерть. Но не факт, что это лучшее вообще существует. Ты не согласен? – Она быстро взглянула на ангела и отвела глаза. – Спайны считаются рукой Господа, но, честно говоря, я не верю, что даже посвященные способны слышать его. Чем ближе я нахожусь со своими сослуживцами, тем больше мне не по себе.

Дилл проглотил комок в горле. Она даже до конца не прошла обучение?

– Ты не согласилась пройти процедуру посвящения? – выдавил ангел.

Рэйчел печально вздохнула.

– Боже мой, а тебе не кажется, что мне хотелось бы? Освободиться от всего этого. Это подобно физической боли. – Девушка прижала ладони ко лбу. – Только вот не мне решать. Мой брат теперь глава дома, и он не соглашается подписать документы: хочет наказать меня за то, что я добилась того, чего он так и не смог. Я могу вплотную подойти к человеку и убить его, а потом жить с этим. Воткнуть в живую плоть нож и смотреть, как она истекает кровью. – Спайн усмехнулась. – В каком-то смысле я даже хуже, чем Карнивал. Говорят, она наносит себе раны после каждого убийства – физическая боль облегчает душевные страдания. Дилл нахмурился.

– Разве это не причиняет только больше боли?

– Боль бывает разной. Иногда одна вытесняет другую. – Рэйчел мрачно взглянула на забинтованные руки. – Меня наградили шрамами враги. Мне никогда не приходилось самой наносить себе раны. Так может быть, я и не заслуживаю посвящения? Мы жаждем лечь под иглы, потому что это смерть без страха смерти. – Она вздохнула, издав сухой, хриплый звук. – Спайны должны бы за мной охотиться, а не за ней.

Диллу стало неловко, когда он заметил на руках Рэйчел повязки.

– Ты сражалась с ней?

Спайн пожала плечами.

– Откуда она появилась?

– Если верить священникам, прямо из коридоров Айрил. Демон, посланный собирать души для Лабиринта. Есть и другие версии. Некоторые говорят, что Карнивал поднялась из бездны вместе с Кэллисом и Девяноста Девятью. Когда закончилось действие ангельского вина, она начала убивать, чтобы поддерживать собственную жизнь. – Девушка задумчиво посмотрела в черную пропасть. – Мне всегда казалось, что истории о Карнивал несколько преувеличенны. Я считала, что она убивает, но на самом деле не забирает души жертв, что она такая же смертная, как я и ты. Только вот я видела слишком много обескровленных после Ночи Шрамов, видела, как двигается ангел: слишком быстрая, слишком сильная. И глаза… яростные, голодные, черные, словно бездна.

– Ты можешь остановить ее?

– Сильно сомневаюсь.

– Тогда зачем пытаешься?

– Я же спайн, – ответила девушка с горькой улыбкой. Разговор на некоторое время оборвался. Периодически из труб Ядовитых Кухонь с гулом вырывались струи огня, ярко вспыхивали и постепенно угасали. Над крышей клубились облака тяжелого дыма, перекатывались и раздувались, а затем пеплом и сажей опускались вниз. За адским занавесом солнечный диск постепенно катился к краю пропасти. Сквозь пелену ядовитого тумана вечернее небо казалось больным и потрепанным.

Рэйчел отщипнула кусочек ржавчины и бросила в пустоту.

– А ты знаешь, что уже организовывались экспедиции на дно бездны?

– В бездну? – Дилл впервые слышал об этом.

– Безусловно, секретные. Втайне от храма. Безумцы воровали корабли, строили воздушные шары, изобретали какие-то крылатые штуковины и еще много ерунды. Все так и сгинули там, внизу…

– Что с ними случилось?

– Они так и не вернулись.

Дилл вгляделся в глубину. Даже сейчас при свете вечернего солнца темнота бездны тревожила ангела. Рэйчел продолжала отдирать куски ржавчины. Коричневые скорлупки кружились и танцевали в воздухе, словно осенние листья, а потом их проглатывала черная пасть. На противоположном краю расселины завыла сирена, и военный корабль плавно отделился от заправочной платформы. Судно медленно опустилось, затем, ведомое тросами, вынырнуло из тени на более открытое пространство. С причала раздавались скрип тележек и крики рабочих. Канаты отпустили, взвыли двигатели, и машина устремилась прочь из черной трещины Скиза в небо, плавно набирая высоту. Корабль поднялся над лесом кранов и паутинами цепей, над клубами дыма и пламенными языками Ядовитых Кухонь и превратился в черное пятно на фоне заходящего солнца.

Рэйчел встала и перегнулась через перила. Прутья заскрипели в знак протеста.

– Если я упаду, ты поймаешь меня? – Девушка оторвала ноги от пола и повисла на поручне.

Дилл тоже поднялся.

– Я не умею летать.

– Но ты бы попытался меня спасти? – Рэйчел еще сильнее наклонилась, балансируя на животе. Перила жалобно застонали.

– Пожалуйста, перестань. Это опасно.

– Ты бы попытался, зная, что все равно не сможешь мне помочь?

– Да.

Рэйчел встала на ноги и выпрямилась, продолжая смотреть в пропасть.

– Может быть, – прошептала девушка, стоя спиной к Диллу.

Одинокий фонарь дрожащим красноватым светом освещал ржавые жестяные листы и полусгнившие доски, которые, собственно, и составляли основной строительный материал городских трущоб. Покосившиеся бараки, соединенные трухлявыми мостами, качались в пеньковых гамаках. За пределами Лиги огни городских улиц сначала опускались, а потом плавно ползли вверх, огибая силуэт храма в центре гигантской чаши.

Отражения заплясали в черных доспехах капитана Клэя, когда тот повернулся и с отвращением огляделся вокруг. Доски жалобно заскрипели под тяжелыми сапогами стражника.

– Вы уверены, что мы именно в том месте?

Клэй поморщился и потянул носом воздух.

– Судя по запаху, в том самом.

Фогвилл и сам чувствовал, что попахивает тухлятиной. Может быть, дохлая крыса или кошка. А капитан еще настаивал, чтобы помощник не смел душиться перед выходом. И хотя ряса, как, нахмурившись, заметил Клэй, пропахла духами, этого было явно недостаточно, чтобы перебить жуткую вонь.