Чтение онлайн

Бредни Сарве, выслушанные Даниэлой, внезапно начали обретать смысл.

Сарве, лежа в больничной койке, кивнул, когда в палату вошел заместитель премьер-министра Малькольм Хант. Затем улыбнулся.

— Хорошо, что ты пришел, Малькольм. Представляю, через какой ад тебе приходится проходить в палате общин.

По привычке Хант протянул ладонь, но быстро убрал ее, увидев руки премьер-министра, покрытые мазью.

— Возьми стул и устраивайся удобнее, — приветливо сказал Сарве. — Кури, если захочешь.

— Дым от моей трубки может стоить мне потери медицинского вотума доверия на следующих выборах, — улыбнулся Хант. — Спасибо, я лучше потерплю.

Сарве сразу перешел к делу.

— Я говорил с директором службы безопасности полетов. Он уверяет меня, что трагедия в Джеймс-Бее не была несчастным случаем.

Внезапно лицо Ханта стало белым, как полотно.

— Почему он так уверен?

— Найдена часть кожуха двигателя на расстоянии полмили от взлетно-посадочной полосы, — объяснял Сарве. — Анализ показал, что застрявшие в ней фрагменты соответствуют типу ракеты, используемой для армейских пусковых устройств «Арго» типа земля-воздух. При инвентаризационной проверке в арсенале Вал-Джалберт установлено, что не хватает двух устройств и нескольких боеголовок.

— Боже мой. — Голос Ханта дрожал. — Это значит, что пассажиры самолета убиты.

— Улики указывают именно на это, — спокойно сказал Сарве.

— «Общество свободного Квебека», — сказал Хант злобно.

— Не могу представить себе, что ответственность может нести кто то еще.

— Согласен, но их вину трудно доказать.

— Почему? — спросил Хант. — «Общество свободного Квебека» либо утратило связь с реальностью, либо там полные идиоты, которые думают, что смогут остаться безнаказанными. Полиция никогда не позволит террористам, стоящим за преступлением такого масштаба, уйти от ответственности. С ними будет покончено как с радикальным движением.

— Не будь слишком оптимистичным, мой старый друг. Попытка убить меня не похожа на подобные преступления последних сорока лет. Все они выполнялись политическими любителями, принадлежащими к ячейкам «Общества свободного Квебека», и все они были пойманы и осуждены. Убийство в Джеймс-Бее было разработано профессионалами, потому что они не оставили и следа своего существования. Лучшее предположение поступило от главного комиссара полиции. Он считает, что они были наняты за пределами страны.

Глаза Ханта застыли.

— Но террористы «Общества свободного Квебека» могут довести нас до состояния гражданской войны.

— Это не должно случиться, — спокойно сказал Сарве. — Я не допущу.

— Но именно ты угрожал ввести войска, чтобы сдержать сепаратистов.

Сарве сухо улыбнулся.

— Блеф. Ты первый узнаёшь об этом. Никогда серьезно не думал о военной оккупации Квебека. Репрессии среди враждебно настроенного народа ни к чему хорошему не приведут.

Хант потянулся к карману.

— Кажется, трубка сейчас у меня.

— Пожалуйста, кури.

Оба мужчины сидели молча, пока заместитель премьер-министра раскуривал трубку. Наконец он выпустил голубое облако в потолок.

— Итак, что происходит сейчас? — спросил Хант.

— Мы знаем, что Канада распадется, и бессильны предотвратить это, — печально ответил Сарве. — С самого начала был неизбежен абсолютно независимый Квебек. Ассоциация, основанная на суверенности, просто глупая полумера. Сейчас Альберта тоже хочет жить самостоятельно. Онтарио и Британская Колумбия также проявляют признаки стремления к национальной независимости.

— Ты провел замечательный бой, чтобы мы сохранили единство, Шарль. Никто не может отнять у тебя это.

— Ошибка, — сказал Сарве. — Вместо запоздалых действий ты и я, партия и вся страна должны были планировать их заблаговременно. Слишком поздно. Мы стоим на пороге деления Канады навсегда.

— Не могу принять твой мрачный прогноз, — сказал Хант, но голос его был далеко не жизнерадостным.

— Слишком велика пропасть между твоими англоязычными провинциями и моим франкоязычным Квебеком, ее нельзя преодолеть патриотическими речами, — сказал Сарве, пристально глядя в глаза Ханта. — Ты британского происхождения, выпускник Оксфорда. Ты принадлежишь к элите, которая всегда преобладала в политической и экономической структуре нашей страны, к сливкам общества. Твои дети учатся в классах под фотографией королевы. А на французских детей Квебека строго смотрит Шарль де Голль. И, как известно тебе, у них незначительный шанс на финансовый успех или выдающееся положение в обществе.

— Но мы все канадцы, — запротестовал Хант.

— Нет, не все. Среди нас есть и такие, кто продался Москве.

Хант остолбенел.

— Кто? — спросил он недоверчиво. — О ком ты говоришь?

— Лидер «Общества свободного Квебека», — ответил Сарве. — Я узнал перед поездкой в Джеймс-Бей, что он заключил сделку с Советским Союзом, которая вступит в силу после того, как Квебек выйдет из конфедерации. Но еще хуже то, что его слушает Жюль Гуэррьер.

Хант был в полной растерянности.

— Премьер Квебека? Не могу этому поверить. Жюль до глубины души французский канадец. Он не испытывает симпатий к коммунизму, не делает секрета из своей ненависти к «Обществу свободного Квебека».

— Но ведь Жюль, как и мы сами, всегда считал, что нам противостоит террорист из самых низов. Ошибка. Этот человек не просто запутавшийся радикал. Мне сказали, что он занимает высокое положение в нашем правительстве.

— Кто он? Откуда у тебя такая информация?

Сарве покачал головой.

— Могу лишь сказать, что она поступила из-за пределов нашей страны, но источник не могу раскрыть даже тебе. Что же касается личности предателя, то нет никакой уверенности. Русские обращаются к нему по различным закодированным именам. Его настоящая фамилия держится в полной тайне.

— Боже мой, а вдруг что-то случится с Жюлем?

— Тогда партия сторонников независимости Квебека развалится, «Общество свободного Квебека» уйдет в небытие.