Чтение онлайн

— Он был омерзителен и годился к тому же мне в отцы.

— Жаль, жаль. Ваше первое впечатление должно было бы быть связано с кем-нибудь гораздо более молодым и мужественным.

— Вроде вас, полагаю. Насколько припоминаю, именно вас я просила показать мне технику обращения с женщинами, но вы оказались слишком большим трусом.

— В общем, вы правы, но я главным образом хотел видеть ваше лицо, когда собирался комментировать происходящее. По правде говоря, просто не мог заставить себя взять шлюху на ваших глазах. Он оказался вашим первым обнаженным мужчиной и выбрал восхитительно молодую девушку, пожалуй, моложе вас. Таковы жизнь и общество, Джинни, — добавил он с едва заметной издевкой.

— Точно как я сказала. Все вы свиньи и тираны, самовлюбленные ублюдки.

— Не сказал бы, что согласен с этим.

— Но и не очень-то горячо протестуете. Он отмел ее доводы взмахом руки и пробормотал, задумчиво поглаживая себя по челюсти:

— Ну а теперь, черт побери, что нам делать?

Мэри Эберкромби, обитающая на Гановер-стрит, считалась одной из лучших портних в Балтиморе, умевшей сшить идеально сидевшее манто или восхитительное платье. То есть, вернее, модисткой была не столько она, сколько ее сестра Эбигайл Эберкромби. Мэри была всего-навсего помощницей, хотя она не упускала возможности похвастаться всем и каждому своими талантами. Мэри действительно хорошо разбиралась в ведении дел, с девятилетнего возраста училась заискивать перед богатыми заказчицами и с первого взгляда умела определить, когда порог лавки переступала овечка с золотым руном, готовым для стрижки, овечка, платье которой не только пять лет как вышло из моды, но к тому же было слишком коротко и узко в груди.

Джинни стояла в центре салона Эберкромби, оглядывая расставленные по углам безголовые манекены, задрапированные чудесными тканями. Она не была у портнихи с восемнадцати лет, но облегченно вздохнула, увидев, что в лавке нет других посетителей.

Мисс Мэри тоже была довольна. Эбигайл лежала наверху с приступом мигрени, как это часто бывало в последнее время. Мэри ослепительно улыбнулась клиентке, а ее великолепная память помогла ей вспомнить имя:

— Да это мисс Юджиния Пакстон! Как прекрасно вновь видеть вас! Здоров ли ваш дорогой отец?

Джинни изумленно подняла брови. Неужели эта женщина не забыла, как ее зовут?! Сама она могла поклясться, что в жизни не видела ее раньше.

— Мисс Эберкромби? Да, отец чувствует себя неплохо. Я хотела бы купить несколько платьев. Бальный наряд и два-три повседневных. Я… думаю, мне понадобится, ваш совет.

Мэри Эберкромби хотелось танцевать, петь, прыгать от радости. По крайней мере теперь она сможет доказать сестрице, что умеет не хуже ее выбирать материалы и фасоны, которые могли бы подойти заказчице. Благодарение Богу, молодая дама достаточно привлекательна, со стройной, удивительно изящной фигурой.

Мэри приносила отрез за отрезом, великолепные, переливающиеся всеми красками шелка, атласы, мягчайшие муслины, искренне признаваясь Джинни, что, если материя привезена из Франции и имеет длинное труднопроизносимое название, еще не значит, что она намного лучше подобной же итальянской ткани.

Джинни целиком и полностью согласилась со столь поразительным откровением, но быстро потеряла нить разговора, погребенная под настоящей горой всяких полезных сведений. Наконец она воздела руки к небу:

— Мисс Эберкромби, полностью полагаюсь на ваше мудрое суждение. Сама я не в состоянии разобраться в подобных вещах. Пожалуйста, выберите для меня ткани и фасоны.

Мэри была вне себя от восторга. Ей хотелось обнять мисс Пакстон, но пришлось сдержаться, поскольку в салоне появились две покупательницы. Модистка поспешно выпроводила Джинни из лавки, велев ей прийти через три дня, и едва не побелела от злости, когда одна из дам спросила мисс Эбигайл. Ну что ж, она покажет им всем, включая сестру! Именно ее просили выбрать ткани для мисс Пакстон! Еще немного, и ее имя будет на устах всех этих дам!

Мэри злорадно потерла руки, очень вежливо улыбнулась покупательницам и направилась наверх, за сестрой.

Джинни выбралась из салона с ужасной головной болью и унизительным чувством собственного ничтожества. Подумать только, она, женщина, не имеет ни малейшего понятия, как выбрать ткань или подходящий фасон. Но даже будь у нее выбор, иметь или не иметь это самое чувство стиля и хороший вкус, Джинни решила, что все это не стоит лишних усилий. Да и вообще, просто быть женщиной — тоже. Это слишком утомительно, надоедливо, да и… болезненно к тому же.

Она рассеянно потерла бедро, ноющее в том месте, где в него вонзилась булавка мисс Мэри.

Но по крайней мере у нее хотя бы будут новые платья. И поскольку мисс Эберкромби — одна из лучших портних в городе, успех обеспечен.

Сегодня Алек обещал прийти к ужину. Джинни повернула на Чарлз-стрит и ускорила шаг. Благодарение Богу, у нее есть еще одно платье, которое будет выглядеть достаточно прилично за столом — вечернее, свободное, бледно-зеленое, из мягкого крепа, украшенное двумя широкими рядами вышитых белых цветов с темно-зелеными листьями, один по подолу, другой — на фут выше. Конечно, фасон больше подходил для восемнадцатилетней девушки, чем для двадцатитрехлетней женщины, но по крайней мере грудь не закрывало кружево, которое необходимо отпарывать и снова пришивать. Зато вырез, достаточно низкий, был собран спереди и закреплялся черной гагатовой застежкой. Кроме того, Джинни отыскала единственную пару перчаток, правда, грязноватых, и довольно приличные, хотя, к сожалению, черные туфельки.

Но все это не важно. С чего бы, спрашивается, она должна заботиться о своей внешности? Алек Каррик — всего-навсего мужчина, и к тому же англичанин. Конечно, он красив и прекрасно это знает, хотя до сих пор она не заметила в нем ни тщеславия, ни чрезмерной самонадеянности. Интересно, какой была его жена? Такой же красавицей? Часто ли окружающие сравнивали их, и в чью пользу были сравнения? А может, они просто соперничали, споря, кто из них привлекательнее? Джинни представила его и безликую женщину сидящими у туалетного столика и обсуждающими косметику и модные прически, и громко рассмеялась.

Неожиданно раздался оглушительный удар грома, и Джинни подняла глаза. Капризная балтиморская погода решила на этот раз вылить галлоны дождевой воды на головы горожан. Прекрасная смесь с еще оставшимся в волосах виски! Небо, всего три часа назад совершенно безоблачное, сейчас угрожающе топорщилось свинцовыми тучами. Балтимор!

К тому времени, как Джинни добралась до дома, на ней не осталось ни одной сухой нитки — поля шляпки обвисли, в ботинках хлюпала вода, волосы мокрыми веревками облепили спину.