Ноев ковчег
Шрифт:
– Дамы и господа, – вернулся стюард и отвлёк внимание от нескромной персоны Генриха.
«Хоть раз вовремя явился» – Генрих был доволен.
Все повернулись к слуге.
«А чего-то он не радостный? Мы ж все тут, только его и ждём, внимаем, прям, как он мечтал! Какую-то дрянь со своим долбаным капитаном удумали, не иначе!»
Генрих схватил ближайший стул, сел и демонстративно скрестил на груди руки, вызывающе глядя на стюарда. Ну что важного может сказать этот лакей?! Ради чего Генриха побеспокоили? Да Генрих, если захочет, может весь паршивый корабль купить вместе с капитаном. Пусть только попробует его ещё раз огорчить, Генрих живо заставит себя слушать.
Глава 4. Взаперти
Когда Хуго вернулся в салон, там явно назревал конфликт между пассажирами. И уж без Дудки здесь совершенно точно не обошлось, в этом Хуго был уверен на сто процентов. Было бы у него время подумать об этом, он бы расстроился, но новости от капитана вытеснили все другие проблемы. Хуго окликнул пассажиров и дождался пока всё внимание обратится к нему. Собрался с духом и сказал:
– Я только что говорил с капитаном. Он хочет сделать объявление. Пожалуйста, перейдите все вот сюда, ко мне, чтобы видеть экран. Я сейчас выведу на него передачу из рубки корабля.
Народ послушно потянулся ближе к Хуго. Ной Эбер, видимо, уловил его тревогу, пытался заглянуть Хуго в глаза, но тот старался смотреть прямо перед собой. Лишь Дудка демонстративно никуда не пошёл, развалился на ближайшем стуле, но к экрану голову повернул. Дисплей-проектор был расположен высоко, почти под самым потолком, над дверью перехода из челнока в корабль. Не слишком удобное место, приходилось задирать голову. Но Хуго до сего дня не понимал, зачем там дисплей. За срок его недолгой службы его ни разу и не включали. В принципе на дисплей могла выводиться разная информация для пассажиров: о маршруте, о корабле «Арк», о компании владельца, даже о космофлоте в целом. Но те же сведения каждый пассажир, мог получить в своём коммуникаторе на корабельном канале, что было гораздо удобнее. Но вот теперь капитан потребовал, чтобы его выступление видели непременно все вместе.
Дудка напрасно полагал, что идёт наперекор приказу капитана и тем подставляет Хуго. Капитан будет отлично видеть весь салон и строптивого пассажира также. Хуго лишь хотел, чтобы пассажирам смотреть было удобнее, так что Дудка наказывал только сам себя неудобной позой. Уж то, что он не пропустит мимо ушей слова капитана – можно было не сомневаться.
Хуго дал сигнал, и дисплей-проектор развернул вирт-окно. Капитан, как всегда подтянутый, в идеально сидящей форме, стоял на фоне приборной панели в рубке корабля. Хуго привычно представил себя на его месте и смутился. Не о том он сейчас думает, да и капитану нынче не позавидуешь – сообщать такие вести.
– Господа пассажиры, – начал капитан без приветствия. И действительно «доброе утро» было бы некстати. Капитан глядел прямо и открыто и продолжал: – Вы взлетели вчера с планеты Дике, и ночью челнок пристыковался к моему кораблю. Тогда же ночью мы легли на курс и сделали уже два гиперпрыжка. После каждого прыжка, согласно уставу, мы обязаны выходить на связь и докладывать своё местоположение и состояние корабля по гиперсвязи. В ответ нам сообщают существенные для полёта новости и предписания.
Капитан на секунду прервался, в салоне челнока царило молчание, кажется, все уже догадались, что капитан сообщит нечто ужасное.
– Последнее сообщение, было о том, что на Дике зафиксированы случаи неизвестной болезни. Отмечают массовые заражения, быстрое распространение инфекции. Что это – пока не ясно. По космическом флоту и частным судам распространён приказ о введении карантина всем побывавшим на Дике. Согласно этому приказу я не могу впустить вас на корабль. Корабль будет следовать проложенному курсу, но вы останетесь в челноке и будете находится в изоляции, вплоть до выяснения обстановки и поступления новых распоряжений.
– Эй, постойте! – Дудка вскочил с места. – Что значит оставаться в челноке?! А ресторан? А развлечения? Я отвалил столько бабок…
– Питанием, – капитан говорил спокойно, не повысив голос и не изменив тон ни на йоту. Дудке пришлось замолчать, чтобы расслышать все слова. – Питанием вас обеспечит господин Стрём. На челноке есть аварийный запас еды. Уплаченные деньги, возможно, вам вернёт страховая компания, если данный случай не будет признан форс-мажором. – Дудка фыркнул, но капитан не обратил на него внимания. Продолжил: – Это не моя прихоть. Но я буду точно следовать приказу. Я сожалею, что так происходит.
– Послушайте, – теперь в разговор вмешался Итан Мюррей, чего Хуго от него не ожидал. – Капитан, вы уверены, что можете так обращаться с пассажирами? Держать их взаперти, кормить аварийными пайками? Я депутат совета Земли. Если я узнаю, что вы действовали с нарушением прав Землян, то…
– Господин Мюррей, я всегда придерживаюсь устава и выполняю приказы, не подвергая их сомнению. Приказ о карантине не позволяет иного толкования. Я надеюсь, что уже на следующем прыжке мы получим новые сведения, и карантин будет отменён. Но до тех пор, дверь в корабль будет закрыта. А сейчас прошу меня извинить, мне нужно готовить корабль к гиперпрыжку. Все вопросы, просьбы и пожелания вы можете адресовать господину Стрёму, и мы постараемся всё решить.
Капитан отключился, вирт-окно свернулось в линию и погасло. Пассажиры оборотились к Хуго Стрёму. Он нахмурился, будто почуял, что скандал неминуем.
– Это произвол! – немедленно завопил Генрих. – Я этого так не оставлю! Я вашу компанию разорю, по миру пойдёте! А ну-ка немедленно открой дверь!
– Это невозможно, – слегка пожал плечами стюард. – Дверь заблокирована капитаном. Мне она не подчиняется.
– Не смей со мной спорить! Я что должен тут куковать с кучкой дебилов?!
– Молодой человек! – оскорблённо сунулась тётка. – Ведите себя подобающим образом.
– Ты кто такая, чтобы мне указывать?! – не остался Дудка в долгу.
«Нет в самом деле, молчат, как овцы, ещё и возмущаются, когда я за их счастье сражаюсь!»
– Ну это уж слишком! – подскочил депутат.
Ох как хотелось его послать. Так бы Генрих и сделал, но тот оказался депутатом совета Земли, как Генрих успел услышать. Важный человек. Серьёзный. Узнал его Генрих теперь, узнал – Итан Мюррей. Вот с политиками такого уровня сталкиваться лбами не стоит. Может бизнесу повредить.