Чтение онлайн

Во всех походах и поездках по службе меня обязательно сопровождают Клёпа с Дусей, первая летает в небе кругами, вторая бежит рядом. В первый день, когда пришлось идти в штаб представляться начальнику над эскадрой, Дуся просочилась следом до самой приёмной, а мы после бессонной ночи как-то сразу не сообразили, и вытаскивать её из приёмной было уже поздно. Пришлось немного повозиться с собачкой, послала ей волну сердитости, а потом радости с картинкой, как она лежит в уголочке и не шевелится. Умница, сразу отошла в угол из моей картинки и улеглась, где и пролежала до нашего возвращения. Вот так теперь и ходим, думаю, что во Владике будет то же самое. Клёпа, когда ей надоедает летать, садится на Дусю и ездит на ней, потому, что шлейку с Дуси снимать никому в голову не приходит. Сигнальщики рассказали, что эта парочка разогнала портовую свору, которые попытались приструнить Дусю. Когда их повёл вечером выгуливать Феофан, Клёпа обрушилась сверху на лающих собак и вроде кого-то даже подрала своим маникюром, говорит, что визг удирающей кучи собак даже на борту слышали.

На отмели в Западном бассейне оказалось очень много рыбы и Клёпа не только ловит себе, но и приносит Никифорычу, который её готовит, в том числе для Дуси. Там у неё случились разборки с местными чайками, которые попытались у неё добычу отнять, теперь они её личные враги. А наш "Новик" единственный корабль в порту, на котором чайки не сидят, они к нам даже близко не подлетают, Клёпа бдительно следит. На корабле эти двое от нас не отходят, но абсолютно безропотно отпускают к Машеньке, когда собираемся к ней, даже не пытаются идти следом. Вернее в первый раз не столько увязались с нами, сколько я сама взяла их с собой, Дуся сразу улеглась у дверей спальни, так и проспали до утра с Клёпой. А хозяйский кот получил трёпку, что посмел подумать про Клёпу, как про завтрак. Видимо им там не понравилось, вот и отпускают, остаются в нашей каюте и из неё не выходят, как понимаю, наслаждаются возможностью спать в нашей постели…

Наконец пришёл приказ, идти на докование во Владивосток. Даже удивительно как приятно из душного болота Артурской базы выйти и ощутить солёный ветер в лицо, смотреть, как Дуся сидит и жмурится от ветра около Клёпиной канатной бухты и выглядывает, где в небе подружка круги выписывает. Смотреть, как прищуривается рулевой, как лежат на деревянных перекладинах штурвала большие трудовые ладони. Слушать, как переговариваются вахтенный и сигнальщик, ведь он теперь буквально над головой. Все уже привыкли, как мне кажется, к тому, что ходовая рубка теперь прямо на мостике и открытыми остались только крылья мостика по бокам, а из ходовой рубки прорезаны двери по бокам, через которые можно выходить на крылья мостика. Привыкли к тому, как топочут ботинки сигнальщиков по крыше ходовой, когда они лезут к себе в "воронье гнездо", которое теперь в десяти метрах прямо над головами, а не почти в сорока сзади. И при определённых направлениях ветра и скорости после вахты там сигнальщики выглядели чернее кочегаров, да и толку от них, когда они сидят практически в дыму от задней или передних труб и ничего не видят. Правда теперь площадка размерами стала всего полтора метра, против бывших четырёх, такое ощущение, что там планировали установить пару пушек, но передумали. Вместо главного рея в десять саженей и малого второго, остался только один длиной всего четыре над "вороньим гнездом", предназначенный только для подъёма флажных сигналов, без придури всей атрибутики для подъёма и крепления парусов. Николай рассказал, что в Морской академии они посчитали, что для того, чтобы современный крейсер размеров "Аскольда" в сильный попутный ветер разогнать хотя бы до скорости в пару узлов нужно вместо его двух мачт штук пять, и желательно в два раза выше и парусностью побольше. То есть буксировать даже парой шестивёсельных шлюпок гораздо эффективнее, чем воспользоваться даже увеличенными парусами, к которым ещё ветер потребен нужной силы и направления. В общем, эта дань памяти парусного флота, не просто бессмысленна, но даже вредна, ведь один железный рей весит почти полтонны, а если его собьют и он упадёт на палубу… Хотя, не только боцман бурчал, что "мачта теперь, как голая! Палка, а не мачта". Вот такая сильная вещь привычка.

Вахтенные и рулевые уже оценили комфортные условия теперь при управлении кораблём, и улучшился обзор из ходовой рубки, как и из боевой, не смотря на то, что смотровые щели последней уменьшили раз в десять. Я натурально обалдела, когда увидела почти нормальные окна, которые они здесь называют амбразурами. Понятно, почему только самые ленивые японские снаряды не залетали в рубки русских кораблей, где при взрыве шимозного заряда шансов остаться целым и живым не было даже гипотетически. Ещё после практически ультимативного упорства сумели заставить убрать из рубки почти всю деревянную отделку, так, что теперь везде голое крашенное железо, остался только деревянный настил пола, ведь совсем не хочется потом эти деревянные красивости героически тушить. Не меньше потрясло, что освещение рубки было сделано обычными потолочными даже не плафонами, а люстрами. То есть ночью рубка либо светилась, как новогодняя ёлка, либо полная темнота. И как же сложно было объяснять, что хотим сделать вместо освещения только подсветку нактоуза и пола, чтобы получался мягкий приглушённый свет через синие светофильтры. Удалось добиться от немцев, чтобы сделали открывающимися почти половину окон в ходовой рубке, чтобы протереть от влаги или льда, а так же просто открыть для вентиляции в жару. Волков с удовольствием открывает и фиксирует в разных положениях разные окна. Вы ещё под холодным осенним дождём или в зимний шторм оцените, как стало удобнее, хмыкаю я. Пришлось переделывать и переставлять трапы, рубку по сути слепили заново и в ней стало больше места, на то, которое отнимала боевая рубка, но я очень довольна, а теперь присмотревшись согласился и Николай.

То, что радист просто пищит от счастья, я промолчу, ведь ему удалось связаться с кем-то на рейде Артура на половине пути от Циндао, а это больше обещанной дальности. И то, что я настояла взять в "Телефункен" полный запас для возможного ремонта и замены, подняло нас в глазах радиста и электриков в космические высоты. Но, извините, я раз оказавшись в деревне без света и с неработающим телефоном, когда мой Пашка загремел в больницу с аппендицитом, а я с маленьким сыном на руках даже поехать к нему не могла, навсегда прочувствовала и запомнила, что значит связь, и как её нужно холить и лелеять, а уж для военных даже сравнивать не с чем. Вообще, школа скорой помощи формирует определённый подход, который мне здесь очень помогает, ведь если на станции озаботишься, тем, чтобы у тебя с собой было всё что нужно и даже чуть больше, то потом не придётся истерично "хлопать крыльями" вместо того, чтобы работать и оказывать помощь. Вот и корабль во многом так же автономен, как бригада на выезде, поэтому готовиться, иметь с собой всё, что может понадобиться, только так и никак иначе!

Клёпа пока мы снимались с якорей успела смотаться и поймать себе обед, теперь довольная лопает его на палубе. Вообще, не перестаю удивляться, как скопа удивительно чувствует аэродинамику. Вот, к примеру, беркут тащит какого-нибудь пойманного козла, ухватил обеими ногами поперёк и прёт, да и другие хищные птицы аналогично делают, а вот скопа рыбу всегда несёт мордой вперёд, что аэродинамически выгоднее, но менее удобно так держать добычу. А сколько раз Клёпа показывала классный номер: с пойманной рыбой забирается на высоту выше пары сотен метров, выпускает рыбу, и не сразу начинает пикировать за ней, но в итоге догоняет и подхватывает перевернувшись на лету, часто у самой воды. Это получается, что рыба падает почти с ускорением свободного падения, а птица разгоняется ещё быстрее, не говоря про пируэты на таких скоростях. Стоит, прижав рыбину лапой, отрывает от неё куски и глотает, поглядывая на развалившуюся рядом Дусю оранжевыми глазами. Обещали, что скоро у неё глаза станут желтыми, как положено взрослым птицам, грустно, мне нравятся такие оранжевые, ужас как красиво на полосе почти чёрных перьев. Подростковая рябость перьев у неё уже прошла, теперь спина и сложенные крылья ровного тёмного-бурого цвета…

А Николай уже весь в мыслях о предстоящем ремонте. Механики чертежи у "бояринцев" на спор выиграли в карты, в общем, молодцы, хоть наши корабли отличаются, но как основа для проведения работ вполне подойдут. Конечно, это противоречит нашим планам добиться сумасшедшей скорости, ведь кили — это дополнительное сопротивление, но качка мешает стрелять, так, что выбор в пользу килей. Максимальную скорость мы пока не испытали, пока только прикидки, но тридцать узлов при не "до метки" поднятых парах мы уже зафиксировали. И это после того, как на верфи "Шихау" с огромным трудом до предела облегчив корабль, сумели выжать только двадцать четыре и восемь десятых узла, правда как-то в бумагах появились двадцать пять и две десятых, Бог с ними. Но хочется пробежать мерную милю, только желательно это сделать, не афишируя, незачем японцам о нашем козыре знать заранее. И даже когда узнают, пусть предполагают, завышая или занижая, в любом случае это дополнительный плюс, чем будут иметь точные данные.

Варвара! А ещё бульб… Он на полном серьёзе разложил чертежи и пытается со мной советоваться, вот смешной Чебурашка. Я помню обрывки разговоров Пашки с другими технически подкованными людьми, а он в чертежи циркулем тычет и спрашивает, что я думаю, если выводить бульб на уровень тринадцатого шпангоута? Про шпангоуты он мне уже объяснял, так, что хоть не стала его спрашивать "куда это он меня послал?". Я не инженер, и не училась этому, могу только, как попугай повторять, что форма лучше всего параболическая и пусть торчит вперёд на метр-полтора, как зрительно помню по фотографиям судов моего времени. Если вспомнить школу, где мне мальчики с удовольствием за улыбку готовы были делать все задания по физикам, химиям и математикам, но для себя я всё-таки кое-что запомнила и вроде помню вид параболической функции. А тут ещё тринадцатый шпангоут, ушибиться копчиком, он, что серьёзно? В общем, пришлось дяденьке внятно объяснять, что ему задание сформулировано, пусть включает свою логику, здравый смысл, знания технические и прочие, пусть привлекает к этому местных корабелов и делает. И вообще, смысл бульба создать ламинарную форму обтекающего корпус потока воды, так, что есть в носу вместо шпирона бульб, а дальше, как получится. Потом сделаю водоотталкивающее покрытие на днище, чтобы тем ещё увеличить ходкость, заклёпки заглажу, в общем, конфетку сделаю в итоге, а вот основа его и только его! Вроде проникся, слава Богу!

Вдруг снова вспомнила, как возле Василеостровской заходили в гости к Пашкиному приятелю Амирханову. Такой внешне нескладный, весь какой-то угловатый и квадратный, но удивительно светлый дядька, особенно восхитили его какие-то по-детски распахнутые глаза. Он был фанатиком истории морской и береговой артиллерии, это он нас с Пашкой затащил как-то весной на легендарную "Красную горку"* водил, рассказывал, как всё на ней делали, как трудно теперь пытаться сохранить оставшееся. Даже мне было интересно. А вот тогда, я, не понимая ничего в их обсуждении какой-то пушки, Пашка ведь бывший военмеховец**, схватила какой-то альбом с нарисованным паровозом в клубах пара на обложке. Он начинался с первых кустарных попыток забронировать обычные вагоны, первые попытки укрыть бронёй паровозы. Как сначала ставили только пулемёты, но почти сразу начали устанавливать пушки. В результате к середине века все серьёзные державы имели целые депо бронепоездов, так успешно зарекомендовавшие себя ещё на фронтах первой мировой, но в числе пионеров стоит адмирал Макаров, который в Порт-Артуре предложил проект сухопутного броненосца, который и был реализован в мастерских Владивостока, хотя и не повлиял на исход войны.

А вот дальше в альбоме шли просто монстры, на огромных платформах на десятках колёс, громоздились пушки калибрами по триста и больше миллиметров, которые перед залпом подпирались специальными упорами и домкратами, а для заряжания этих чудовищ самые настоящие подъёмные краны. Вот видимо на моём лице очень явно было нарисовано обалдение, что хозяин стал рассказывать про эти транспортёры. По обычным дорогам они, конечно, ездить не могли, рельсы и шпалы обычной дороги такого веса не выдержат, а после залпа рассыплются, поэтому для них прокладывали специальные ветки, но благодаря такой подвижности они становились менее уязвимы, ведь могут уехать, в том числе в укрытие. А за счёт кривизны проложенной линии сдвигая пушку можно освободить механизм от необходимости горизонтальной наводки, оставив только вертикальную, а это делает всю конструкцию более простой и надёжной. Что стреляют такие монстры на десятки километров снарядами почти в тонну весом, что именно такие пушки стреляли по Севастополю и блокадному Ленинграду… Но это уже лирика, главное, что вспомнила про участие Макарова в создании первых русских бронепоездов, а до него только наглы во время бурской войны пытались использовать обшитые железом вагоны для защиты поездов и дороги от бурских летучих отрядов. Вот это всё выложила Николаю, и решили по приезду во Владик нарисовать сохранившиеся в моей памяти схемы бронирования и расположения артиллерии, чтобы выслать Степану Осиповичу, пусть осмыслит, может, сможет запустить изготовление для армии и для охраны Порт-Артура и маньчжурской железной дороги.